Ангел любви

и духовно очиститься, смыть с себя все мелкие грехи, которые, как у нас считают,

прилипают к коже.

Лилит рассмеялась.

Они вошли в воду, и Хейкуа принялась старательно натирать сначала спину, а потом и

все тело подруги чистым, как перемолотый жемчуг, песком. Теперь Лилит очистилась от

всех грехов, больших и малых, почувствовала себя заново родившейся.

— Когда начнется свадебная церемония? — спросила она подругу.

— Скоро. Но сначала мужчины племени должны рассказать великому заморскому

жрецу, как он должен доказать тебе свою любовь. Адам должен убедить вождя в том, что

действительно хочет тебя.

Хейкуа взяла Лилит за руку, вывела из воды и надела ей на голову роскошный венок из

больших белых цветов, на шею — ожерелье из крупного жемчуга, на лодыжки — браслеты

из перламутровых раковин.

Адам уже ждал ее в хижине для собраний. Он сидел рядом с Тайро в голубой

набедренной повязке, бицепсы были стянуты многочисленными браслетами, а пальцы обеих

рук унизаны замысловатыми кольцами. Голову украшал наряд из разноцветных пышных

перьев.

Снаружи раздалось мелодичное пение, и в хижину одна за другой вошли несколько

женщин. Последней была Лилит. Увидев ее, Адам невольно поднялся.

— Ты доволен? — Тайро встал рядом с ним. — Не правда ли, она очень красива?

Данрейвен не мог вымолвить ни слова. Потом обернулся к вождю и тихо сказал:

— Красивее всех женщин, которых я когда-либо встречал! Ты никогда мне не говорил,

какая чудесная у тебя дочь, великий вождь!

— Я говорю сейчас. И если ты согласен взять ее в жены, то она твоя!

— Да, Тайро! Я прошу тебя отдать мне ее!

— Так возьми ее!

Тайро окинул взглядом всех находившихся в хижине и торжественно объявил:

— Я отдаю свою дочь Атуа Тамахине в жены нашему гостю — великому заморскому

жрецу. Подведите ее к нему.

Две женщины подвели Лилит к Данрейвену. Между ними расстелили ковер из живых

цветов. Воины выстроились за спиной жениха, а женщины — позади невесты. Тайро взял за

одну руку Лилит, за другую — Адама.

После нескольких не очень длинных молитв Тайро сделал знак, разрешающий

молодым покинуть хижину. Лилит и Данрейвен с облегчением вышли на воздух. Здесь, на

лужайке, собралась вся деревня. Появление новобрачных было встречено восторженным

ревом.

И тут Данрейвен неожиданно выбежал на середину площадки и поднял вверх руку,

призывая к тишине:

— А сейчас танцевать буду я!

Новый взрыв восторга. С первым звуком барабана Данрейвен издал громкий клич,

высоко подпрыгнул и, сделав в воздухе оборот, упал на одно колено перед Лилит. Затем, в

такт музыке, стал медленно раскачиваться, постепенно поднимая руки над головой. Другие

мужчины выстроились за его спиной, также опустились каждый на одно колено и принялись

точно повторять движения Адама. Задаваемый барабаном темп постепенно ускорялся.

Данрейвен поднялся с колена и вновь совершил прыжок почти в два оборота. Остальные

сделали то же.

Когда темп и звук барабанных трелей достигли высшей точки, Адам вновь высоко

прыгнул и, выхватив из рук стоявшего рядом воина копье, вонзил его в землю у самых ног

Лилит.

Бой барабана сразу же прекратился. Все танцующие замерли на своих местах, сжав над

головами в кулак правую руку. Из хижины вышел Тайро и выразительно посмотрел на

Адама и Лилит. Оба поняли этот взгляд. Данрейвен наклонился к уху Лилит:

— Сейчас все набросятся на еду. Вождь знаком дал понять, что мы можем незаметно

уйти.

— Тогда бежим, — тоже шепотом ответила она.

Они бежали, задыхаясь от счастья, а потом застыли на берегу океанской лагуны. Затем

медленно вошли в воду, и Лилит что-то запела.

— Что это? — спросил Адам.

— На эту песню всегда откликается Рангахуа.

Действительно, не прошло и мгновения, как рядом с ними показалась голова дельфина.

Вглядевшись в его глаза, Адам был потрясен их осмысленностью.

Лилит благодарно похлопала дельфина по спине. Рангахуа плеснул хвостом и

посмотрел на девушку, как бы приглашая садиться. И вот они уже несутся, рассекая теплые

волны. Данрейвен плыл за ними. Тишина и умиротворенность царили вокруг.

9

Только пение птиц доносилось с острова. Закатное солнце прочертило по зеркальной

поверхности океана широкую золотую полосу. Влюбленные стоят на берегу. Лилит

развязала поясок, Адам сбросил набедренную повязку. Они обняли друг друга за плечи и

медленно вошли в воду.

Тем временем наступила ночь. Со стороны Рева Ра раздались звуки барабанного боя.

Жители деревни готовились встретить восход Полной луны.

— Плывем к берегу, — сказал Данрейвен. — Нам ведь тоже предстоит принять участие

в празднестве. И не только во славу Полной луны. Надеюсь, ты еще не забыла, что это наша

ночь.

— Знаешь ли, — Лилит засмеялась так заразительно, что чуть было не захлебнулась, —

я могла бы забыть что угодно. Даже свой переход через лаву. Но то, в чем ты пытаешься

меня обвинить, — это уже слишком! А как мы будем праздновать и где?

— В том самом храме, который ты мне показывала во время нашей первой встречи.

Разве это не идеальное место для нашей брачной ночи? Освященный богами союз, разве не в

Храме любви он должен быть закреплен?

— Ты прав, — прошептала Лилит.

Вооружившись фонарем, они пошли по темной тропинке, ведущей к храму. Скованный

молчанием ночной лес выглядел таинственным и жутковатым. Лилит невольно прижималась

к своему спутнику. Она никогда не видела самого храма при свете луны, поэтому не сразу

узнала его.

Высокий, стремительно уходящий в небо винтообразный купол как будто излучал