Антинюрнберг. Неосужденные...

Пулемет, надо сказать, получился сложный и очень дорогой — стоимость производства MG.34 составляла 312 рейхсмарок, трудозатраты на производство одного пулемета превышали 150 человеко-часов, большая часть его деталей изготовлялась фрезеровкой с очень жесткими допусками.

Но зато это был по-настоящему современный пулемет, полностью удовлетворяющий вермахт по своим боевым характеристикам!

Вес его ручного варианта составлял 12 кг, на станке 1934 г. он весил всего тридцать три килограмма.

Питание пулемета могло осуществляться и из барабанного магазина, и лентой, которую можно было вставлять и с правой, и с левой стороны. А темп стрельбы в 800 выстрелов в минуту был просто замечательным!

Пулемет был принят на вооружение в 1934 г. (еще для рейхсвера) — и до начала Второй мировой войны его было выпущено 84 078 единиц во всех вариантах.

MG-34 в первую очередь достоен внимания как первый единый пулемет, когда-либо принятый на вооружение. В нем воплотилась выработанная Вермахтом на опыте Первой Мировой войны концепция универсального пулемета, способного выполнять роль как легкого ручного пулемета, используемого с сошек, так и станкового, используемого с пехотного или зенитного станка, а также танкового, используемого в спаренных и отдельных установках танков и боевых машин. Благодаря этому пулемету вермахт к концу тридцатых годов в области пулеметного вооружения догнал своих потенциальных противников-если не по количеству (у Франции пулеметов все равно было вдвое больше), то во всяком случае по качеству.

Более-менее равным, как может убедиться читатель, у сторон грядущего конфликта было лишь количество короткоствольного личного оружия — пистолетов и револьверов.

По винтовкам, карабинам и пулеметам Франция и ее союзники намного превосходили Третий рейх.

Конечно, кто-то возразит, что уже 16 марта ситуация в корне изменится, и вооружение, отнесенное в таблице к «чехословацкому», станет «немецким» — на что можно ответить, что здесь никак не учтены запасы вооружения Великобритании.

А они были ого-го какие немаленькие! Достаточно сказать, что за время Первой мировой войны просвещенные мореплаватели произвели 3 854 000 винтовок и 239 400 пулеметов — из какового числа не менее полутора миллионов винтовок и восьмидесяти тысяч пулеметов были по окончанию войны аккуратно складированы в арсеналы, в предвидении грядущих неприятностей…

*

На 1 марта 1939 г. соотношение между Германией и ее потенциальными противниками по количеству стрелкового оружия было следующим:

…???…

Глава 2. Артиллерия

Как известно, практически вся артиллерия кайзеровской армии по условиям Версальского мира перешла в руки Антанты, за исключением двухсот восьмидесяти восьми орудий (204 77-мм пушек и 84 105-мм гаубиц), остающихся на вооружении опереточного рейхсвера Веймарской республики официально, и шестьсот семидесяти пяти орудий, спрятанных по монастырям и крестьянским овинам — то бишь имеющихся неофициально. Назвать это количество пушек и гаубиц “артиллерией сухопутной армии” — значит, жестоко посмеяться над логикой и здравым смыслом. Девятьсот тридцать восемь артиллерийских стволов, которые немцы могли бы в случае нужды выставить на линию огня — вызвали бы гомерический хохот не только у французов (в артиллерийских парках которых только 75-мм пушек в начале тридцатых годов хранилось 5484 единиц), но даже у поляков, превосходивших немцев в 75-мм орудиях и легких полевых гаубицах В ТРИ РАЗА, а в тяжелой артиллерии (пушках калибра 105 мм и выше и гаубицах калибра 155 мм и выше) — почти В ВОСЕМЬ С ПОЛОВИНОЙ РАЗ (638 тяжелых польских орудий против 75 германских).

Французская же тяжелая артиллерия (корпусная, армейская и РГК), вообще, была несравнима по мощи с немецкой — она представляла собой колоссальную военную силу, как по количеству стволов, так и по их калибру.

Хотя сначала буквально пару слов о французской дивизионной артиллерии — ибо ее организация была весьма интересна (особенно — для поклонников Резуна). Чем? Тем, что большинство из более чем семи десятков развертываемых в случае военной опасности французских пехотных дивизий имело по штату два артиллерийских полка — легкий пушечный (из трех батальонов по 12 75-мм орудий каждый) и тяжелый гаубичный (из двух батальонов по 12 155-мм гаубиц). Кроме того, в вышеозначенной дивизии имелось 52 25-мм и 8 47-мм противотанковых и 6 25-мм зенитных орудий.

Корпусная артиллерия в 1932 г. насчитывала тридцать полков, каждый из которых состоял из двух дивизионов 105-мм пушек (из трех батарей каждый) и одного дивизиона 155-мм пушек. Кроме того, к корпусной артиллерии относились 15 полков 155-мм гаубиц (по девять четырех-орудийных батарей в каждом), 5 полков (также по девять четырехорудийных батарей) 105-мм и 10 полков (такой же штатной структуры) 155-мм пушек.

Артиллерия РГК состояла из полка 240-мм пушек (всего 75 орудий), полка тяжелых мортир (всего 88 орудий), полка тяжелой железнодорожной артиллерии с 254-мм орудиями кругового обстрела (всего 42 орудия), четырех полков тяжелой железнодорожной артиллерии с 280-мм орудиями (всего 506 стволов). Итого в состав тяжелой артиллерии большой мощности входило 711 орудий.

Кроме того, в горнопехотных частях имелось около сотни 65-мм горных пушек.

В общем, пушек, гаубиц и мортир у французов в начале тридцатых годов было более чем изрядно — свыше двенадцати тысяч штук калибра 75-мм и выше.

Французские генералы даже после прихода к власти в Германии нацистов и указа Гитлера о создании вермахта с весьма оправданной снисходительностью посматривали на восток — их артиллерийские парки и цейхгаузы (где одних только 75-мм унитарных выстрелов было запасено свыше восьми миллионов штук) надежно служили (как тогда всем во Франции казалось) абсолютной гарантией непобедимости la belle France — ибо создать артиллерию, хотя бы приблизительно равную французской, немцы априори не могли — хоть продай они последние штаны.

Впрочем, как выяснилось уже через несколько лет, генералы Гитлера этого делать вовсе и не планировали…

*

Первым делом немцы усомнились в необходимости иметь в качестве дивизионного орудия 77-мм пушку — время этого девайса на Западном фронте закончилось зимой 1914–1915 г., на Восточном — к осени следующего.

Закончилось, ибо на поле боя исчезли цели, для поражения которых это орудие создавалось. Не было больше места ни колоннам пехоты, энергично маневрирующим на открытой местности, ни лихо гарцующим в конном строю кавалерийским полкам, ни разворачивающимся посреди поля артиллерийским батареям, ни легким надземным полевым укреплениям типа редутов или блокгаузов. Армии зарылись в землю, окутали свое предполье колючей проволокой, выставили друг против друга тысячи пулеметных стволов, установили на закрытые позиции сотни крупнокалиберных мортир и гаубиц- и с этого момента пушка 75-77-мм калибра стала попросту ненужной.

Для задач огневого подавления окопавшегося противника гораздо лучше подходила гаубица (которая при сопоставимом калибре к тому же была много дешевле), а в качестве орудия непосредственной поддержки атакующей пехоты и французские, и немецкие «трехдюймовки» были слишком тяжелы — «француженка» весила 1190 кг, а укороченный и облегченный вариант «немки» (модификация L/20)-855 кг.

К тому же 77-мм полевые пушки, оставшиеся у «веймарской» армии, в случае настоящей войны очень быстро стали бы бесполезными грудами железного лома — ввиду крайне малого количества “официально разрешенных” снарядов к этим орудиям. Как известно, в начале 1923 г. французы вкупе с бельгийцами оккупировали Рур — и командование рейхсвера вынуждено было в предвидении возможной войны с зарвавшимися победителями тайно заказать четыреста тысяч 77-мм снарядов в Советской России.

Реввоенсовет СССР заказ на снаряды принял и (якобы для вновь формируемых особых артдивизионов, вооруженных трофейными германскими орудиями) производство оных начал. Златоустовскому заводу поручили изготовить 400 тыс. корпусов фугасных фанат, Петроградскому (с 1924 г. — Ленинградскому) трубочному заводу — 400 тыс. взрывателей,

Тульскому патронному заводу — 400 тыс. снарядных гильз, Казанскому пороховому заводу — 21 тыс. пудов бездымного пороха, Самарскому заводу взрывчатых веществ (Иващенково, ныне Чапаевск) — около 20 тыс. пудов тротила. Во второй половине 1925 г. работы по производству снарядов постепенно завершались, а изготовленные снаряды отправлялись в Германию — хотя угроза войны с Францией и миновала, но снаряды, как известно любому генералу, никогда лишними не бывают…