Азуми

Ни разу, за все время обучения, я не пересеклась ни с одной из подготавливаемых Мэзео-сама к Большим торгам кейнаши.

Изредка видела издали то одну девушку, то другую, из тех, с кем меня доставили сюда. Выглядели они плохо, хотя я, наверно, такая же. Зеркал в этом доме предусмотрено не было, так что, своего внешнего вида я абсолютно не представляла. Каждый вечер Чиэсо-сан отмывала меня, как прежде, для своего удобства растягивая на прутьях в ванной комнате, на случай, если господин Мэзео-сама посчитает нужным «побеседовать» со мной в ритуальной. А затем я замертво падала на скамью, засыпая еще не успев положить голову на простынь, уставшая до предела.

Прошел месяц, пошел второй, моего пребывания в Закрытой Синдэн. За все это время я еще четырежды попадала под наказание от Мэзео-сама. Ужасная вечерняя процедура санобработки сменилась уроками гигиены, проводимыми Чиэсо-сан. Кейнаши должна всегда оставаться для своего господина нежным благоухающим цветком, чтобы он ни делал с ней. Под ее присмотром я теперь самостоятельно проводила все положенные гигиенические процедуры. Было противно, но хотя бы не больно.

Сегодня впервые с момента поступления в Закрытую Синдэн нас вновь собрали вместе в той маленькой комнате, только теперь мы остались вдвоем. Господин Мэзео должен был принять решение о нашей дальнейшей судьбе, исходя из результатов устроенного испытания: отправить с первой партией подготовленных к Большим торгам кейнаши - это были торги, открытые для всех имеющих деньги господ; или придержать до закрытой сессии, в которой участвовали лишь самые знатные и богатые кугэ.

Вчера весь день, без перерыва, мы демонстрировали свои умения. Танцевали, развлекали беседой, показывали искусство владения телом в танце с элементами упражнений на гибкость и ловкость, одновременно отвечали на сыпящиеся от принимающих экзамен наставников каверзные вопросы, доказывая умение достойно себя подать даже в нестандартной, специфической ситуации, прислуживали им за столом…

Под конец, уже поздно вечером, нам устроили отдельный часовой экзамен на магическом манекене. Во время этого экзамена мы должны были продемонстрировать все полученные нами на уроках поведения навыки ублажения мужчины. Его не прошли две девушки, и их сразу отправили в Изящный квартал. Девушку, пытавшуюся убежать еще в первый день, я не встречала больше ни разу, что с ней сделал Мэзео-сама не представляю.

В столице со следующей недели начинались трехмесячные Большие торги кейнаши – время шумных праздников и больших денег. Самые известные дома развлечений Империи Кай Ли Чжоу выставляли на продажу девушек, которых они несколько месяцев убучали развлекать мужчин и приучали беспрекословно подчиняться купившему их господину. Торги проходили в форме аукциона. На большой сцене девушки демонстрировали свои умения в танце, а охочие до девичьих прелестей господа ставили цену, за которую желали их приобрести.

Богатые и знатные кугэ, дослужившиеся до верхов самураи, разбогатевшие торговцы выбирали себе и своим друзьям в подарок обученных доставлять мужчине удовольствие всеми возможными способами наложниц, иначе именуемых кейнаши. Считалось не зазорным даже взять в жены купленную на подобных торгах девушку, хотя это случалось крайне редко. Настолько редко, что никто и не вспомнит, когда такое было в последний раз. Как правило, знатные дома практиковали договорные браки, а кейнаши скрашивали досуг равнодушному или охладевшему к своей жене господину, грея по ночам его постель, развлекая беседой и танцами по вечерам, и стараясь не привлекать к себе внимание днем.

Девушки, которых не купили до конца торгов, оставались в увеселительных домах, куда захаживали те, кому приобретение кейнаши было не по карману, они должны были отработать затраченные на их обучение средства, и участь их была совсем уж не завидна. Но еще страшнее было попасть по договору кейнаши к господину, который практикует в отношениях жестокость или делит кейнаши с приятелями, устраивая пьяные оргии.

Как и в прошлый раз я вошла в кабинет последней. Поклонившись, как научили на уроках поведения, замерла в ожидании своего приговора.

В этот раз господин Мэзео-сама решил раздеть меня собственноручно. Когда последний кусок ткани был снят, каждый сантиметр придирчиво осмотрен, и довольно больно и жестко ощупан, он приступил к оглашению приговора.

– То, что ты без возражений принимаешь любые действия с собой – это хорошо, молодец. В целом, ты справилась с испытанием не плохо. В танце следует уделить больше внимания плечам и рукам, они все еще не достаточно проработаны, за столом ты позволила себе глянуть в лицо господину Абе, что неприемлемо. Хорошая кейнаши никогда не поднимает взгляд выше плеч господина, когда он принимает пищу. С общей беседой справилась на отлично, значит сделаем занятия интенсивней, чтобы представить тебя как эксклюзив. Ты должна научиться за оставшееся время поддерживать разговор на большее число тем и порадовать своего будущего господина более глубоким познанием в различных областях, делая легкую беседу, увлекательнее и интереснее. Заявим на торгах, что с тобой будет не стыдно выйти в свет, если на то будет желание купившего тебя господина. На таких кейнаши ставят стартовую цену сразу значительно выше, чем на обычных. Учись усердней. Смотри, не подведи меня, я не люблю, когда меня огорчают. Остальные занятия без изменений. Внешним видом я доволен, разрешаю добавить овощи на ужин.

– Три часа магического стимулирования работы рук, чтобы помнила, как ими надо двигать, и ночь в закрытой ванне, думаю, она поможет тебе собраться и вспомнить все нормы поведения правильно воспитанной кейнаши. – озвучил свой приговор мужчина и, жестко ухватив меня за волосы, развернул в свою сторону мое лицо, заставляя посмотреть ему в глаза. – Ты же не думала, что отделаешься лишь устным замечанием?

– Спасибо, господин Мэзео-сама – поблагодарила я его, как того требовали правила, а у самой от предстоящего наказания уже все внутренности свернулись комом.

– Через час жду в ритуальной. Иди готовься. – отпустили меня.

Глава 2.

Ночь экзекуции не прошла бесследно, и я еще несколько дней была заторможенной, но жаловаться было некому, а наказание господин Мэзео-сама мог придумать и еще хуже, гораздо хуже.

В чем-то наши интересы с ним совпадали, мы оба стремились добиться наилучших результатов в обучении, чтобы оставить на Больших торгах позади всех соперниц. Только господину Мэзео это было нужно, для получения как можно большей выгоды от продажи доставшейся ему даром девчонки, а мне, чтобы заинтересовать как можно более знатных кугэ и самураев, тогда, у меня будет больше шансов, что меня купит хороший, добрый господин. Среди высшего света не так была распространена и официально не приветствовалась жестокость в обращении с кейнаши.

Теперь, вернув себе память, я точно знала, что незамужней женщине до сорока в Империи почти невозможно выжить без покровительства мужчины, а если у женщины вдруг появляются деньги, то до самой смерти ей необходим покровитель, иначе деньги отберут, а саму женщину сживут со света. Дела об исчезновении женщин никогда не рассматриваются в полиции, если нет заинтересованного в ее поиске мужчины.

Без покровителя любая одинокая женщина сразу же становится собственностью Наместничества, и Наместник за еду и кров в праве использовать ее по своему усмотрению. Как правило, ее в тот же день продают или в увеселительный дом, или пожелавшему ее купить мужчине. Подобным образом поступает и тот, кому она досталась, как обуза, вместе с наследством от умершего родственника.

Без разрешения мужчины женщина не имеет права работать.

Если женщине предстоит дальняя дорога, то только одев родовое кольцо покровителя, она может считать себя в безопасности, не имеющая же столь родовитого покровителя или мужа женщина отправляется в дорогу только вместе со своим мужем или покровителем. При этом, на дорогах царил полный порядок, никаких разбойных нападений. Те, кто торгует живым товаром, предпочитали выкрасть женщину из увеселительного дома, а не связываться с той, которая имеет на пальчике родовое кольцо.