Байкер
Шрифт:
– Что ты с ним сделала?!
– Почему ты думаешь, что это я с ним что-то сделала?
– черт, подумала Чандра, а ведь я начинаю оправдываться! Этого только не хватало.
– Ты или твой очкарик!
– Прошу тебя, Дани, отправляйся домой. Я устала и не в настроении с тобой препираться.
– Ведьма!
– крикнул юноша, вскакивая.
– Ведьма, вот кто ты такая! Я с самого начала знал, что с тобой дело нечисто!
– Да ничего ты не знал и не знаешь, дурачок. Ну? Надеюсь, ты не собираешься закатывать истерики? А то смотри, живо вколю тебе успокоительное и замотаю в смирительную рубашку.
– Не сомневаюсь, это ты можешь, - ядовито согласился Дани.
–
Чандра устало вздохнула и запрокинула голову, коснувшись стены затылком.
– Ты никак не можешь с ним поговорить.
– Почему же? он что, арестант здесь?
– Он без сознания.
– Тогда я подожду, пока он придет в себя, - упрямо заявил Дани.
– Слишком долго придется ждать. Он в коме.
– В коме? Что это за хрень такая?
– Вроде затяжного обморока, который может продолжаться годами.
– Годами?
– потрясенно переспросил Дани, и Чандра, обеспокоенная изменившимся выражением его лица, на всякий случай поднялась на ноги и встала рядом. Очень не хотелось получить еще и третьего пациента.
Часть 3. Глава 5
Глава 5
Еще раньше Чандра подозревала, что в хлипком и смирном на вид Дани скрыто недюжинное упрямство. Нынче он развернулся во всей красе, заявив, что никуда не уйдет, пока не увидит Рэндалла - хоть в сознании, хоть в коме, хоть мертвого. И Чандре сразу стало ясно, что он действительно не уйдет, а если попытаться выволочь его на улицу силой, то поднимет такой ор, что сбежится половина города, и тогда Стюарт точно соберет манатки, и все будет кончено. Поэтому она выбрала меньшее зло и отвела мальчишку в комнату Рэндалла.
– Рэнд!
– горестно простонал Дани, тут же плюхнулся на край постели и воззрился на своего друга с такой тоской и отчаянием в черных глазах, какие говорили о его чувствах лучше всяких слов. Ну и объект приложения нежных чувств выбрал себе пацан, очередной раз подивилась Чандра. Хуже уже ничего не мог придумать. Наверное, он был бы до чертиков рад поменяться местами со своей сестрой.
– Учти, что никаких объяснений я тебе давать не собираюсь, - объявила она сразу, пресекая расспросы, которые, вероятно, не заставили бы себя ждать.
– Скажу только одно: я... то есть мы... вытащили Рэндалла из кресла, и была надежда, что он вскоре он сможет нормально ходить. Но теперь...
– Рэнд может снова ходить?
– во взгляде Дани мелькнуло благоговение.
– Мог бы, - поправила Чандра.
– Если бы не этот несчастный случай. Теперь я вообще не знаю, что с ним будет.
– О-о-о!
– юноша уткнулся лицом в ладони и затих.
Из-за брата он, небось, так не расстраивался, ядовито подумала Чандра. Господи, что в мире творится!
– А Диана дома одна осталась, - напомнила она.
– Наверное, с ума сходит от беспокойства. А волноваться ей вредно.
– Да...
– Дани встряхнулся и поднял голову.
– Я сейчас пойду, - но взгляд его против воли снова вернулся к Рэндаллу.
– Но почему он никому ничего не сказал?!
– скорбно вопросил он.
– Наверное, хотел сделать сюрприз, - мрачно улыбнулась Чандра.
– А может, дело в том, что в городе не нашлось бы никого, кто обрадовался бы его выздоровлению, и он прекрасно знал это.
– Неправда! Я обрадовался бы, - выпалил Дани и покраснел.
– Ну, разве только ты.
– И Диана тоже, - добавил он уже менее уверенно.
– Конечно же, Диана тоже обрадовалась бы, - согласилась Чандра, щуря глаза, засверкавшие
ядовитой зеленью.– А напомни-ка, как зовут того парнишку, от которого она залетела? Кажется, вовсе не Рэндалл. Нет? память меня не подводит?
– А ты ему, разумеется, все сказала?!
– Разумеется, сказала.
– А что он?..
– А ничего. Думаю, ему было очень больно. Но твою сестру, если ей мил другой, это не должно беспокоить.
Озадаченный ее внезапно изменившимся тоном, Дани заглянул ей в лицо.
– А ты чего так злишься?
Чандра не ответила и резко отвернулась.
Обратно Дани ехал уже гораздо медленнее, поскольку чувствовал себя слишком усталым и слишком опечаленным. Ранение брата, странное состояние Рэндалла... есть от чего впасть в уныние. К тому же его занимал весьма сложный вопрос: нужно ли рассказывать сестре о своем неожиданном открытии, то есть о том, что Рэндалл вовсе не уехал из города, а тайно поселился в доме Чандры? Или эта новость ей ни к чему? Впрочем, если она держит на виду фотографию Рэнда, значит, он ей не совсем безразличен. К тому же - припомнил Дани, - она говорила что-то о том, будто они целовались, а Диана не такая девушка, чтобы целоваться с кем попало. Во всяком случае, Дани хотелось на это надеяться.
– Придется сказать, - тихонько вздохнул он, и сердце его сжало непонятное чувство, в котором, будь он постарше и поопытнее, он без труда признал бы ревность.
Не давала ему покоя и другая мысль, которую он сам же признал подленькой и эгоистичной, но от которой никак не мог отвязаться. Страшно жаль было мечты о путешествиях. Теперь нечего и думать о том, чтобы стырить у кого-нибудь машину или, на худой конец, байк и махнуть через пустошь на поиски новых впечатлений. Ведь нельзя же оставить Диану одну! Она же совсем беспомощная, и любой сможет ее обидеть, если некому будет за нее заступиться. А число потенциальных защитников и заступников, что ни день, уменьшается...
– Ну как он?!
Диана, оставшись в одиночестве, беспокойно расхаживала по мастерской, стискивая руки, а при появлении Дани бросилась к нему, с надеждой вглядываясь в его лицо. Юноша через силу изобразил улыбку и обнял сестру за плечи.
– Чандра говорит, он поправится, - соврал он, очень надеясь, что его голос не дрожит и ложь звучит убедительно.
– Правда?
– Честное слово.
– Ты меня не обманываешь?
– Зачем бы мне тебя обманывать?
– фальшиво возмутился Дани.
Диана судорожно перевела дыхание.
– Пусть Брай поправится! Если он умрет, я не знаю...
– она не договорила и заплакала.
Дани неловко погладил ее по волосам.
– Ну, чего ты ревешь? Если Чандра пообещала, что все будет хорошо, значит, так оно и будет!
Но Диану это вовсе не утешило, и она продолжала плакать, тихонько всхлипывая. Глядя на нее, Дани снова заколебался. Как знать, послужит ли ей новость о Рэндалле утешением или окончательно добьет ее? Мучительно размышляя об этом, он подвел сестру, которую по-прежнему обнимал за плечи, к лежанке, усадил и сам сел рядом.
– Ди...
– нерешительно проговорил он.
– А знаешь, Ди, кого я видел в доме у Чандры?
– Кого?
– сквозь слезы спросила Диана.
– Рэндалла.
Всхлипывания затихли. Мокрые ресницы поднялись, и на Дани уставились два изумленных карих глаза.
– Рэндалла?
– Ага.
– Но он же сказал, что уезжает из города, - озадаченно - и, как показалось Дани, обиженно - проговорила Диана.
– Значит, обманул.
– Но... зачем? И что он там делает?