Башни Эквеллора

К счастью, им, хотя бы, не нужен был дополнительный свет, несмотря на то, что тени вокруг быстро сгустились до чернильного подземного мрака. Ночное зрение Торрена, наколдованное, кажется, уже вечность назад в Мостках, как ни странно, все еще работало, а Эррах, от рождения наделенный способностью видеть в сумерках, как любой эльф, с момента вселения Зубастой Тьмы вообще перестал испытывать трудности в темноте — напротив, появились проблемы с ярким дневным светом, который теперь причинял ему боль. В итоге они все равно двигались несколько более заметно и шумно, чем предпочла бы поминутно прислушивающаяся ко всему Мист, но напоминали скорее семейство фыркающих ежиков на прогулке, а не ломящегося через бурелом лося, что немного утешало.

— А ты хоть знаешь, куда идти-то? — деликатно подергал ее за плащ Торрен, затормаживая целеустремленное движение.

— Я знаю, куда идти по схеме Терновника. И я знаю, как я считаю, что стоит идти. И эти два маршрута пересекаются только частично.

— И как мы сейчас идем?

— Тор, ты издеваешься? — Мист даже остановилась, чтобы показать вперед и назад, где в обе стороны расстилался относительно прямой коридор без ответвлений.

— А, значит, пока частичное пересечение, — умно покивал Торрен. Мист внимательно посмотрела в его честное лицо, полное искреннего внимания, и не нашлась, что ответить, поэтому просто продолжила путь, до первого ответвления: впрочем, и Терновник, и она тут избирали один и тот же путь, потому что слева лежали, собственно, катакомбы — массовые захоронения, оставшиеся с той самой памятной войны триста лет назад.

Однако, первые же шаги по правому коридору заставили Мист хмуриться и сомневаться: ей почему-то чудилось, что впереди тупик или препятствие — правда, довольно далеко впереди. Может быть, там не отмеченная на карте дверь?.. И чем дальше они шли, тем сильнее становилось ощущение тупика, хотя тоннель, аккуратно выложенный камнем, вроде бы ровно шел сквозь толщу земли, даже без уклона, и в душном воздухе чувствовалась классическая пыльная затхлость, без дуновения, без ветерка.

— Я знаю это твое выражение, — прокомментировал Торрен, заглядывая в лицо Мист сбоку. — Оно означает, что ты уверена, что впереди будет только хуже.

— Примерно так и есть, — нехотя согласилась Мист.

— Ты пессимизь, — радостно сообщил ей Торрен, радуясь возможности вернуть оскорбление, да еще и интеллектуально использовав антоним.

— Откуда ты слово-то такое знаешь, — подивилась Мист. — Эррах подсказал?

— Эй! — Торрен обернулся на эльфа, тут же выдавая происхождение своих неожиданных знаний. — Ты обещал не говорить!

— Я обещание выполнил, — отозвался тот.

— Что, ты не говорил, ты НАПИСАЛ? — подозрительно уточнил Торрен, по мере возможностей нависая над приятелем.

— Нет. Я не говорил и не писал.

— Ты меня недооцениваешь, — фыркнула Мист. — Я что, плохо знаю вас обоих? Ясно же, что сам ты это слово не знал, значит, либо нашел в словаре, либо у кого-то спросил. Энциклопедические изыскания — слишком радужное предположение, учитывая твою тягу к знаниям, так что, скорее всего, спросил. А Эррах со своим вокабуляром — самый логичный кандидат в словари. Не говоря уже о том, что ближайший. Так что я просто догадалась.

— Вот развелось умников, — проворчал Торрен. — Хоть пепла нажрись.

— Зачем это?

— А вот чтоб вы, умники, придумали, зачем, — съязвил парень, нахохливаясь. — Вы ж все знаете, а что не знаете, то догадаетесь.

Несмотря на легкость беседы, тучи в голове Мист не убывали, напротив, сгущались: ощущение близости тупика усиливалось, и казалось не физическим, в смысле препятствия на пути, а почти что метафизическим, описывающим ситуацию в целом.

Ход неожиданно резко вильнул вправо, заставив Торрена отодвинуть Мист и самому первому сунуть нос за крутой поворот. Однако, оттуда на него посмотрела в ответ не смертельная опасность и не засада неведомых врагов, и даже не ошалевшие контрабандисты.

— Вот же… задница, — немного растерянно сказал он, поворачивая целиком, и его спутники поспешили заглянуть за угол тоже.

— Мде, — согласилась Мист, разглядывая перегораживающую проход от и до осыпь, состоящую из земли вперемежку с глиной и вывороченными из стены камнями кладки. — Определенно, не дверь.

— А должна была быть дверь?

— Я надеялась, что нам повезет, и тут все-таки будет дверь, — сморщила нос Мист и задумчиво потерла багровый шрам на запястье. — Но повезло не очень.

— То есть, ты знала, что мы топаем в тупик? — не преминул потыкать ее носом в проблему Торрен. — Но ничего не сделала?

— Но повезло не очень, — повторила Мист, пожав плечами, и философски добавила. — Ладно, пойдем через катакомбы. Трупов у нас, вроде, никто не боится.

— Некоторые у нас и сами, так сказать, немного трупы, — поддакнул Торрен. — Хотя вот странно, ты от ходячих мертвецов не шарахаешься, а вот обычных, смирных почему-то недолюбливаешь.

— А чего там долюбливать-то? Труп и труп, — сварливо ответила Мист, шагая обратно к развилке.

— Да ты просто не умеешь их готовить, — хохотнул Торрен.

— Конечно, я же не эльф, — фыркнула Мист. — А вот ты сейчас выдал себя, тайный эльфий шпион!

— Почему, все-таки, вы постоянно шутите про то, что эльфы едят людей? Или детей? — решился уточнить Эррах. — Насколько мне известно, эльфы не едят никаких разумных созданий.

— Вот, — указующе воздела палец вверх девушка. — Ключевое слово — “разумных”. К людям это определение слабо применимо.

— Позволю себе не согласиться, — тактично возразил Эррах таким тоном, словно они спорили где-нибудь в университетских кулуарах, а не посреди душного, тесного подземелья. — Ваэрлэ несомненно относятся к высокоорганизованным формам жизни, стоящим на высших ступенях развития. В конце-концов, вы с Торреном тоже относитесь к этому народу по формальным признакам.

— И вот это как раз серьезный минус для народа по части подтверждения его разумности, — прыснула Мист.

Эррах удивленно замолчал, анализируя полученную информацию, поэтому остаток пути до развилки они миновали в тишине, и движение в сторону катакомб начали в настороженном молчании. Вообще, Мист сильно подозревала, что обвал, который выглядел довольно-таки свежим, был результатом поспешного бегства кого-то из контрабандистов прочь от преследующего его “Вейлариса”, и Терновник банально мог не знать об этом происшествии: на карте проход был уверенно нарисован как открытый, и Мист не видела смысла отправлять их по неверному пути на первой же развилке. Впрочем, она слишком мало знала о крауэнах, чтобы сказать наверняка, но устроить выволочку своему информанту все едино собиралась.

Даже несмотря на то, что карта практически ничего ей не стоила — пять минут работы не в счет. Услуга за услугу, и какой помощью Терновник отплатил за ее вполне качественные усилия с надежным, предсказуемым результатом? Да она была, наверное, одной из двух человек во всем Эквеллоре, кто вообще был способен зарядить артефакт — а вторым был Торрен, чьи способности были куда слабее и скромнее, словно тень магии Мейли задержалась в его теле после вселения.

Чутье подземца рисовало впереди картины связанных друг с другом каверн, более просторных, нежели петляющий коридор, по которому они шли. Этот был просто вырыт: никакой отделки, никакого камня и плит, просто земля и глина, утрамбованные лопатами.