Аннушка
Шрифт:
Она подошла к лифту и обернулась.
– Доброй ночи.
– Доброй.
Я наконец-то вошёл в кабинет и набрал охрану.
– Дежурный Задорожный.
– Это Пожарский. Сейчас через пропускник девушка пойдёт. Вызови ей такси и оплати спецкартой.
По совету отца я завёл отдельную карту для оплаты перемещения сотрудников в рабочее время, когда служебного транспорта не хватало. Она находилась на пульте охраны, а все расходы чётко контролировала бухгалтерия.
– Будет исполнено!
Глава 6
Первые солнечные лучи пробивались сквозь плотные жалюзи. Как странно. В конце ноября солнце решило побаловать
Мурлыча под нос незатейливый мотив, я порылся в шкафу. Засада! Ни одного костюма, ни одной рубашки. Римма сдала в химчистку решительно всё. На вешалке болтались лишь старые джинсы, да пара футболок. Ничего. Сойдёт. В мэрию я планировал ехать завтра. А завтра… завтра Маринка освободит мою жилплощадь, и я смогу насладиться началом холостяцкой жизни. Впрочем, о чём это я? Завтра я вернусь домой, побреюсь, переоденусь, и почувствую себя человеком.
Схватив полотенце, направился в рабочий душ. Не Бог весть что, но освежиться можно. Ледяная вода прогнала остатки сна. Натянув джинсы, я вышел в кабинет, вытирая влажные волосы полотенцем, и остановился, как вкопанный.
– Аня?
Я смотрел то на часы, показавшие без четверти семь, то на девушку. Она же увлечённо работала пылесосом, что-то мурлыча под нос. Обернувшись в мою сторону, новая сотрудница сняла наушники и открыла рот.
– Вы? Тут? Что Вы тут делаете?
Вытащив шнур пылесоса из розетки, я пожал плечами.
– Душ принимаю.
Достав из шкафа футболку, натянул на себя и тряхнул влажными волосами.
– Но… как? Это же кабинет генерального.
– Наморщив лоб, девушка покраснела.
– Значит, Вы и есть генеральный директор?
Дошло, наконец. Я протянул руку.
– Он самый. Пожарский Глеб Викторович.
Анна захлопала ресницами.
– Простите. Я даже подумать не могла. Мне казалось, директора выглядят по-другому.
– Лысыми и толстыми?
– Нет. Солидными.
Меня накрыла волна веселья.
– А я, по-твоему, не солидный?
На щеках девушки вновь заиграли ямочки.
– Не солидный. Вы весёлый и бесшабашный. Таких директоров не бывает. Возможно, Вы его сын или внук?
– Ты ошибаешься. Я совсем не весёлый, а даже очень печальный. Просто иногда судьба посылает нам людей, которые заставляют улыбаться, даже тогда, когда улыбаться нечему.
Девушка подошла к окну и широко распахнула створки, впуская в кабинет поток свежего воздуха.
– Нечему? А солнцу? А птицам, которые летят к югу и машут нам своими огромными крыльями? А тому, что скоро наступит зима, а с ней придут новогодние праздники, ёлки и подарки? Вы любите зиму?
Я пожал плечами. Все времена года шли своим чередом мимо меня. Лето, осень, зима, весна. Я не любовался изменениями, происходившими в природе. Для меня осень означала закладку фундамента, лето - сдачу объекта. Я следил не за первыми снежинками, робко ложившимися на тротуары, а за ростом очередного небоскрёба, за сроками и за качеством. Да, жизнь летела, а я застрял на стройке и отгородил себя от внешнего мира высоким забором.
– Я родилась во Владивостоке. Знаете, какие у нас зимы? Суровые. Снег, ветер. Серое небо, серое море. Но вот придёшь домой, укутаешься в шаль, сядешь у камина, возьмёшь в руки книгу, и окунёшься в другой мир. Это так
классно!Как странно. В первый раз я встретил девушку, которая любила читать. Все мои подружки смотрели кино, бегали по барам, по парикмахерским. Но вот книжки… Да я и сам-то их давненько в руках не держал.
– Ты умеешь варить кофе?
Аня кивнула.
– Впрочем, нет. Тут недалеко есть неплохое местечко. Идём.
Девушка обвела взглядом мой кабинет.
– Не могу. У меня рабочий день начинается.
Я рассмеялся.
– Кто твой главный начальник? То-то. Хороший день должен начинаться с хорошего завтрака.
Боже! Как давно это было. Сейчас, спустя столько лет, я вспоминаю нашу первую встречу с теплом и улыбкой. Боль ушла. И лишь иногда, холодными одинокими ночами, я задаю один и тот же вопрос: «Где ты, Аннушка?»
Глава 7
2018 год
Анна
Мой персональный апокалипсис начался именно тогда, когда на пороге огромной профессорской квартиры, унаследованной от деда, возник высокий молодой человек в костюме сотрудника МЧС. Сердце матери не обманешь. Я почувствовала угрозу и тут же хотела захлопнуть дверь, но, несмотря на габариты, парень успел прошмыгнуть. Он широко улыбнулся и вытащил из-за спины букет.
– Здравствуйте, а Мила тут живёт?
Я всё ещё надеялась, что это ошибка, что юноша просто адрес перепутал. Мало ли Мил на свете? Поэтому, на всякий случай, переспросила:
– Какая именно Мила Вам нужна?
– Ладынина Людмила Игоревна, 1998 года рождения.
Моё сердце провалилось в область желудка. Всё совпадало, и фамилия, и дата выпуска. Пока я решала мучительную дилемму, не вытолкнуть ли красавчика вон, из комнаты выплыла моя дочь.
– Клим! Привет! Проходи!
Парень легонько отодвинул меня к стенке, освобождая проход, скинул берцы сорок пятого размера и подошёл к моему чуду.
– Привет, Милки Вей!
– наклонившись, он чмокнул мою дочь в щёку, о, ужас, прямо при мне!
Со словами «Мусик, это Клим, Клим, это Мусик!», Милка потащила захватчика на свою половину.
Захватчик! Да, именно это слово, как нельзя более точно характеризовало спасателя. Я влетела на кухню, плотно прикрыла дверь и подпёрла её собой, будто целый отряд людей в пагонах собирался атаковать мои владения. Что делать? Думай, Аня! Думай!
В жизни моей девочки постоянно присутствовали парни. Но особой тревоги они во мне не вызывали. Одни появлялись, другие исчезали. Я оплакивала каждого, кого бросала моя ветреная дочь, а в душе ликовала. Значит, ещё какое-то время Милка проведёт в отчем доме. Но часики тикали, и сейчас, когда моей кровинушке стукнуло двадцать, я поняла, что разлука неизбежна, что однажды на порог вступит тот, кто мне совершенно не понравится, кого я люто возненавижу. Он уведёт мою дочь из родительского дома в свой и отнимет у меня моё сокровище.
Я заметалась по кухне, пытаясь найти сигареты. Успокойся, Аня, ещё ничего не ясно. Может, и этот рыцарь не пройдёт все пункты из списка, которые выдвигала моя дочь каждому претенденту на её руку и сердце. Милка исписала толстенную тетрадь. А многие принцы сдувались уже на первой странице.
Успокоиться не получалось. Где-то в глубине души противный червяк выгрызал огромную дыру, и ехидно хихикал: «Этот пройдёт. И Жар-Птицу достанет, и яблочки молодильные, и в кипяток нырнёт, и Волка Серого оседлает!»