Алчность. Выбор

Словами не передать, на какие ухищрения пришлось пойти, чтобы стабилизировать ее состояние. Но, в итоге, ценой полнейшего магического истощения, мне удалось заставить эту ушастую жить.

«Если, конечно, это можно назвать жизнью», — с печальной улыбкой на устах подумал я, посмотрев в направлении второго стола, где ремнями было зафиксировано тело девушки.

Сам стол находился внутри круга, который буквально был испещрен рунами. За пределами круга стояли четыре монолита. На них так же можно было увидеть руническую вязь. Все вместе это создавало конструкцию, которая должна собирать магическую энергию из окружающего мира. И уже эта энергия перекачивалась в тело эльфийки и поддерживала в ней жизнь.

Фактически, я повторил свой шедевр, с помощью которого когда-то удалось спасти маму. Только пришлось внести несколько корректировок и убрать необходимость приносить жертвы. В последнем не было необходимости. Памятуя, что девушку, как носителя гена Старшей крови, могут искать, я решил переместить ее и часть мастерской в рукотворную пещеру в горах и оградить ее от внешнего мира.

Тихая атмосфера помогала расслабиться, а место силы, которое находилось близ пещеры, позволяло поддерживать жизнь в теле эльфийки. Конечно, мне приходилось регулярно перемещаться в лабораторию, оставленную в Каэр Серен, чтобы не упустить никаких событий. Но все эти неудобства нивелировались одним преимуществом. Здесь никто не мог помешать мне проводить опыты или же отобрать мой ценнейший образец.

Больно уж активизировались эльфы в последнее время, разыскивая какую-то свою чародейку. Не думаю, что это лишь совпадение. Конечно, они старались привлекать как можно меньше внимания к своим поискам, но, пользуясь возможностями члена Капитула, я смог заметить их телодвижения. Хотя это все равно не принесло никакой ясности касаемо личности разыскиваемой эльфийки.

Вздохнув, я поднялся со своего места и направился к прикованной к столу эльфийке. Пройдя через круг, я склонился над столом и, посмотрев на симпатичную мордашку, аккуратно убрал с ее лица прядь светлых волос. Казалось, словно она мирно спит, но, несмотря на прикосновение, она даже не шелохнулась.

«И больше никогда не шелохнется», — подумал я, продолжая разглядывать лицо эльфийки, хоть и видел его уже сотни раз.

Сколько бы ни боролся за ее жизнь, в одном я все же провалился — удержать ее душу не вышло. В момент клинической смерти эльфийки пришлось выбирать: либо я спасаю от смерти ее тело, либо пытаюсь удержать душу, что, с большой вероятностью, приведет к смерти ее физической оболочки. В итоге я решил не рисковать. Отпустив рвущуюся на свободу душу, я смог бросить все силы на поддержание жизни в теле.

— А ведь я даже не знаю твоего имени, — грустно усмехнувшись, проговорил я, убирая руку от ее волос.

Впрочем, ее состояние играло мне на руку. Все же ставить опыты на живой и здоровой женщине мне претило. А отсутствие у нее души и, как следствие, сознания немного очищало мою совесть.

Отойдя от стола, я с хрустом потянулся. Мой взгляд был устремлен в сторону, где стояли пять небольших колб, заполненных зеленоватой жидкостью. Пришлось потрудиться, чтобы сварить зелье, которое имело бы свойство питательного раствора. На самих колбах также была нанесена вязь рун, направленных на накопление и сохранение энергии, вдобавок к которым пришлось добавить парочку экспериментальных рун, которые должны были ускорить развитие. Последнее проверялось на грибах, растениях и животных. Но до более сложных организмов еще не приходилось добираться.

Все это должно было помочь мне проверить совместимость моего материала с геном Старшей крови. Фактически, мне предстояло заняться контролируемой селекцией. То, на что у эльфов ушли годы, у меня должно было получиться в разы быстрее. Но все это было идеально лишь на бумаге. В действительности же нельзя будет узнать, работает ли комплекс, пока я не опробую его.

— Да кого я обманываю, — вздохнув, сказал я, растрепав свои волосы. — Я ни хрена не смыслю в генетике. Придется проверять все методом проб и ошибок.

На несколько секунд наступила тишина, после чего мое лицо озарила предвкушающая улыбка.

— Но так ведь только интереснее, не так ли? — сам себе я задал вопрос, уже представляя, как с головой ухожу в исследования. — Нужно только все хорошенько подготовить.

***

— Что-то случилось? — спросил Гедымдейт, даже не отрываясь от работы, когда в его кабинете открылся портал.

— Ты даже не удивлен, старик, — хмыкнул я, перешагивая через арку портала и проходя к столу ректора Бан Арда.

Хозяин кабинета ответил не сразу. Сначала он закончил заполнять какую-то бумагу, после чего отставил письменные принадлежности и, медленно подняв голову, взглянул на меня. Сцепив руки в замок, он уперся в них подбородком.

— Только ты имеешь наглость открывать портал прямиком в мой кабинет, — саркастически произнес Хен с легкой улыбкой на устах. — И делаешь ты это только тогда, когда тебе что-то нужно или что-то случилось. Так чему мне удивляться?

Недолгая игра в гляделки закончилась тем, что я фыркнул и поднял руки, признавая поражение. За последние годы старик неплохо меня изучил.

— Так, все-таки что случилось? — повторил свой вопрос Гедымдейт, с интересом смотря на меня.

— Ничего, — пожав плечами, ответил я.

— Зачем тогда пришел? — приподняв брови, собеседник продолжил задавать вопросы. — Все ведь явно не просто так. Давай говори уже.

Губы сами собой растянулись в улыбке.

— Меня какое-то время не будет, — не стал я более ломать комедию и пояснил причину, по которой явился к «учителю».

— Хорошо, — кивнул старик, задумчиво расчесывая свою густую бороду. — В ближайшее время сбора Капитула не планируется, так что…

— Ты не понял, старик, — перебил я ректора Бан Арда. — Меня не будет в течение года или двух… возможно, дольше. Сложно сказать.

— Что? — удивился Хен. — Почему?

Вздохнув, я решил не вдаваться в подробности. Не думаю, что он одобрил бы, если б я рассказал ему, что в действительности собирался провернуть. Но если вдруг одобрил, то наверняка захотел бы поучаствовать. А я не люблю делиться.

— Мне предстоит важный эксперимент, — ответил я, — который потребует все мое внимание. Поэтому не хотелось бы отвлекаться по пустякам.

— А как же твое место в Капитуле? — сходу спросил Гедымдейт, нахмурив брови. — Или это для тоже «пустяк»?

Ничего не говоря, я залез во внутренний карман своего плаща, откуда выудил маленькую записную книжку. Ее же я и протянул ничего не понимающему старику.

— Что это? — недоуменно спросил он, тем не менее забирая предмет.

— Если будет что-то действительно срочное и требующее моего присутствия, — начал говорить я, достав вторую такую же книжку, — напиши об этом в книжке. Вскоре эта запись окажется в моем экземпляре.