Анна

Это было очень неловко. Я, конечно, рада и гостеприимству, и даже внимание мне нравится. Но как-то зазвенел от напряжения воздух в шатре.

— Для меня невероятно ценно внимание друга моих друзей, — осторожно ответила я. — И будет еще лучше, если вы позволите мне привести себя в порядок и прийти в себя. Дорога выдалась не из легких. И я хотела бы оставить лучшее впечатление о первой встрече.

Это было невоспитанно. Леди полагалось бы сделать вид, что все в полном порядке, и отыграть роль благожелательной, бесконечно радующейся вниманию девушки, но, признаться, к этому я была совершенно не готова. И еще… узнать бы чуть больше про этого Гаша, друга моего друга.

— О, вы так прекрасны, просто ослепительны. И я боюсь, что мои глаза не выдержат еще большей красоты, — льстец. И лгун. Я прекрасно понимала, что выгляжу ужасно. Но демон с ним, пусть говорит. Но он, уловив, что слегка перегнул, исправился: — Конечно, ранаш… то есть миледи, — не стал настаивать или спорить Гаш. — Но будь добра, прими приглашение на праздник полной луны. Этой ночью. И еще — маленький подарок.

В его руках как по волшебству появился небольшой, обитый серебряной ниткой сундучок. Странно, ни грамма магии я не почувствовала. Или это просто ловкость рук?

— Благодарю, но… — начала я, подавив необъяснимое желания отползти подальше от этого человека.

— Но это ничего не значит, — тут же пресек он мою попытку отказаться. — Просто знак уважения другу моего друга.

Это звучало… странно. Кажется, только что мои же уловки использовали против меня. А не так прост этот мужчина с черными глазами. Кажется, он достаточно хитер и ловок, чтобы обвести вокруг пальца добычу и побольше маленькой и не такой опытной леди Ньер.

По уму стоило бы спросить у Рейма или Сьяры, но как-то не очень удобно это, когда человек стоит в полупоклоне, сверля тебя взглядом.

Ладно. Если вдруг что, скажу — была не в себе. Могу же я, в конце концов, быть не в себе после такого потрясения? Вот и мне кажется, что могу!

— Благодарю, — улыбнулась я, принимая маленькую не то шкатулку, не то сундучок.

Она совсем немного кольнулась магией. Ага. Вот, значит, что за друзья. Тоже охотники за артефактами?

Но Гаш лишь улыбнулся, провел сильными пальцами по крышке, отчего та засверкала, словно живая. Или просто магическая.

Проклятье! Что именно за подарок внутри, если такая упаковка?

— До вечера, прекрасная ранаш, — протянул этот мужчина.

И, откланявшись, покинул шатер.

В шатре воцарилась такая тишина, что мне стало откровенно страшно.

— Что, собственно, происходит? — спросила я, поочередно посмотрев на всех моих спутников.

Как-то они сильно посмурнели. Что я снова сделала не так?

— Да в общем-то, ничего, — хмыкнул Тео. — Ты просто только что признала, что рассматриваешь Гаша как жениха!

Что?!

— Что?! Я ничего такого не признавала! — ошарашенно вскрикнула я, попыталась встать, но запуталась в каком-то одеяле и плюхнулась бы обратно на лежанку, если бы меня уже в который раз не поддержал Рейм. — Ты мне ничего не мог сказать?

— А стоило? Мне показалось, что он тебе понравился! — как-то холодно и отстранённо заметил Рейм.

Вот только этого мне и не хватало сейчас.

— Видимо, нам пора бы прогуляться, — осознав неловкость момента, Сьяра потянула за рукав Тео.

Тот уходить не очень желал. Вероятно, получал удовольствие от моего очередного унижения. Все же он заработает себе пару проклятий. Видят боги, он меня доведет. Никакие артефакты не помогут, если он на них рассчитывает.

Но Сьяра была достаточно настойчива, — попыталась поддержать меня сочувствующей улыбкой и едва ли не силой вытянула Теотрана из шатра.

И стало так тихо.

То есть не так уж и тихо. Где-то снаружи кипела жизнь шумного табора. Но вот мы оба не произносили ни слова, не понимая, откуда начинать объясняться. Так с чего же начать?

Вертела шкатулку в руках — и просто не понимала, что вообще можно сказать. Я была виновата во многом, но во многом же и была невиновна. Однако кто-то же должен признать ошибки. Пусть это будет тот, кто совершил их первым.

— Прости, — начала все же я. — За то, что не рассказала все сразу.

Это было справедливо, ведь именно я чувствовала себя обманщицей. И это давило на меня.

— Чего именно ты не рассказала? — как-то тихо полюбопытствовал Рейм. — Что ты леди Ньер? Или что племянница короля? Или что согласилась выйти замуж, а потом передумала и сбежала, опозорив жениха?

Ох! Таких обвинений сейчас я уже не ожидала. Даже задохнулась от возмущения. Я сразу же сказала, что никаких согласий на брак не давала! И эти обвинения теперь… Это было слишком. Слишком возмутительно!

— Я не давала никакого согласия, — процедила я сквозь зубы. В общем-то, даже не думала, что придется повторять это снова. Ненавижу оправдываться, да еще по второму кругу.

О, да меня буквально охватила ярость. Почему он меня не слышит? Я ведь сказала уже. Или… соврав в одном, соврет и в остальном? Так он считает? О боги!

— Ты не обязана оправдываться, — обронил он, даже не посмотрев в мою сторону.

То есть я виновата. И разбираться во всем этом он не намерен? Так получается.

Страшно захотелось зарычать, запустить в него чем-то… но в руках был только подарок Гаша, а на глаза больше ничего подходящего не попадалось. Потому повременю с рукоприкладством, пожалуй.

— Я никогда не была невестой лорда Тривори. И не планировала ничего, даже отдаленно напоминающего хоть какой-либо союз с ним. Да и вообще ни с кем, — медленно проговорила я, с трудом сдерживаясь, чтобы не накричать на Рейма. Ну как можно быть таким? Я ведь к нему со всей душой. Он сорвал мой первый поцелуй. — Разве я стала бы с тобой целоваться, если бы обещала руку и сердце другому?

Этот вопрос я буквально выдавила, борясь с обычным девичьим стеснением. Меня все еще согревали и будоражили воспоминания о том, как его губы накрывают мои. Как рассыпается огнем по телу что-то неизведанное, яркое, поглощающее. Неужели это только… мои чувства? Неужели он думает, что для меня это все ничего не значило?

— Как знать? Женское сердце изменчиво. Сегодня ты обещаешь руку одному, потом целуешь другого, завтра принимаешь ухаживания третьего… — пожав плечами проговорил Рейм.