Аморизм

На базе этой племенной монотеистической религии около трех тысячи лет назад в XI веке до н.э. на месте современного Израиля возникло государство — древнее Израильское царство. Через сто лет, в Х веке до н.э. оно распалось на Южное царство — Иудею, и на Северное — Израиль.

Каждое царство уверяло, что только оно имеет контакт с настоящим Богом. У каждого был свой тип монотеизма, свой Храм, первосвященник, свои священники и прочие атрибуты. Так как религии обеих царств растут из одного корня, между ними устанавливается внутривидовая вражда.

Такая вражда самая жесткая. Объясняется это тем, что разные особи одного вида используют одни ресурсы, а они ограничены. Потому самые большие враги орлов — другие орлы этого вида, а самые большие враги муравьев другие муравьи. Непримиримая вражда между монотеизмом северного и южного толка нашла отражение в притче о добром Самаритянине.

Иудея просуществовала 300 лет, Израиль 200. Потом их завоевали соседние государства. До II века до н.э. в мире не было государств, основанных на монотеистической религии, были только языческие. Но иудаизм сохраняется. Его носители живут колониями в разных частях того мира.

Во II веке до н.э. на планете снова появляется государство, в основании которого лежит единобожие — Хасмонейское царство. Выросло оно из колонии, жившей на земле бывшей Иудеи. Это царство тоже просуществовало около ста лет. В 63 году до н.э. Помпей подчинил его Риму. В 4 году до н.э. его разделили на четыре автономии: Иудея, Самария, Галилея и Перея.

Насколько Рим был терпим к религиям и чужим богам, показывает его отношение к иудаизму. Так как в ткань иудаизма вшит отказ поклоняться богам римской империи, Рим делает для иудеев исключение, разрешая им в рамках Иудеи нарушать закон, обязывающий поклоняться римским божествам. Но за границами Иудеи нарушение этого закон расценивалось преступлением.

Иудеи исповедовали свою религию, не нарушая римских законов. Они никогда не выходили на площади римских городов и публично не говорили, что думают по поводу богов империи. Они исправно платили дань, как это делали и все народы. Они периодически бунтовали, когда решали, что у них для этого достаточно сил. Рим подавлял восстания, и все возвращалось в привычное русло.

Явление

В самом начале I века, во времена императора Тиберия, в провинции Иудея появился Иисус Христос. Он говорит о важности исполнять Закон (Тору, свод религиозных правил), и противоречит ему. Например, Закон предписывает принцип «око за око», а Христос «ударили по одной щеке, поставь другую». Он высказывает идею, что личность человека по смерти не исчезает, а попадает в рай или ад. Куда именно, зависит от того, как человек жил в земной жизни (идея воздаяния). В иудаизме эта идея появится примерно через тысячу лет, в IX веке, когда появится Талмуд.

Часть иудеев считает Христа за пророка, пришедшего освободить евреев от Рима. Несколько человек оставляют свои дома и делают смыслом своей жизни следование за лидером. Этот факт указывает на фанатичную религиозность первых иудеев. Не фанатики не оставляют свои дома.

Христос повторяет требование Закона поклоняться только Богу: «Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи» (Мф.4,10). Плюс учит: «зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме» (Мф.5,15). Иными словами, о чем Рим просил говорить в рамках Иудеи, о том Христос призывает говорить по всей империи и за ее рамками, на весь мир.

Проповедь Христа порождает волнения. Это вызывает недовольство местных властей и Рима. Дело заканчивается арестом и казнью Христа. В романе «Мастер и Маргарита» на эту тему есть сцена, где прокуратор говорит с первосвященником, кого помиловать, Христа или Варавву (первого называют Иешуа Га-Ноцри, а второго Вар-раван). Прокуратор ходатайствует за Иешуа.

— Я желал бы знать, — спрашивает прокуратор у первосвященника, — кого из двух преступников намерен освободить Синедрион, Вар-равана ли Га-Ноцри?

— Синедрион просит отпустить Вар-равана.

— Признаюсь, этот ответ меня удивил, — отвечает прокуратор. — В данном случае налицо явная ошибка. Преступления Вар-равана и Га-Ноцри несопоставимы по тяжести. В связи с этим я прошу первосвященника пересмотреть решение и оставить на свободе того, кто менее вреден, а таким без сомнения является Га-Ноцри.

— Синедрион внимательно ознакомился с делом и вторично сообщает, что намерен освободить Вар-равана.

— Как? Даже после моего ходатайства?

— И в третий раз мы сообщаем, что освобождаем Вар-равана, — отвечает первосвященник.

Далее следует возмущение прокуратора отказом в его просьбе и угрозами. Первосвященник в ответ указывает на слышимый шум народного волнения на площади и говорит прокуратору: неужели ты скажешь мне, что все это вызвал жалкий разбойник Вар-равван?

Оценка действия производится не по тому, как оно выглядит, а по тому, что оно способно принести. Нож разбойника способен убить пять-десять, пусть сто человек. Тихие слова мирного бродячего философа способны вызвать возмущение, в котором погибнут тысячи и тысячи.

После казни Христа его ученики стали ходить по всей империи и на площадях говорить, что настоящий Бог только тот, кого иудаизм признает Богом. Уверяли, что поклоняться можно только ему. Если человек поклоняется иным богам, его за это после смерти ждут адские мучения.

Кто принимал эту информацию и следовал ей, тех стали называть христианами. Христианство отделяется от родительской религии. Оно состоит из множества конфликтующих групп. Каждая утверждала, что только она правильно толкует слова Христа, а все остальные заблуждаются. Но это не противоречит христианству, так как «Надлежит быть и разномыслиям» (1Кор.11,19)

Общим у них был отказ поклоняться богам Рима и императору, живому божеству, отрицание традиционных для античного мира понятия добра и зла, норм и табу. Это говорило, что христиане нелояльны к власти, что они подрывают ее могущество, расшатывают устои и основы.

В античном мире были популярны религиозные праздники. На них устраивали народные гуляния, где богам приносили жертвы, пели в их честь гимны, танцевали и пировали. Христиане всего этого сторонились. Это рождало к ним крайне подозрительное отношение.

Люди рассуждали: кому нечего скрывать, и он ничего не замышляет против, тот не чуждается общества. Христиане же чуждались, уклоняясь от языческих праздников, отказываясь клясться в судах и при договорах именами богов. Они имели статус изгоев, оскорбляющих своим поведением не только людей, но и богов. Оскорбленные боги не давали за это дождя, посылали наводнения и землетрясения. В христианах видели виновников засухи, неурожая, стихийных бедствий и всех бед.

Чтобы прочувствовать ситуацию, представьте, что появились люди, утверждающие, что детей можно пускать на мясо как свиней. Вот какой бы гнев вызвали у вас такие слова, такой же гнев у античных людей вызывали слова христиан об античных святынях и богах, традициях и обрядах.