Ассасин

– Борис Анатольевич уже дозвонился до тебя?
– раздался из динамика чуточку возмущенный голос. Только вот за возмущением слышался плохо скрываемый страх.

– Ты позвонил для того, чтобы узнать, дозвонился ли до меня этот старый хрен?
– усмехнулся я.

– Э-э-э… нет, - замялся Бес. Впрочем, парень быстро сжал в кулаке свои яйца и заявил уже чуточку увереннее:

– В общем - дуй сюда. И побыстрее.

– Ты совсем страх потерял?
– спокойно уточнил я в трубку.
– Ты берега-то видь. Пока горе какое не случилось.

– Жду тебя на своей студии, - произнес Бес без особой уверенности в голосе.

– А адрес у студии есть?

– Площадь Свободы.

Трубка противно запищала. Я вздохнул. Почему нет определителей номера? Ведь по цифрам незнакомого тебе номера, которые высвечиваются на экране сложно определить, кто тебе звонит: фуфел какой-нибудь, или вполне себе нормальный человек. Интересно, а в перках этой самой "Игры в Жизнь" есть такая функция? Я не задумываясь бы прокачал.

***

Из дому я выбрался лишь пару часов спустя. И настроение у меня было дюже хорошее. За время, пока я предавался размышлениям и безделью, Бес успел набрать мне раз десять. Видимо, настолько страстно желал меня видеть.

"Ну ничего, черт ты несчастный. Подождёшь" - мстительно подумал тогда я, допивая кофе и глядя на экран телефона.

От квартиры Вики до площади Свободы было рукой подать. Торопиться мне было некуда, а погода располагала к прогулкам. Складывалось такое впечатление, будто в городе стояла не поздняя весна, а середина лета. Да и день выдался жарким. Поэтому я решил немного пройтись.

Мимо поста охраны я прошел с некоей опаской. Слишком живы были в памяти воспоминания о том, как совсем недавно я и пара ребят расправились с троицей людей Бори. А Боря не совсем имбецил. И без моих намеков, поди, понял, кто его людей порешил. Так что уж очень высока была вероятность, что моя рожа украшает все точки города, подконтрольные "Цитадели". Но охранник, точная копия моего давешнего покойного товарища, абсолютно не обратил на меня внимания. Просто проводил меня до шлагбаума отстраненным, обессмыслившимся взглядом, после чего снова уставился в одну точку.

Ну, и замечательно. Одной проблемой меньше.

Дом, в котором устроил студию Бес, расположился на пересечении Горького и Ванеева, рядом с парком 1905 года. "Интересно, сколько он платит за аренду помещения"?
– мелькнуло у меня в голове, когда я увидел добротное здание. На торце дома, к примеру, красовалась неоновая вывеска крупного банка. Хорошие деньги приносят лейбл, звукозапись, и борьба с наркотиками на улицах.

– Вы куда?

Охранник на входе критически осмотрел мой прикид, и, видимо, решил, что во вверенную ему вотчину решил пробраться попрошайка. И судя по его виду, уже решил выбросить меня с порога, придав ускорение пинком, но я быстро ответил:

– К Бесу. Он должен меня ждать.

Брови охранника сошлись у поломанной когда-то переносице:

– К какому ещё Бесу?

– Ну, черт такой с татуированным лицом, - мигом пояснил я, видя, что история принимает прескверный оборот.
– У него студия звукозаписи в этом здании. Во всяком случае, он так сказал.

Все ещё наблюдая за мной с подозрением, охранник неохотно отошел в сторону, открывая мне дорогу.

– Второй этаж, - буркнул он и сделал вид, что потерял ко мне всяческий интерес. Хотя по глазам было видно, что пнуть меня ему все еще хотелось.

Я прошел внутрь, решив про себя заскочить в магазин и сменить прикид. В шмотках, выбранных мне Шустрым, я и правда походил на бродягу.

Студию найти было несложно. Бес арендовал под нее весь второй этаж. И это помещение разительно отличалось от того, где ютился Билли. В лучшую сторону.

Высокие потолки перетекали в стены, отделанные пробкой и в пол, покрытый добротным ковролином, в котором должны тонуть шпильки девушек. Как раз такая и сидела у переговорной. Секретарша выглядела, как и положено, по-деловому и почти неприступно. Расстегнутая пуговица на идеально сидящей рубашке открывала вид не только на глубокое декольте, но и на край фривольного кружевного белья. Видимо, свою вторую функцию она выполняла исправно. А может, это стиль такой и начальник ее махровый гомик. Тут не угадаешь. Шоу-бизнес он такой… непредсказуемый.

Заметив бомжеватого вида паренька, девушка не стала поднимать крик "кто пустил сюда бродягу". Скорее всего, приняла меня за музыканта.

– Кирилл Матвеевич занят, - сказала она, преградив мне дорогу к двери и демонстративно выпячивая грудь.

– Ничего, он будет рад меня видеть, - улыбнулся я в ответ, протиснувшись мимо секретарши и оттерев плечом такой замечательный бюст. Ну, не зря же она старалась.

Все же я вошёл в кабинет. И остановился у входа, а глазам моим предстала следующая картина: Бес сидел, откинувшись на спинку дивана и запрокинув голову. Нос гостеприимного хозяина, был измазан белой пудрой, в которой легко угадывался кокаин. Напротив, стоял небольшой стеклянный столик, на котором было насыпано несколько дорожек белого порошка. По всей видимости, хозяин студии пребывал в глубоком астрале, и на диване сидела лишь оболочка. Сознание паренька уже прогуливалось по иномировой реальности. Секретарша не обманула. Бес и вправду был очень сильно занят.

– Он…

– Вижу, занят твой начальничек. Приготовь как нам чайку, деточка, да не пускай сюда кого ни попадя. Ты ведь работу потерять не хочешь?

Девица распахнула глаза и открыла было рот, да только я пальцем поднял ей подбородок, а затем толкнул за порог, чтобы закрыть перед носом дверь.

– Да. Чудные, порой, дела творятся в этой жизни, - пробормотал я, глядя на торчка, сидевшего на диване в полубессознательном состоянии.
– Днем этот человек борется со злом в виде наркоманов на улицах, а в своей студии этот борец вон чего.

Видимо, кроме людей, в мире существуют ещё и злые духи. Они и порабощают слабые и склонные к соблазнам души. Эту душу поработил белый порошок.

Но паренек умён не по годам. Его общественно-молодежное движение получает нехилые гранты от государства. Деньги выделяются на борьбу со злом, а на синяки и переломы у задержанных, полиция закрывает глаза. При этом парни умудряются грабить барыг, толкая изъятые у них наркотики. Везде прибыль. Выгодное это дело, общественно-молодёжные движения. Так или иначе, Бес хотел о чем-то со мной пообщаться, и этот разговор состоится. Не зря же я вышел из дому в такую рань?

Ждать, пока он очнется,у меня не было никакого желания. Поэтому я подошёл к столику, склонившись над телом и приподняв пальцами веко. Зрачок тут же попытался спрятаться от нестерпимо яркого света, но прятаться было некуда. Я же облегчённо вздохнул: торчок был почти в норме. Просто отключился. Это легко решается.

Я наотмашь ударил нанимателя ладонью по лицу. Голова Беса мотнулась в сторону, а глаза тут же распахнулись. Бес испуганно уставился на меня, все ещё не до конца понимая, кто стоит перед ним и с какого хрена этот незнакомый человек избивает его в его же студии.

– Какого… - начал было он, но я не дал ему договорить. Спросонья можно такого языком намолотить, за что потом может быть стыдно. Или больно. Поэтому чтобы сидевшие на диване существо обрело ясность мысли, я отвесил ему ещё одну пощёчину. И заметив, что взгляд Беса хоть немного прояснился, нацепил на лицо самую милую улыбку:

– Очнулся?
– спросил я, усевшись в стоявшее напротив столика кресло.
– Ну, излагай, какого черта вам с Борей от меня понадобилось?

– Бить то зачем?
– спросил Бес, и голос его прозвучал чуточку обиженно.