Берег Ини

– Милая моя, родная! Что с тобой такое происходит?
– глаза Камари наполнились как Иня весной. Внезапно он обрушился на Агату всем своим телом и зарыдал как дитя.

Агата смотрела на него молча. Она была совершенно растерянна. Но дело было не в поведении Камари. Внезапно она поняла, что при всем ужасе происходящего ей совершенно не хочется успокаивать рыдающего у нее на груди мужчину.

Она отвела взгляд на родителей. Но те лишь потупили взор в пол, и вышли из комнаты.

– Агата, я не знаю, что думать. Ты больше не любишь меня? Ты не хочешь быть со мной? Я не понимаю.

Камари сжимал покрывало на кровати и продолжал рыдать, временами взвывая как раненый зверь.

Агата не испытывала ничего. Ее сердце было пусто, а в голове кружились картинки из снов и видений, переплетаясь с воспоминаниями.

В то утро было как-то слишком холодно. С утра разыгралась метель. Но она решила идти. Закутавшись хорошенько, она вышла на двор, а потом и на улицу. Снег кружил вихрем, ослепляя глаза. Агата долго пробиралась к берегу. Следов на снегу не было совершенно.

Пробравшись сквозь огромные сугробы и заваленные снегом кусты, она оказалась на берегу. Тут снег уже не мел. Он тихо кружил в воздухе, словно замирал, а потом снова падал. Казалось время на Ини остановилось. Агата сделала глубокий вдох. Ее легкие наполнил свежий воздух, и голова вдруг закружилась. Девушка покачнулась и поняла, что тело ее больше не слушается. Глаза закрылись и она, словно парящая в небе птица стала ловить дыхание ветра.

Вдруг по руке словно полоснули ножом. Стало горячо, горячо. А сердце внезапно дрогнуло и замерло. Дыхание прекратилось. Ужас и восторг охватили все нутро. Казалось, еще секунду и душа ее вырвется наружу. Рука Агаты сжалась и девушка поняла, что в ее ладони странным и невообразимым образом оказалась чья-то теплая рука. Она открыла свои глаза и увидела Дамира. Парень улыбался во все лицо. Но девушка уже не чувствовала под собой ног и повалилась в снег, утащив за собой юношу.

Снег оказался легким и пушистым, словно перина. Дамир рухнул рядом и тысячи снежинок поднялись вдруг в небо. А после, подхваченные ветром они устремились еще выше. Это казалось невообразимым - снежинки, летящие в верх.

Они лежали и смотрели на облака, проплывающие где-то высоко. И от того так было чудесно и странно. Он сжал ее руку еще крепче, чем до падения.

– Было бы здорово, вот так каждый день! Весь день! Правда?
– Дамир посмотрел на Агату. И она снова растворилась в нем, словно ее и не было.

Камари наконец-то стих. Он поднялся с постели. Агата встала за ним и, они молча вышли на крыльцо. Камари обреченно упал на скамью.

– Завтра на рассвете я уйду на укрепление, - вдруг совершенно спокойным голосом произнес Камари.
– Надеюсь, когда я вернусь, ты поправишься. Я не говорил тебе, но был совершенно уверен, ты знаешь...

Юноша повернулся к Агате.

– Я люблю тебя, Агата! Люблю больше жизни. Люблю так, как никто и никогда не любил никого. Люблю тебя, понимаешь?

Камари схватил Агату за плечи. Его глаза словно сверлили ее насквозь. А Агата молчала.

Неловкую паузу прервал знакомый и родной голос Шаганэ.

– Агата! Агата!
– голос девушки был взволнованным.
– Ты представляешь? Нет, ты представь...

– Что случилось?
– шагнула к ней на встречу Агата, отстранив руки Камари. Появление подруги казалось ей спасительным.

– Ты представь, как объявили о сборе-то, Дамир пришел к нам. Пришел сватать Наиру. Говорит, а то уйду на войну не женатым.

Сердце Агаты сжалось. Острая боль пронзила ее насквозь.

– Как так?
– только и смогла произнести девушка.

– Так он уж сколько ее обхаживает. Как весна пришла, наверно. Все хвостом вился. Пороги все обивал. Захаживал, гулять звал.

Огромный горький ком подступил к горлу. Глаза Агаты в один миг налились слезами. Растерянная, разбитая она лишь отвернулась от Шаганэ. Ноги стали ватными и подкосились, но Агата выстояла. Боль сковала грудь, и жуткий крик отчаяния застрял где-то внутри.

Замерев у двери дома, уже как в тумане, Агата развернулась.

– А что Наира?
– вырвалось из ее уст.

– А что Наира? Она засматривалась на него, ты же знаешь. Конечно, она согласилась.

Агата едва зацепилась за дверь. Голова закружилась. В глазах потемнело. Эхом звучали в голове: "Конечно, она согласилась".

Уже не помня себя, Агата ввалилась в дом, захлопнув дверь. Держаться больше не было никаких сил. Она взвыла. Этот крик зазвенел во всем доме, вырвался за его пределы. В эту же секунду поднялся жуткий ветер. Он набирал силу. Подбрасывал вверх ветви деревьев, а после, ломая, кидал их на землю. Ветер срывал шапки с прохожих, рвал подолы деревенским бабам, растрепывая в миг их косы.

Агата видела, как отец бросился с матерью закрывать двери сарая, загоняя кур. Не помня себя от жуткой боли девушка схватила старый нож, который сделал еще ее дед специально для Сатэ, чтобы доказать, что он силен и завоевать ее сердце, и бросилась со всех ног к реке.

Агата бежала, что есть сил. Подхватив одной рукой подол платья, другой крепко сжимая оружие. Отчаяние, страх, ужас овладели ее душой. Она понимала, что ее бегство сейчас совершенно напрасное, но она продолжала бежать.

Уже на берегу Ини, ощутив босыми ногами холодные камни, девушка остановилась. Внезапно, она поняла, что Дамир больше уже не придет. Но часть ее продолжала верить в это. Она добрела, не помня себя, до большого валуна, на котором любила сидеть. Теперь, весной он стоял на воде. В отчаянии, Агата продолжала идти к нему, не ощущая даже ледяного холода воды Ини.

Девушка теперь не села на камень. Он поднялась на нем в полный рост и замерла. Мимо плыли унылые и померкшие облака. Небо казалось серым и безжизненным. А бурная вода Ини темной и мутной.

Агата крепче сжала в руке нож. Постояв еще несколько секунд в ожидании Дамира, но окончательно убедившись, что он не пришел, она резким рывком вскинула руки и с силой вонзила его в свое сердце. В следующее мгновение она рванула нож вниз. Сделав последний вдох, девушка поймала выпавшее из груди сердце. Зажав его в руке, Агата закрыла глаза и упала в воду.

Над бурлящей водой раздался звериный рев. На берегу в то самое мгновение очутился Камари. Он бросился за возлюбленной, но остановить ее не успел.

– Нет! Агата, нет!
– парень твердил слова отчаяния. Он словно заколдованный зашел в реку. Воды Ини накрыли его с головой, прервав его молитву: "Агата, пожалуйста, нет! Агата"...

Сквозь прозрачную воду пробивались тонкие струйки света. Внезапно смелые лучи стали будто расти, расширяясь и сливаясь в один сплошной световой поток. Агата зажмурилась. В этот самый момент откуда-то из глубины, под ее обмякшим телом раздался громкий голос Сатэ: " От судьбы все равно не уйдешь".