Артефактор Душ

— Потому и пришлось всех, кто в столице и мне доступны вызывать, — злобно пыхтя, двигалась девушка к неизвестному мне корпусу.

Да так, что даже я едва поспевал, чуть ли не переходя на ускорение. В целеустремлённости ей точно не откажешь. Внезапно она сбилась с шага и слегка взволнованно развернулась ко мне:

— Погоди! А гравёр, гравёр-то с собой?

Вместо ответа извлекаю кейс с артефактом из инвентаря. Девушка тут же облегчённо выдыхает и, кивнув, устремляется дальше. Так быстро по академии я ещё не передвигался — переходить на бег мне не позволял этикет, да и поводов особо не было. А вот с Элизабет появились.

— Марк, отлично, всё взял? — по пути мы наткнулись на старшекурсника с чёрными длинными волосами и аномально длинными пальцами, — Слава Гертруде! Пошли тогда. Остальных позвал? Отлично.

Спустя пару минут мы уже заходили в корпус, который я, наконец, узнал. Вернее, примерно представлял, что здесь находится.

«Как-то больно близко к „чёрным“ школам», — подумал я, осматривая рунные печати на входе и усиленные тёмно-фиолетовым камнем стены.

Здания, подобные этому, сильно выделялись на фоне остальное академии. К «чёрным» дисциплинам относились опасные и условно-опасные школы, изучение и работа с которыми требовала определённых условий. Такие как, например, некромантия, химерология и демонология.

Их специально раскидывали по академгородку, возводя специфичные контуры защиты и распределяя так, чтобы в случае прорыва одного объекта на других не возникло проблем.

В здание к ним, в довесок, располагали усиленный пункт охраны и, обычно, кафедры «боевых» Школ Магии — специально, так как именно их ученики и работники могли за себя в случае чего постоять. Всё же несмотря на магию пространства, квадраты не резиновые, да и «молодняку тренировка», как сказал мне Фалько. Естественный отбор во всей красе, что сказать.

И до этого я не видел, чтобы лаборатория находилась в столь… опасном по местным меркам месте. Но да ладно, учитывая слухи о Фэрокс, она наверняка имела на то свои мотивы.

Пройдя по усиленным магией и металлом коридорам со скрытыми системами защиты, мы оказались в большом и светлом помещении. Само помещение чем-то было похоже на спортзал в советских школах, если бы не одно «но»: обилие различных устройств, ремесленных станков, стеллажей, а также общая захламлённость помещения.

Как ни парадоксально, сильнее всего выделялось пространство с пустыми столами в середине. Всё «добро» будто бы магией варварски оттащили к стенам.

— Итак, народ! — хлопнула в ладоши Фэрокс, — Спасибо, что откликнулись на просьбу.

«Народ», а именно с десяток студентов различного пола и возраста, как и я, собрались вокруг девушки, слушая вводную. Большинство — с факультета артефакторики, оторванные от своих проектов и, наверняка, занятий. Но была и парочка магов других школ, видимо, выбравших это направление в качестве факультатива.

— У нас стандартный завал, правда, в чуть большем масштабе, но отплачу соответственно. Алхимики наварили больше нужного, но, надеюсь, этого хватит на всю партию. А вот нас на всё это, возможно, и не хватит.

Девушка показала на натуральные штабеля доспехов — комплектов двести, не меньше, — которые стояли в одном из углов комнаты. Там же, буквально в зачарованных бочках, слегка светящихся рунами, стоял состав в пусть и меньшем, но всё ещё впечатляющем количестве.

— Комплекс чар стандартный, но сам состав усиленный, так что аккуратно. Перчатки — обязательны. Попадёт на кожу — придётся звать лекаря. Так, что ещё… А! Поприветствуйте новичка, — я на эту реплику лишь поднял руку, — Зовут Пси. Думаю, уже видели его макушку в толпе. Тоже собирается к нам, судя по валу вопросов. Но, если верить характеристике, уже сейчас имеет неплохие боевые навыки. Познакомитесь, короче. Так, ладно, время жмёт — состав ещё максимум трое суток будет активен. Риззли, на тебе напитка и плетение, последовательность ты знаешь. Эвелин…

Элизабет принялась распределять роли, и студенты начали споро расходиться: те, кто отвечал за нанесение достали конспекты и обновляли в уме плетения, что-то обсуждая и исправляя конструкт-заготовку; ответственные за нанесение вязи уже приманили каждый к себе комплект и, достав инструменты, начали «выплавлять» руны на металле.

Меня она оставила напоследок:

— Так, теперь с тобой. Твой уровень я примерно знаю, первый комплект нанесёшь под моим приглядом, заодно погляжу на твой гравёр. Запороть не бойся — по договору у нас пять процентов брака, как никак учеников для массовости привлекаем. Так что возможность набить руку у тебя будет.

— Хорошо, мисс Фэрокс, — с помощью телекинеза перемещаю один из комплектов брони на стол и извлекаю из инвентаря гравёр.

— Просто Лиз и на ты. К чёрту политессы, у нас время поджимает, да и неудобно это, — отмахивается девушка, подобравшись и всё же хищно поглядывая на артефакт.

Беру в руки небольшие цилиндры со сложной фактурой, которая сочетает в себе несколько специальных портов, в том числе для электроники, и рунную вязь. Причём, насколько я теперь могу судить, вязь трёхмерную — на поверхности виднелись руны, которые буквально «уходили» внутрь артефакта.

Присоединяюсь к устройству, слегка морщусь от вспышки боли и резкого «расширения» восприятия. Именно из-за некоторой сложности в управлении я не мог просто взять и начать клепать артефакты.

На то, чтобы просто начать точно манипулировать артефактами у меня ушло больше недели тренировок по несколько часов: точное позиционирование, подача импульса-активатора, «чувство» заготовки и понимание того, когда стоит остановиться и как глубоко ты оставляешь символ на заготовке.

К счастью для Элизабет, я уже практически освоился с инструментом и теперь всматривался в проекцию рунной вязи, которую необходимо было нанести на комплект доспехов.

Те представляли собой интересный сплав лат и кожанной брони, явно спроектированный с учётом дальнейшего зачарования: на жёсткие элементы наносились дополнительные зачарования прочности и подобие чар отдачи, в то время как гибкие элементы и сочленения зачаровывались на прочность и гашение удара. Так, чтобы даже при получении опасных ударов боеспособность воина не снижалась долгое время, пока работают зачарования.

Дело за малым: выбрать подходящий способ нанесения и приступить к работе. Забавно было смотреть на вытягивающееся лицо Фэрокс, когда я перечислил ей способы гравировки.

Но, справившись с некоторым… возбуждением и исследовательским азартом, девушка выбрала лазерную гравировку. В принципе, примерно такой же эффект создавали и артефакты, которые использовали другие студенты.

Вспомогательный взмах рукой — и цилиндры приходят в движение.

— Ровнее. «Шерло» выписывай в следующий раз жирнее. Хорошо, — внимательно следя за моими действиями, комментировала артефактор, — Следующий элемент аккуратнее, на него завязана энергосистема. Да, вот так…

Час напряжённой работы — и мы оба с облегчением выдыхаем. Доспех был готов к напитке, причём грубых осечек я не делал. Не идеально: некоторые элементы были выгравированы с погрешностями, снижающими энергоэффективность.