Альфа-женщина

Но я отнеслась к этому спокойно. Он, несмотря на свою занятость, сказал, что я могу звонить в любое время дня и ночи. И если мне что-то понадобится, деньги, например, или свидетели…

Я уже поняла, что спасена. Остальное дело техники.

Вечером у нас со львенком состоялся серьезный разговор. Он пришел с работы усталый, но я была в прекрасном настроении, поэтому приготовила ужин, надела купленное после «свидания» с Максимом белье цвета шампанского, сделала красивую прическу.

– У нас праздник? – удивился он.

– Да. Я нашла убийцу.

– Ну-ка, ну-ка…

Он ел, а я рассказывала. Выкладывала на стол добычу, которую настреляла за эти два дня. Последней на стол легла шкура леопарда. Вот это был трофей так трофей! Львенок оживился:

– А ведь это мотив!

– Еще какой! Удоев запросто мог загреметь за решетку. Иммунитета он лишился, а сейчас идет охота на ведьм. Чистка партийных рядов, поскольку репутация партии сильно подмочена. Избавляются от всех сомнительных персон. А тут уголовщина! Беременную женщину на переходе сбил! Да, прошло года три, зато время теперь подходящее. Всех, кто нагрешил, привлекают к ответу. Еще не то вскроется. Вспомни БЧ. Слышишь ты о нем?

– Нет. Лег в тину.

– И Людмила Ивановна, как говорят, в университете не появляется. Пережидает. Больничный взяла. Чиновникам сейчас очень даже непросто. Мелочевка уже мало кого интересует, а вот бывший депутат… Его карьере пришел бы конец. И он убил Курбатова.

– А пистолет?

Это было самое важное и самое слабое звено в цепочке. Да что там! В этом месте она просто рвалась! Мы с Удоевым вообще не знакомы. Каким образом он заполучил мой пистолет?

– И мотив, – вздохнул львенок. – С какой стати Курбатов будет так напрягаться из-за своего зятя? Я не думаю, что он был от него в восторге. Здесь надо работать. Сыровато. – Он еще раз вздохнул и налил себе водки.

– Что-то ты много стал пить, дорогой, – заметила я.

– Так ведь ты приучила, – он лихо опрокинул рюмку.

– Я научила тебя развратничать, пить водку, мухлевать с документами. Какая же я дрянь. Разве можно любить такую женщину?

– Можно. – Он в третий раз вздохнул и потянулся к бутылке. Но я оказалась проворнее.

– Все, хватит. – Водка исчезла со стола. Он разозлился:

– Ты мне кто? Мама?

– Папа.

– Отдай! Живо!

– Ты мне что, приказываешь? – насмешливо спросила я.

– Да!

– А вот фиг тебе!

Он погнался за мной, но я нашла убежище в спальне. Мне было чертовски приятно, когда он пытался выломать дверь. Какое-то время я отчаянно сопротивлялась, чтобы его позлить. Держалась за ручку двери и даже пыталась ее забаррикадировать. Вот он, да. Он играл по правилам. Взбешенный ворвался в спальню, и все кончилось тем, чем и должно было кончиться. Он на меня набросился, чтобы избить, но под халатиком, который в гневе порвал, оказалось такое красивое белье, а мы оба так соскучились, что совсем не сдерживались.

Это было так здорово, что я на время забыла о Максиме. Забыла обо всем. На все про все нам понадобилось пять минут, так мы оголодали, но что это были за минуты! Воздержание пошло Славе на пользу, при первом же спуске с горы отказали тормоза, и машина понеслась на бешеной скорости. Я стонала, и извивалась, и даже пыталась его укусить. Правила есть правила. Помирилась я тоже как надо. Сказала, что он лучший и что мне никогда еще не было так хорошо.

– Сегодня удачный день, – сказал он, поглаживая мою грудь. – В конце тоннеля показался свет.

– Да, это так.

– Ты права: это наш шанс.

Вот что значит качественный секс! Жизнь уже не кажется ему мрачной!

– Георгинчик, признайся, у тебя есть план?

– Да, я кое-что придумала.

И тут я опять вспомнила о Максиме. А когда я о нем думаю, мои мысли сворачивают в привычное русло.

– Я так долго тебя мучил, – сказал львенок, отвечая на мой поцелуй. – Давай никогда больше не будем ссориться.

– Давай, – охотно согласилась я. Сейчас я без раздумий согласилась бы и сгореть на костре, лишь бы перед этим мне дали напиться. Жажда была невыносимой…

Это и в самом деле оказался удачный день. Я заснула почти счастливой. Я уже знала, что буду делать завтра.

На что способно раненое животное

Максим упомянул вчера, что его жена ищет няню. Светлана, мол, увлеклась оккультизмом, но она не может брать грудного ребенка на сеансы к гадалкам и экстрасенсам. Она относится к Кате очень трепетно, всячески ее бережет и не хочет, чтобы ауру ребенка накрыло темное пятно. Не дай бог, сглазят, в таких местах темных людей больше, чем светлых, особенно энергетических вампиров. Максим произнес это с улыбкой, явно иронизируя над увлечением жены хрустальными шарами и картами таро, но меня это сразу насторожило, хотя тему я развивать не стала.

Я как ученый к оккультным наукам отношусь скептически. Люди дела верят в первую очередь в себя, а не в какие-то там талисманы. На события невозможно влиять, не выходя из дома и воткнув в косяк иголки, чтобы защититься от ведьм. Чтобы добиться успеха, надо хоть что-то делать. А просто сидеть и ждать – много не высидишь. Даже самый благоприятный астрологический прогноз ничего не стоит, если положиться целиком на звезды.

Светлана замужем за таким мужчиной, что ей можно только позавидовать. У нее нет ни материальных проблем, ни жилищных. А недавно родилась прелестная дочка. Максим показал мне фотографию, которая всегда у него при себе, в бумажнике. Я сама попросила. И мама, и дочка были прелестны. Что такое могло случиться с молодой красивой женщиной, что она рванула к гадалкам?

Это я и попыталась выяснить.

Ректор Курбатов купил своей дочери квартиру в элитном доме. Метро близко, рядом разбит прекрасный парк, дом по всему периметру огорожен, везде видеокамеры, в одном из подъездов центральный пульт охраны и круглосуточное дежурство. Поскольку это жилье бизнес-класса, за каждой квартирой закреплено парковочное место на огромной охраняемой стоянке. Короче, есть все удобства. Монолитные дома серии «Чтоб я так жил!», вот как это называется. Чужие здесь не ходят, сидящий в подъезде консьерж всех допрашивает с пристрастием.

Я прошла тщательный фейс-контроль, но ведь я так же тщательно к этому готовилась. Взяла большую часть своих дипломов, оделась, как школьная учительница, и даже прибавила себе годков, нанеся соответствующий макияж. На прием к Светлане Калиничевой я записалась заранее, позвонив ей по телефону, который мне дал Максим.

Я ожидала увидеть девушку, похожую на Настю, жену Саши. Все они одинаковы, эти девочки, никогда не знавшие нужды. Это не стервы, не злодейки, хотя тоже эгоистки. Но их эгоизм какой-то сахарный, как глазурь на торте. Иногда даже приторный. На них невозможно злиться, они-то, собственно, в чем виноваты? В том, что родители отдали их в элитные школы, а потом услали получать высшее образование за границей, подальше от гадостей этого мира? От клоаки, где процветает коррупция и не работает ни один социальный лифт. Виноваты в том, что этот лифт приватизировали их отцы? И что им теперь делать – взять и все отдать? Господи, кому? Они просто вошли в систему координат, где маршрут их жизни был заранее проложен. И поскольку не жили в общагах, не голодали, не мерзли в электричках, колготки не штопали, чтобы под джинсы надеть, не боролись за место под солнцем, то и родителям сопротивляться не умеют. И они вовсе не плохие, но и не хорошие. Они такие какие есть. И я к ним отношусь как к природному явлению. Ну, пошел снег, пройдет какое-то время, и он растает. Ледниковый период закончится, мамонты вымрут, в джунглях появятся слоны…