Аквамарин

— А теперь, заложник, убери свою голую спину от двери в ванную комнату и оденься, будь приличным мальчиком! — и Лив попыталась обойти его, но Макс только обаятельно наклонился к ней и шепнул, так горячо и сексуально, что Лив снова замерла, не в силах пошевелиться:

— Моя девочка, ты так изощренно ругаешься, жду не дождусь, когда узнаю, в чем ты еще такая находчивая…

Лив ощутила внутри прямо-таки болезненное смущение и, кипя от злости, молча отпихнула Макса и скрылась в ванной, громко хлопнув дверью.

Через час уже успокоившаяся Лив сидела на кухонном стуле, поджав под себя одну ногу, и пила чай, болтая с Джонни и стараясь игнорировать горячие взгляды Макса на себе.

Сейчас ее волосы красивыми белокурыми локонами ниспадали на ее спину, плечи и округлую, соблазнительную грудь, пара непослушных прядок все время свисали на личико с аккуратным, подчеркивающим ее аквамариновый взгляд, макияжем, а на теле Лив красовался белый обтягивающий топ, поверх которого была надета розовая туника с рукавом в три четверти, с продольными декоративными разрезами, через которые и виднелась ее грудь и топ, а стройные ножки девушки были обтянуты стильными, залихватскими джинсами.

Джонни сидел на столешнице, переодетый в черную футболку (или это та же, что и была с утра?), драные джинсы и модную кожаную куртку со стоячим воротником и засученными до локтей рукавами. Они с Максом решили не утруждаться с завтраком и поэтому распивали «бурбон», принесенный Джонни из бара, из больших стаканов. Макс же сидел в развязной позе по другую сторону стола и, по просьбе Лив, натянул серую футболку, явно тоже принадлежащую Джонни, поэтому, что и говорить, Лив по-прежнему могла лицезреть его великолепное тело воочию.

— Как думаешь, — вдруг посмотрела Лив на Джонни. — Мы можем его здесь оставить? А если он сбежит, пока нас не будет?

Джонни весело посмотрел на Макса и шутливо спросил:

— Дружок, ты собираешься сбегать? А ну, говори честно!

Макс ухмыльнулся и посмотрел на Лив своими игривыми, ласкающими глазами:

— Ты что, белоснежка, думаешь я начисто лишен здравого смысла? За каким хреном я тогда сливал тебе информацию о своей мафиозной семье, которая за это со мной сделает, сама знаешь, что, чтобы взять и подставить тебя и своего лучшего друга в момент, когда вы так близки к своей цели? Не бойся, моя девочка, я никуда не уйду. Тем более ты должна мне, помнишь?

Лив закатила глаза, но внутри нее все вспыхнуло от удовольствия… Он все еще хочет свидания с ней! Значит у нее есть шанс ему понравиться…

— Да уж, павлин, ты не дашь забыть, как же. — язвительно проговорила Лив, а Джонни игриво улыбнулся:

— Максик, только будь осторожен — одно неверное слово или движение, и она обеспечит тебе постельный режим, только вряд ли тот, о котором ты мечтаешь.

Они расхохотались, ударив по рукам, а Лив удрученно покачала головой и, вскочив на ноги, нетерпеливо воскликнула:

— Ну, мы едем или нет, придурок?

Джонни кивнул и легко спрыгнул со столешницы. Макс достал из кармана ключи и кинул их Джонни:

— Сделай одолжение, Джонни, привези мне какие-нибудь вещи из моего дома, а то заложнику придется затаскивать все твои, идет?

— Без проблем, Макс. — легко ответил Джонни и двинулся на выход из кухни, по дороге прихватив Оливию, которая опять засмотрелась на красавца Макса и замерла в дверях.

Через три часа мучений и боли, изможденные, но довольные Джонни и Лив стояли возле широкого зеркала в тату-салоне и смотрели на свои плечи в отражении, повернувшись спиной к спине: на их руках, тонкой, но крепкой и изящной ручке Лив и широком, мускулистом бицепсе Джонни красовалась та самая черная кобра, которую татуировщик перенес с картинки, закачанной с планшета на телефон Джонни.

— Это просто шикарно… — выдохнула Лив, глядя на свое плечо и напрягая мышцу, согнув руку в локте.

— Да… полный улет! — подтвердил Джонни с горящими глазами. Лив рассмеялась и облокотилась затылком на его широкую спину, а Джонни, сияя улыбкой, проговорил:

— Теперь мы настоящая команда, Оливка! Дай пять!

И они со смехом ударили по рукам. Татуировщик, мускулистый панк с жвачно-розовым ирокезом на гладко выбритой голове, сам весь покрытый рисунками, которые можно было разглядеть на его шее, руках, груди и спине благодаря черной майке, открывающей глазам его торс, ухмыльнулся, глядя на них, и проговорил:

— Вы типа… того, классная пара! Давно женаты?

Лив и Джонни с удивлением вытаращились на него и снова в голос расхохотались.

— Да ты что, парниша? — весело воскликнула Лив. — Мы не женаты! Просто живем вместе, и он ворует мою еду! — тыкнула Лив пальцем в Джонни, а тот перехватил ее за этот пальчик и с милой улыбкой проговорил:

— Ну перестань, малышка Лив, всего-то пару раз было… Я по доброй душе помогал тебе не лопнуть!

— Четыре раза, Джонни!

— И ты, приятель, думаешь, мы могли бы пожениться?? — с веселым удивлением развел руками Джонни и, подхватив Лив за руку, потащил к дверям, махнув ошарашено наблюдавшему за ними татуировщику:

— Пока, приятель, мы, может, еще как-нибудь зайдем!

И они вылетели из салона.

По просьбе Макса Джонни и Лив заехали к нему домой — в шикарный трехэтажный коттедж в Бронксе, и через полчаса Джонни уже выходил оттуда с небольшой спортивной сумкой через плечо. Лив увидела мощный забор под напряжением, охранные блокпосты, сигнализацию на дверях, мерцающую красным глазком в опускающихся на город сумерках, и невольно подумала, сколько же человек круглосуточно охраняют Макса и как он сумел улизнуть от своей охраны, чтобы пойти с ней на свидание?.. Свидание… От этой мысли сердце Лив судорожно забилось, а в груди что-то больно стянуло, как будто ее собственные жилы захотели вмиг задушить ее.

Джонни плюхнулся за руль черного внедорожника «Ниссан», в котором они с Лив сегодня передвигались, и вырулил на оживленную улицу, с любопытством поглядывая на Лив, которая ушла в свои мысли, угрюмо замолчав.

Когда «Ниссан» остановился у дома в Даун-Тауне, солнце уже почти село, окрашивая дома и деревья в ярко-красный цвет. Лив вдруг с ужасом подумала, что вот сейчас они зайдут, а Макс ушел и телефон будет недоступен…

Тихо переговариваясь, они вошли в квартиру и… Лив с облегчением услышала звуки какого-то фильма, раздававшиеся из гостиной. Видимо, она все-таки слишком громко вздохнула, потому что Джонни легко потрепал ее по светлым волосам и тепло улыбнулся:

— Я же говорил! Волноваться нечего.

Они прошли в гостиную. Макс развязно возлежал на мягком, уютном диване, подсунув под голову подушку и держа в руке планшет Лив, по которому явно шел какой-то крутой экшен, судя по парням, бегающим, стреляющим и взрывающим, сами не зная, что. Он все еще был в серой футболке и черных спортивных штанах Джонни, и Лив невольно смутилась, заметив свой взгляд на его потрясающих, мускулистых руках и прессе, выгодно подчеркнутом обтягивающей футболкой.

Макс оторвался от экрана и, сияюще улыбаясь, сразу посмотрел на Лив, окинув ее горящим синим взглядом, излучая силу, мужество и невероятную страсть.