Беовульф

2625

воина юногопризвал державныйделить с дружинойудары битвы:был духом он крепок,а меч наследныйостро наточен, —и скоро на деледракон изведалего могучесть!

2630

Промолвил Виглафпечальносердый,уча соратниковдружинному долгу: [158] «То время я помню,когда в застольенад чашей медаклялись мы честьюслужить исправнокольцедробителю,

158

Очевидно, вначале Виглаф тоже бежал в лес (иначе к кому же обращена его речь?), но потом вернулся к Беовульфу.

2635

нас одарившемуодеждой битвы,мечами, кольчугами,коли случитсянужда в подмоге!Из многих воителейсебе в попутчикиизбрал он лучших,сильнейших героев —копьеметателей,

2640

храбрейших кольчужников,сочтя нас достойнымидела смелого,хоть и замыслилвождь дружинныйсам, в одиночку,народоправитель,свершить возмездие,ибо не раз онснискивал подвигами

2645

славу всеземную!Но так случилось,что ныне нуждаетсявождь в отвагесвоих сподвижников,в силе воинства! —так не пора лии нам изведатьогненной пагубы!Бог свидетель,

2650

уж лучше мне в пламенинавеки сгинуть,владыку спасая,чем ждать в укрытье!Бесчестно было бынам, щитоносцам,вспять обратиться,не испытавшиврага железом,не встав на сторону

2655

правителя ведеров!Не должным образомвождю мы платимза прежние милости,коль скоро конунг,покинутый гаутами,гибнет в битве!Да будет щит мойи меч в сраженииему подспорьем!»

2660

Туда поспешил онсквозь чад ядовитыйк вождю на помощьи так воскликнул: [159] «Бейся, о Беовульф,рубись без страха,как ты поклялсяв дни твоей молодости!Да не померкнетдо смерти слава

159

Странно, что юный Виглаф воодушевляет своего конунга на битву, но если этой несообразности не заметила аудитория Х в., значит, она была полностью оправдана художественно: устами Виглафа говорит поэт, и его слова – это именно те слова, которые готов был произнести любой из его слушателей.

2665

и честь державная!Ты, вождь всезнатный,несокрушимый,за жизнь сражайсячто силы достанет!Я встану рядом!»Тогда, услышавтот клич героя,огневержитель,кипящий яростью,

2670

дохнул – и пламяокутало воинов,мужей доспешных:ни сбруя кольчатая,ни щит копьеносцане защитили,и сгинул бы юный,сгорел бы витязь, —но родича родичдержавный, ратника,

2675

чей щит обуглился,укрыл железнойдоской от пламени, [160] и, вспомнив о славе,нацелил конунгдракону в головуудар сокрушительный.Ярость умножиласилы мужа! —но преломился

2680

каленый Нэглинг, [161] меч Беовульфа,старинное лезвие:была воителюдана такаямощь, что в сечахему и лучший мечбыл несподручен,и, как я слышал,в руках ратоборца

160

… но родича родич… укрыл железной //доской от пламени. – Теперь Беовульф и Виглаф идут на дракона под прикрытием одного щита.

161

… но преломился… Нэглинг… – Как и меч Хрунтинг, этот меч («острый», «режущий») оказался бесполезным. Он раскололся от страшной силы удара – распространенный прием, чтобы косвенно охарактеризовать силу воина.

2685

любое лезвие,железо остреное,от мощных ударовкрошилось в сражении!Тут, с третьего раза,метнувшись на недруга,червь огнедышащий,бич смертных,поверг на землювождя державного —

2690

клыки драконьивонзились острые,ядоточащиевоителю в горло,и кровь потокомна грудь излилась!Тогда, я слышал,к нему на выручкупоспел дружинник:он, знатный родом,

2695

известный мужеством,силой и ловкостью,в руке опаленнойклинок сжимая,уцепил не в головугаду, но нижевонзил оружие,ужалил в горлозмея зломерзкого —вошло железо

2700

в плоть огненосную,сникло пламя,дыханье драконье;и тут же конунг, [162] едва очнувшись,свой нож широкий,владыка ведеров,из ножен выхватили острым жаломвспорол утробу

162

Из текста видно, что дракона убил Виглаф, но Беовульфу предоставлена честь последнего удара. Виглаф тоже (ст. 2874 след.) приписывает победу Беовульфу, а себя называет лишь помощником. Это последнее сражение Беовульфа и похоже и не похоже на предыдущие. Как и прежде, он защищает народ от напасти, как и прежде, он окружен трусливыми зрителями, как и прежде, никто, кроме него, не может надеяться на успех. Но дракон не дьявол и не проклятый Богом отшельник (хотя некоторые словесные схождения в описаниях Гренделя и дракона все же есть). Для людей он что-то вроде стихийного бедствия. Для Беовульфа же он – судьба. Дракон защищен всеми средствами: летает и ползает, покрыт броней, изрыгает яд и пламя. Он так безмерно жесток, что Грендель с матерью – агнцы по сравнению с ним. Самое страшное – что он по-своему прав. Грендель был врагом рода человеческого, радость и музыка были невыносимы ему, у дракона же (как и у матери Гренделя) есть мотив для мести. Дракон непобедим, и Беовульфе самого начала знает это. Чудовище можно убить, но вместе с ним, с судьбой Беовульфа, умрет и сам Беовульф. Сражаясь с матерью Гренделя, Беовульф спасся чудом. Теперь чуда быть не могло, и эта битва заканчивает серию его побед, каждая из которых доставалась все более дорогой ценой.

2705

огневержителя, —сдохло чудище.Так рано поутрудва ратника-родичаубили змея, —да будут примеромони для воинов! —но стал последнимтот бой победный,работа ратная,

2710

в жизни конунга:набухли раны,следы драконьихклыков на шее,горя, смердели,и грудь покрыласьглубокими язвами —яд змеиныйвъедался в тело.Вождь мудромыслый

2715

под серыми скаламисел на каменьвблизи кургана,напротив жерла,устья пещеры,своды которойна вековечныхстолпах покоились.Лицо владыкии грудь водою

2720

дружинник добрыйомыл из пригоршнейот крови, пролитойгероем в битве,и снял с воителябремя шлема.Промолвил Беовульф,превозмогающийсмертную муку(ему осталось,

2725

он чуял, малоземного счастья;силы иссякли;пришли к пределудни его жизни,и смерть приблизилась):«Имей я сына,ему я мог быоставить наследье,мое оружие,

2730

наряд мой ратный,тому, кто был бымоим преемником!Я пять десятков зим —хранил державу,и не единыйиз сопредельныхплемеводителейне смел потревожитьменя дружиной,