Альгиум

Воспоминание о другом мужчине немного отрезвило. Будто увидела нас с Эйром со стороны: взгляд горит, невероятно чувствительная кожа пылает, моя грудь, обтянутая только тонкой тканью спортивного топа плотно прижата к голому торсу альтерца… Ещё немного и… И что? Что бы случилось? Подумаешь, переспали бы! В конце концов, я давно не девочка. Да и как собираюсь получить биологический материал для будущего ребёнка?! Но если этот ребёнок будет от Эйратиона, смогу ли я бросить их обоих на умирающей планете?..

Подняла взгляд на альтерца и только сейчас заметила, что больше не ощущаю его эмоции. Поспешила и сама поставить ментальный щит. Он молча наблюдал за тем, как меняется выражение моего лица. И что теперь? Сделать вид, что ничего не произошло? Глупо как-то… Но позволить себе влюбиться в Эйра ещё глупее.

– Прости, Элайна, – тихо сказал он, нежно проведя ладонью по моей спине и отстранившись. – Я не должен был позволять себе прикасаться к тебе. Прости.

– Да всё нормально, – промямлила я, пытаясь в сумерках пещеры найти свою одежду. – Ты же не железный! Сколько лет у тебя не было женщины? – риторический вопрос. Эйр только хмыкнул в ответ. – Да и я тоже хороша… Давай сделаем вид, что ничего не произошло, ладно?

– Конечно, как пожелаешь, – поспешил он уверить меня. – Я ведь не заслужил даже права целовать твои ноги, – прошептал на грани слышимости, но я расслышала.

– Здесь ты не прав, – отрезала я. – Не думаю, что в этой истории всё так просто. Хоть убейте меня, но не верю, что глупость одного могла стоить жизни целой планеты. Но даже если и так… – задумалась, как лучше выразить словами то, о чём давно думала, но никак не могла донести до Эйра. – Знаешь, там, где я выросла, принято самому отвечать за свои поступки. На Ферранте, да и на многих других планета, которые я посещала, наказание положено только виновному, а не всему его роду до десятого колена, – неуверенно улыбнулась.

Эйр ничего не ответил на мою тираду. Молча оделся и пошёл к выходу из пещеры. Я следом. На входе в тоннель обернулась, чтобы в последний раз окинуть разрушенное месторождение моего рода. И едва не вскрикнула от удивления – кристаллы альгиума слабо светились, отбрасывая на стены пещеры разноцветное сияние. Поспешила в тоннель вслед за Эйратионом. Не хватало ещё, чтобы он это увидел! «Альтерра, прошу, хватит с меня загадок!» – мысленно попросила я. В ответ получила ехидную усмешку. Бррр.

Мы быстро преодолели горные тоннели. Солнечный свет, отражённый от снега, слепил. Глаза слезились, и я не сразу смогла понять, что вышли мы не в том месте, откуда заходили. Перед нами расстилался мёртвый ледяной лес. Интересно, это тот же лес, по которому я шла к Эйру, или другой?

– Месторождение рода Ассари признало тебя, – проговорил Эйр, не отрывая взгляда от леса. – И даже решило помочь и сократить путь. Это хорошо. Можно вызвать рахши, – он три раза издал странный звук – что-то среднее между рыком и свистом – и сел на ближайший камень.

Я последовала примеру. Хорошо, что шуба длинная и тёплая. Ждали мы недолго. Рахши появились минут через пять – семь. Не знаю как, но я сразу узнала ту, что помогла мне преодолеть горное плато. Самец, раза в полтора больше чем моя «тигрица», подошёл к Эйру и ткнулся лбом в ладонь. Альтерец погладил мохнатую голову зверя и в одно движение вскочил ему на спину.

– Садись, они быстро доставят нас, – сказал он. – Только держись крепко.

Я пожала плечами и далеко не так грациозно, как Эйр, забралась на рахши. Последовала совету и обхватила мощную шею. «Приветствую тебя, Элай-и-и-на», – раздалось в голове. «И я приветствую тебя, – ответила разумному животному. – Только не знаю, как обращаться». Про себя отметила, что в этот раз общаться с ней было легче, чем в предыдущий. Эх, так и прижиться на планете Льда недолго…

«У нас нет имён, – последовал мысленный ответ. – Но ты можешь дать мне имя, если хочешь»

Показалось, что среди эмоций рахши промелькнула усмешка и любопытство. Вот же удивительные создания! Неужели им доступно столько же оттенков эмоций, как мне или Эйру?!

«Можно я назову тебя Кайла?» – спросила у неё.

«Хорошо, мне нравится, – ответил зверь. – Кай-и-и-ла», – меня окатило волной удовольствия рахши.

Так, наблюдая за пейзажем и лениво переговариваясь с животным, я почти не заметила двух часов пути. Рахши развивали огромную скорость – думаю, не меньше вездехода на воздушной подушке для пересечённой местности – особенно когда мы мчались по открытым ровным участкам. Я даже немного расстроилась, когда увидела знакомую расселину.

В этот раз не зажмурилась и попыталась увидеть, с какой высоты прыгнула рахши. Получалось, действительно, не меньше двух сотен метров. Я тогда правильно оценила расстояние. Обалдеть! Как бы заполучить такого котёнка, когда соберусь домой?

Сегодня обед или ужин – совсем запуталась во времени суток – я готовила и ела одна. Эйр сказал, что должен подготовить месторождение к длительному отсутствию хранителя. Завтра утром мы должны отправиться к Сайнору. Вот и подошло к концу время моего «отпуска» у Эйратиона. С одной стороны, не сильно хочется сталкиваться с другими Ледяными принцами, а с другой, провести остаток жизни в пещерах, выращивая какое-то подобие зелени под землёй и изредка выползая на промёрзшую поверхность планеты, – это точно не для меня. Я уже сделала выбор и нужно идти до конца. Может, и ходить далеко не придётся? Выберу Сайнора, быстренько заделаю ребёночка, рожу и помашу Альтерре ручкой? От таких мыслей меня передёрнуло. Но кто бы предложил что получше?..

Остаток дня провела в обнимку с книгой и в борьбе со сном. Я решила, что стоит придерживаться режима, совпадающего со световым днём на планете.

Во сне снова встретилась с Альтеррой.

– Только давай в этот раз без сказок! – попросила я вместо приветствия.

– Неужели тебе не понравилась история Исэйаса и Астрэи? – если бы у планеты было лицо, наверное, одна бровь поползла бы вверх.

– Почему ты так решила? – я тоже умею отвечать вопросом на вопрос.

– Хорошо, – сказала Альтерра. – Что ты хочешь знать?

– Много чего, – а что ещё ответишь? – Но времени у нас мало. Утром я должна отправиться к Сайнору.

– Он не подходит в качестве отца будущего ребёнка, – отрезала живая планета. – Предупреждая твой вопрос: Сайнор больше не сможет полюбить. Сердце его навсегда занято женой и детьми.

– Стоп. Мы так не договаривались! – выпалила я. – При чём тут любовь? Я должна родить ребёнка. Ни о какой «любви» речи не шло!

– Не горячись, Элайна, – спокойно сказала Альтерра. – Тебя никто не заставляет ни в кого влюбляться. Но хотя бы отец ребёнка должен хранить в душе огонь любви к его матери. Иначе всё бесполезно… – до меня донёсся тихий печальный вздох.

– Что-то я перестаю понимать, во что ввязалась… – пробубнила себе под нос.

– Какой же ты сама ещё ребёнок, – была бы у Альтерры голова, уверена, она бы ею покачала. Ещё и глаза закатила бы. – Я зачем тебе рассказывала историю Исэйаса и Астрэи? – Я пожала плечами. От скуки, наверное. Подвернулась новая разумная особь, с которой можно поболтать. – Зачем, по-твоему, души приходят в физический мир? – спросила разумная планета и сама же ответила: – Чтобы познать дар любви. В том числе любви физической. В бестелесном мире есть многое, но невозможно почувствовать высшее наслаждение физического мира – восторг от единения с любимым. Счастье от возможности прикоснуться к тому, кто стал единым целым с тобой. Если не можешь понять, то хотя бы поверь: высшая ценность всего сущего – это любовь.