Аллоды

– Что... что... что это?
– начал заикаться кладовщик.

И без того тусклые лампы теперь, казалось, совсем перестали освещать коридор. Шорох как будто приближался, но из-за эха трудно было понять - с какой стороны, что и пугало больше всего. Потом внезапно шум прекратился и у меня отчего-то сбилось дыхание. Секунду мы стояли в почти полной тишине, если не считать стука капель по чему-то металлическому, но мгновенье спустя жуткий крик - нечеловеческий, животный стон - разорвал пространство. Он был одновременно всюду - и спереди, и сзади, и сверху, и по бокам. В полном ужасе мы рванули с места, не глядя под ноги и не разбирая дороги. Какой-то еле теплившийся огонек разума в моем охваченном паникой сознании подсказывал мне, что мы, возможно, движемся на встречу этому крику, а не удаляемся от него, но я уже не мог заставить себя остановиться.

Несколько раз я запинался о металлические перекладины и едва не падал. Сердце в такие моменты екало и по спине шел мороз. Ноги сами несли вперед: направо, налево, снова направо, по лестнице вниз... Страх толкал в спину и мы бежали без передышек, вряд ли осознавая, как сильно уже отдалились от насосной станции.

Первым, как ни странно, пришел в себя Михаил.

– Стойте, СТОЙТЕ!
– закричал он.

Способность мыслить трезво вернулась ко мне не сразу. Какое-то время мы дико озирались по сторонам, но стучавшая в ушах от быстрого бега кровь не давала ничего расслышать. Я прислонился к стене, пытаясь отдышаться.

– Где мы?

– Встречный вопрос, кто-нибудь хотя бы пытался запомнить дорогу?
– хрипло поинтересовался Орел и посмотрел на кладовщика.
– Как нам теперь выбираться отсюда? И что это, Тэп побери, за... Миш?

Грамотин стоял возле каких-то стеллажей с коробками и ящиками, внимательно разглядывая их содержимое. До меня постепенно начало доходить, что мы оказались в помещении, похожем на склад, и, заглянув в один из ящиков, я понял - что склад оружейный.

– Вот это да!
– восхищенно произнес Кузьма, вытащив откуда-то новый, изящный лук.
– Похоже, не наш... Неужели канийский?

Я прислушался - не считая шума от копающегося в содержимом ящиков кладовщика, было вроде бы тихо. Орел придирчиво рассматривал лук, который явно вознамерился присвоить себе, Грамотин же был занят какими-то журналами, найденными в куче разномастного хлама на письменном столе.

– Гайки!
– завопил вдруг Тимур и все подпрыгнули на месте.
– Сверхпрочные гайки! Вот они, родимые!

– Что ж ты, идиот, так орешь?
– рявкнул Орел.
– Чуть сердце не остановилось.

Грамотин подошел к кладовщику и заглянул в ящик.

– Выходит, это дело рук контрабандистов? Очевидно, это их склад...

– Но зачем им гайки?

– Да мало ли...
– пожал плечами счастливый кладовщик и снова запустил руки в ящик. Он был так рад найденной пропаже, что причины его мало волновали.

– Они сделаны из особого материала. Очень прочного!
– задумчиво произнес Михаил, взяв гайку в руки и поднеся ее к глазам.
– Он может быть довольно ценен на черном рынке... Но меня больше другое волнует... Вам не кажется странным, что здесь никого нет? Неужели склад никак не охраняется?

– Кажется, - кивнул я.
– Поэтому быстро осматриваем место и уходим отсюда. Миш, что там на столе? Начальство верует, что у контрабандистов есть бухгалтерский учет...

– Да, там бухгалтерские записи... и не только...

– ОП-ПАЧ-КИ!
– воскликнул Орел, подойдя к столу и схватив какие-то бумаги.
– Ник, погляди-ка..., а вечер перестает быть томным...

Я подошел ближе и заглянул ему через плечо - это был вырванный из журнала листок с изображением лежащей на диване эльфийки. Ее волосы были рассыпаны на подушке, руки закинуты вверх - лишь только кончики пальцев слегка касались лба. Но самое главное - все, что было на ней надето, это цепочка с кулоном в виде сердечка.

На меня напал столбняк.

Не то чтобы я раньше никогда не видел обнаженного женского тела, но обнаженное тело с крыльями... да еще безупречных форм и пропорций...

– Кхе-кхе... ну все, все, - поспешно сказал кладовщик, вырвав из рук Кузьмы страницу.
– Посмотрели и хватит.

– Тут еще есть... журнал мод "Канийка", "Острые ушки"... Нет, ну ты глянь, хороши ушки!

– Хватит! Прекратите, я вам сказал! Это - растлевающая хадаганские умы пропаганда!

– Миш, а это что у тебя? Дай глянуть... "Куда исчезли Джуны? Новый взгляд на старую тайну". Фу-у... Ну ты, умник, даешь! У нас тут такие ушки, а ты про Джунов...

Мне же, в отличие от Орла, стало интересно почитать о таинственных Джунах, но время и место не очень располагали к занятиям по расширению кругозора. И кроме того, острый слух Кузьмы уже уловил посторонний шум. Он подал нам знак и мы в мгновенье ока нырнули за ящики и затаили дыхание.

– ...такого раньше не было, я тебе говорю! Никогда он по коридорам не шастал! Надо убираться отсюда... Больше я сюда ни ногой!

– Ты прав. Они говорили - максимум, кого мы можем тут встретить - это рабочие станции, ну в худшем случае милиция пронюхает..., но на мутантов я лично не подписывался.

– Точно! Я... Эй, а чего эти ящики тут открытые стоят? Ты открывал?

– Нет.

– И я не открывал...

Двое вошедших - орк и хадаганец - замерли, прислушиваясь.

Они были в меньшинстве, но в любой момент могли появиться и другие, поэтому тянуть время не имело смысла. Мы переглянулись с орлом и он натянул лук. Я выпрыгнул из-за ящиков, как черт из табакерки, и одним ударом срезал орка, одновременно с этим острая стрела полетела в хадаганца..., но за долю секунды до этого он слегка отклонился и стрела только пробила ему плечо. Контрабандист завопил во всю глотку, а в следующее мгновенье упал замертво, окутанный морозным инеем, но эхо его крика, многократно отражаясь от стен, еще какое-то время гуляло по темным коридорам. И самое страшное, что не прошло и полминуты, как в ответ прилетел жуткий рык неизвестного существа.