Бёглер

Внутри кольца, в центре, располагался то ли дом, то ли сарай: кое-как сколоченный из досок, щелястый, с плоской крышей, не застекленным окном и лавочкой возле покосившейся на петлях двери. Чуть ближе к гостям находился колодец с воротом и висящим на цепи ведром; поодаль от колодца бродили пестрые курицы, деловито поклевывая траву. Корова, если она и была, скорей всего находилась за домом.

На лавочке, привалившись спиной к стене хибарки, надвинув на лицо соломенную шляпу и сложив руки на животе, сидел то ли владелец «поместья», то ли приблудный бродяга - худой, в заношенной клетчатой рубахе, линялых до потери цвета фермерских штанах с нагрудником, босой. Из-под шляпы по нагруднику тянулась черная с проседью борода, перевязанная внизу обрывком бечевки в виде кокетливого "бантика".

–  Ага, - обрадовался Харитон, - вот и местное население! Сейчас мы его как следует расспросим, - с этими словами беглер шагнул в струящееся над камнями марево и исчез, растворился в воздухе.

–  Харитон, ты где?
– всполошился Денис, - Харитон!

–  Да здесь я, - слабо донеслось откуда-то издалека, - по другую сторону поляны очутился… Пространственное колдовство, однозначно.
– С этими словами беглер возник там же, где и стоял. Видимо, сделал шаг назад.

–  Кстати, корова у этого типа действительно имеется, - мимоходом доложил Харитон.
– Позади дома, на привязи. Толстая, на силосных-то харчах… Эх, молочка бы холодного! Или свежего пива, - с голодным причмокиванием пожелал беглер.
– Впрочем, сойдет и колодезная вода. Эй, - надсадно завопил Харитон фермеру, будто тот находился в сотне метров от него, - кончай спать, гости пришли! Отворяй калитку, а не то мы… мнэ-э… - Беглер растерянно осекся, не зная чем пригрозить тому, до кого ни рукой достать, ни камнем добросить.
– Короче, открывай проход. Дело есть!

Фермер сдвинул шляпу на затылок, уставился на горластых визитеров вовсе не заспанным взглядом блекло-голубых глаз. Морщинистое лицо хозяина «поместья» не выражало ровным счетом никаких чувств: с тем же успехом он мог бы разглядывать кукурузу или плывущие над ней в вышине облака.

–  Дяденька!
– завопил Денис, - пустите, пожалуйста! Очень пить хочется, - и умоляюще сложил руки на груди, пониже брелока. Фермер, мельком глянув на Дениса и задержав взгляд на медальоне, хмыкнул, встал не спеша; высморкался в сторону, поковырял в ухе мизинцем, отряхнул со штанов невидимые крошки, выровнял подвязанную бороду, прокашлялся и лишь после дозволил:

–  Ладно, входите.
– Голос у фермера оказался хриплый, как у простуженного.

В мареве над камнями возник малозаметный проход, овал в рост человека: не долго думая Денис шагнул в него, следом на пустырь прошли и остальные. Едва последний из них оказался во владениях «фермера», как овал тут же зарос, вновь превратился в обманчиво струящийся от жары воздух.

–  Приветствую, добрый поселянин!
– Харитон вежливо приподнял шляпу.
– Позвольте узнать…

–  Ты, вроде, холодного пива хотел?
– остановил его хозяин пустыря.
– Ну, попей сначала, а уж после говорить наладимся. Времени до вечера у нас хватает, а там посмотрим.

–  Где пиво?!
– забегал суетливым взглядом Харитон.

–  Руку из защитного круга высунь, не бойся, не оторвет. Сорви початок и представь, что это - бутылка с пивом, - посоветовал фермер, доставая из кармана штанов глиняную трубочку.
– Здесь кукуруза особенная, потому-то я сюда и назначен, - непонятно добавил он. Беглер, не слушая дальнейших слов, немедленно нагнул к себе ближний побег, сорвал с него початок и, для верности зажмурившись, начал представлять себе желаемое. Маленький початок в руке Харитона зашевелился, принялся расти: сквозь раздвинувшиеся листья блеснуло стекло бутылки.

–  Верно, - кивнул фермер: протянув руку за круг, он тоже нагнул побег, сорвал с незрелой кукурузины лист, раскрошил, набил крошевом трубку и, пробормотав что-то невнятное, раскурил ее без огня: в воздухе запахло дорогим табаком.

–  Благодетель, - на миг отрываясь от запотевшей бутылки, с чувством сказал Харитон.
– Спаситель.
– И вновь приник к посудине.

–  А еду можно сделать?
– поинтересовался изголодавшийся Крис.
– Аж в животе бурчит, до чего есть хочется.

–  Можно, - разрешил «благодетель».
– Пока не вечер, то все можно. Ешьте, пейте, запасайтесь - но в меру, без жадности. И еще: если замечу, что создаете какое-нибудь оружие, то не обессудьте, сильно накажу.
– Фермер умолк, сел на лавочку и, покуривая трубочку, принялся наблюдать за гостями.

Получив разрешение, Крис и Дастин под руководством повеселевшего Харитона взялись за заготовку провианта: создали для начала туристический рюкзак, а после, дорвавшись до магической вседозволенности, принялись изобретать продукты. Что они выращивали из колдовских початков, в каком количестве - Денис не знал. Не успел присоединиться.

–  Иди-ка сюда, парень, - фермер похлопал ладонью по сидению лавочки рядом с собой.
– Садись.

Денис и сел.

–  Должен сказать, что если бы не ты, вернее твой особый медальон, я бы вас сюда не впустил, - глядя перед собой, сообщил фермер.
– Бродили б по полю до ночи. А тогда… - он выпустил клуб дыма.
– В общем, остались бы в моих владениях навсегда. Ну да ладно, не о том хотел поговорить.
– Фермер посмотрел на Дениса.
– Поведай, если не секрет, откуда у тебя медальон судьбы?

–  Медальон "чего"?
– опешил парень.

–  О, даже так, - хмыкнул собеседник.
– Тем более интересно.

–  Скажите, а как вас зовут?
– спросил Денис.
– Меня - Денис.

–  Зовут меня… ээ… - Фермер нахмурился, вспоминая. Похоже, не вспомнил. Или не захотел называться своим настоящим именем.
– Пусть будет Сэм. Итак, Денис, расскажи старине Сэму откуда у тебя медальон судьбы и предназначения? Очень оно мне любопытно, знаешь ли. Можно в подробностях.

Денис, не найдя в просьбе какого-либо подвоха, приступил к рассказу. Как и просил старина Сэм, с подробностями и даже порой излишними: когда речь зашла о подвале в доме демонов-конструкторов, Денис достал из кармана пиджака-френча телефон и продемонстрировал фермеру сделанные там снимки - насколько можно увеличивая их электронным зумом.

Реакция Сэма оказалась неожиданной: взяв из рук парня аппарат, фермер долго вглядывался в мелкую фотографию морозильника с замороженными в нем телами, недовольно хмурясь и озабоченно цыкая сквозь зубы. Затем поскреб по экранчику ногтем, словно подцепил что-то, и ухватив это «что-то» двумя пальцами, повесил его в воздухе перед собой. Денис ахнул: перед фермером возникло здоровенное, размером с плазменную панель, изображение фотографии. Причем в отменном качестве и разрешении, выдать которое штатная электроника телефона не смогла бы никогда.

–  Мда, - помолчав, угрюмо сказал Сэм, - вон оно как. Нехорошо, нехорошо…

–  А что случилось-то?
– не выдержал Денис.
– Вы кого-то из знакомых на снимке опознали, да?

–  Вон, видишь в третьем ряду слева мужчину с усами?
– фермер для наглядности ткнул в изображение пальцем.
– Это я. То есть мое тело.

–  А… э… - только и смог произнести Денис.
– Почему?!

–  В карты не повезло, - скупо пояснил Сэм, движением руки убирая фотографию.
– Вынужден был оставить себя материального в качестве залога и отправиться сюда, на отработку проигрыша. Эх, уже девятнадцать лет охранным колдуном работаю, точь-в-точь пес на цепи! Через год конец назначенному сроку, жду не дождусь вернуться в мое тело, к моей прежней жизни. А как теперь оно получится, не знаю… Впрочем, - задумчиво молвил «фермер», - раз мое тело каким-то образом попало к демонам-конструкторам, что является прямым нарушением договоренности с выигравшим у меня магом… ээ… не суть важно как его зовут - то я, выходит, свободен от дальнейшей отработки! Где, ты говоришь, хранятся тела?
– озабоченно спросил колдун, - в Номольфе? Значит, скоро я туда наведаюсь и горе демонам, если они меня испортили!

–  Наверное, демонов уже давным-давно арестовали, - осторожно предположил Денис.
– А что сталось с похищенными ими телами, я не знаю.

–  Тогда горе тем, кто мое тело не сберег, - равнодушно уточнил старина Сэм.
– Единственно, надо срочно подыскать мне замену - негоже бросать волшебное поле на произвол судьбы, опасно. Кстати, - оживился колдун, - может, ты и есть та замена? Не сюда ли тебя вел медальон судьбы?
– Сэм подался к Денису, поднял к глазам черный брелок, вгляделся.
– Увы, не сюда, - отпуская медальон разочарованно сказал он, - путеводная стрелка показывает направление дальше. Жаль.