Алчность. Выбор

— Занимательно, — пробормотал я, присев напротив колбы, и стал с любопытством разглядывать получившегося монстрика. — Интересно, как ты ожил, малыш?

Существо словно услышало мои слова и злобно уставилось на меня. В глазах получившейся твари можно было увидеть зачатки интеллекта. И, что самое интересное, у него точно была душа. Это оказалось неожиданностью, ведь все мои образцы были простыми пустышками.

Решив изучить монстрика, я открыл крышку колбы и протянул руки, чтобы аккуратно вытащить его. В следующий миг мне пришлось с шипением отдернуть руку, на которой теперь отсутствовала фаланга пальца. Остановив кровь и вернув утраченное с помощью метаморфизма, я зло посмотрел на результат своего эксперимента.

— Это ты зря, — угрожающе произнес я.

В ответ монстрик улыбнулся, обнажив рот, полный острых зубов, которых явно раньше не было. Продолжая улыбаться, существо показательно проглотило кусок моего пальца. Так бы игра в гляделки и продолжалась, если бы эту мелкую тварь вдруг не скрутило от боли. По пещере разнесся мерзкий визг, больно ударивший по ушам.

Сам же образец начал стремительно меняться. Черты стали более человеческими, острые зубы исчезли. Глаза также немного изменились, радужка стала ярко-желтого цвета. На голове появились черные волосы. Тело вытянулось и стало старше. Когда существо отпустил приступ, на меня взглянул ребенок, которому можно было бы дать от силы три года. И, в совокупности, выглядеть он стал до боли знакомо. Такие же черты я видел в детстве в зеркале.

На мое лицо сам собой вылез оскал. Эльфийка и все неудачные эксперименты забылись. Теперь мне было интересно изучить получившееся существо.

Не повторяя прошлых ошибок, я вытянул ребенка из колбы с помощью телекинеза. Он начал барахтаться в воздухе, пытаясь сопротивляться, но в итоге все же завис прямо перед моим лицом.

— Ну здравствуй, «сынок», — улыбнувшись, сказал я. — Или лучше сказать «образец шестьдесят шесть»?

В ответ он попытался огрызнуться. Зубы у него во рту вновь стали острыми, и он щелкнул челюстью, словно бешеный пес, который пытался дотянуться до жертвы. Интереса ради я превратил ноготь на пальце в острый коготь и распорол себе руку. Образец сразу же глубоко втянул воздух носом. Из его рта потекла слюна, и он желанно уставился на окровавленную руку.

Улыбнувшись, я поднял ее над странным существом, которое тут же задрало голову и широко раскрыло свою пасть, чтобы не пропустить не одну каплю крови.

— Назову тебя Ситис, — улыбнувшись, сказал я, собираясь поставить метку на получившееся существо.

Мои действия не остались незамеченными, и образец взглянул на меня со злым подозрением. Он не понимал, что я хочу сделать, но инстинкты ему явно подсказывали, что ничем хорошим для него это не кончится. Когда же моя рука с зажженной меткой коснулась его, болезненный визг вновь разнесся по пещере. Тварь попыталась отбиться и отодвинуться как можно дальше от моей руки. Но у него ничего не выходило, так как я крепко удерживал его на месте с помощью телекинеза.

Вдруг я почувствовал быстро нарастающий магический фон. Потоки энергии стали закручиваться вокруг Ситиса, рискуя разнести все в ближайшей округе. Но, когда я уже хотел открыть портал, чтобы закинуть туда опасное существо, за спиной у него появился пространственный разлом, куда его буквально затянуло. Разлом в тот же миг затянулся, и более в пещере ничего не напоминало о существовании созданного мной чудовища.

Тем не менее мое лицо не покидала довольная улыбка. Я чувствовал, что моя метка была установлена. Может она и встала неправильно, и я не буду иметь власти над получившимся существом, но хотя бы с помощью метки я знал, что мой эксперимент жив.

— Что же, — с довольной улыбкой абсолютно искренне произнес я, — удачи тебе… сынок.

Глава 40. Выброс

***

Аварис.

Я задумчиво чесал подбородок и постукивал указательным пальцем себе по губам. Все мысли были заняты моим неудачным, или же удачным, смотря с какой стороны посмотреть, экспериментом. Экспериментом, который так ловко от меня ускользнул.

Отрыв все свои записи, касающиеся образца шестьдесят шесть, я попытался повторить его. Но сколько бы я не пытался, у меня ничего не получалось. Становилось очевидно, что все дело в наличии души у объекта, но, какими бы ритуалами я не старался ее притянуть, ничего не выходило.

Оставалось только признать, что Ситис стал удачным только благодаря случайному стечению обстоятельств, которые повторить искусственно невозможно. Равно как и не получалось найти моего «сыночка». Метка молчала, словно объекта поиска не существует. Что довольно странно, учитывая сам факт наличия метки. Ритуалы поиска родственной крови тоже не дали результата. Точнее, результат был, но довольно неоднозначный. Словно образца шестьдесят шесть не существует, и, одновременно с этим, он есть. Вот только неизвестно, где он… или когда он.

Учитывая, что образец стал носителем гена Старшей крови, его, с тем же успехом, могло перекинуть не только в пространстве, но и во времени. Или же в пространстве, но вне этого поганого мирка. В обоих случаях ритуалы могли дать схожий результат. Пораскинув мозгами, я отчего-то склонился ко второму варианту. Наверное, это можно было назвать интуицией.

Пока мне ясно только одно — объединить гены возможно и нуж…

— Нокс, ты так и будешь витать в облаках? — услышал я мерзкий голос Радмира. — Или все же удосужишься поучаствовать в обсуждении? Все же решается судьба твоих горячо любимых ведьмаков.

Подняв голову, я исподлобья мрачно посмотрел на члена Капитула, который, похоже, слишком много о себе возомнил, раз уж решился разговаривать со мной в таком тоне. Наклонив голову набок и не отрывая пристального взгляда от мужчины, я протянул невидимый для не владеющих истинным зрением телекинетический щуп, который медленно обвился вокруг шеи чародея. Радмир из Тор Карнедда не сразу почувствовал изменения. Только когда я медленно начал сжимать ему горло, он понял, что что-то не так. Когда до него дошло все окончательно, его лицо уже успело покраснеть от напряжения.

— Аварис, — услышал я серьезный голос Гедымдейта, после чего с интересом посмотрел на него, все еще удерживая свою жертву, — довольно. Отпусти Радмира. Он погорячился.

Немного помедлив, я все же последовал просьбе старика и ослабил удавку. Радмир в ту же секунду задышал, жадно хватая ртом воздух. Стоило ему отдышаться, как тут же он устремил на меня злой взгляд. Но ответом ему была лишь снисходительная улыбка.

— Прошу прощения, — все еще улыбаясь, совершенно неискренне произнес я, — немного задумался.

— О чем же, позволь узнать? — встряла Тиссая, вежливо приподняв уголки губ в подобии улыбки. — Что такого важного тревожит твой ум, что тебя не волнует судьба ведьмаков?

Окинув взглядом всех членов Капитула, заметил интерес в их глазах. Всех присутствующих волновал тот же вопрос. Только если в глазах ректоров Бан Арда и Аретузы я видел вежливый интерес, то в глазах эльфийки и лицемера Радмира заметил лишь корыстное желание. Желание получить информацию, которую можно будет использовать против меня самого. Могу пожелать им только удачи.