Бессмертные

он обнял меня, затем откинулся назад, его рука все еще держала мою.
– Спасибо, за честность, Рейн.

Он думал об этом гораздо лучше, чем я думала.

– А что с Корой?

– Да, Кора, - он выглянул наружу в сторону кинотеатра.
– Когда заканчивается фильм?

Я посмотрела на часы.

– Через сорок минут. Кино началось час назад, и Кора сообщила мне, что осталось около сорока пяти минут.

– Думаю, теперь нет смысла смотреть его, но мы можем поговорить с Торином, пока они не выйдут.

Мысль о том, чтобы гулять с Торином, ужасала меня в этот момент. Мне нужно было время, чтобы зализать раны. Придумать оправдание тому, что сказала. Я могла забрать свои слова назад, но откинула эту идею. Любить Торина и отрицать это, все равно, что отречься от воздуха.

– Не возражаешь, отвезти меня домой?

Он нахмурил лоб.

– Но Торин ждёт тебя там.

Я улыбнулась.

– Да, ну, я не в настроении разговаривать прямо сейчас. Встреча с Норнами, как правило, отнимает у меня всю энергию.

– Ты хочешь сказать Торину, что мы уходим?

Я выбрала путь трусов, но мне было все равно.

– Нет. Он не будет возражать. Я с ним увижусь.

Эрик казался нерешительным. Потом кивнул.

– Хорошо.

Мы сели в джип, и я откинулась на сиденье, закрыла глаза и вспомнила сцену возле «Хаба». Я попыталась вспомнить, что сказала, слово в слово, выражение лица Торина. Он выглядел удивленным. Сюрприз был хорош, не так ли? Это означало, что я его ошеломила. Может быть, ему нужно время, чтобы обдумать мои слова. Или, может быть, я просто оправдывалась за него.

– Эй.

Я взглянула на Эрика. И поняла, что джип больше не двигался и остановился. Мы были припаркованы у меня на подъездной дорожке.

– Спасибо за скорость. Увидимся завтра или позже.

Он указал позади меня, и я обернулась. Торин. Он, должно быть, использовал портал, чтобы добраться сюда так быстро. Он пересек наш двор, его глаза сверкали, шаг был целеустремлен. Это было нехорошо.

– Ты хочешь, чтобы я остался?
–

спросил Эрик. Я услышала улыбку в его голосе.

– Нет. Со мной все будет в порядке, - я смотрела, как он идёт по подъездной дорожке и уходит, а затем сосредоточилась на Торине.
– Что ты здесь делаешь?

– Ищу тебя. Ты убежала от меня.

– Нет, я этого делала, - сказала я нейтральным тоном.
– Эрик привез меня домой в своем джипе.

Торин подошел ближе, его взгляд безотрывно смотрел мне в лицо.

– Почему?

Я сунула руки в карманы пиджака и пожала плечами.

– Я устала. Это был долгий день.

– Я бы отвез тебя домой.

Я вздохнула:

– Чего ты хочешь, Торин?

– Правды.

Он пододвинулся ближе, пока я не почувствовала тепло его тела. Его запах дразнил мои чувства, и желание плакать нахлынуло на меня.

– Ты это имела в виду?
– спросил он мягко.

Я сглотнула:

– Я имела в виду что?

– Пожалуйста, не играй в игры прямо сейчас, Веснушка. Ты сказала, что любишь меня, - он выдохнул и потер лоб.
– Ты это имела в виду?

Моим первым порывом было соврать. Защитить себя. Сохранить гордость. Но потом я заметила напряжение на его лице, его кулаки сжались и разжались, как будто он готовился к плохим новостям, и я знала, что не могу убежать от истины.

– Да, я это имела в виду.

Он осмотрел мое лицо.

– Тогда повтори это снова.

– Я люблю тебя, Торин Сент-Джеймс.

Он выдохнул, притянул меня в свои объятья и уткнулся лицом в мои волосы. Он дрожал. Я обняла его руками, и мгновение мы просто качались.

– Никогда не переставай любить меня, - прошептал он.

– Никогда, - поклялась я.

Он поднял голову и изучил мое лицо в поисках сомнений.

– Ты теперь моя, Рейн Купер.

Это было не признание в любви, но я должна была довольствоваться этим на данный момент.

– И ты мой, Торин Сент-Джеймс.

Он усмехнулся, опустил голову и поцеловал меня. Это был не страстный поцелуй. Это было мило. Шепот благоговения. Обет беречь. Слезы застилали мои глаза. Когда он поднял голову, он вытер влагу с моих щек и смущенно улыбнулся мне.

– Прости, что всегда заставляю тебя плакать.

– Это слезы счастья.

Он убрал волосы от лица, его прикосновение было таким нежным.

– Когда я не нашел тебя на стоянке, то подумал, что потерял тебя. Я никогда больше не хочу чувствовать это снова.

– И я никогда не хочу ощущать, то, что почувствовала возле «Хаба». Ты действовал так, как будто мои слова ничего не значили для тебя.

Он прикоснулся лбом ко мне.

– Я имел в виду... они означают всё для меня, но я не хотел ничего говорить, потому что есть причина, по которой я вернулся сюда, Веснушка.

– Я думала, что ты здесь, чтобы пожинать плоды футболистов, а Кейвилл собирался быть вашей базой на пару лет.

– Это так, и мы здесь из-за игроков, но что более важно, я должен кое-кому. Я думал, что никому не буду рассказывать, особенно тебе, до тех пор, пока я не исполню долг, - он осмотрел мое лицо.
– Но я понял, что я не честен с тобой и с нами. Я не могу потерять тебя. Ты мне нужна. Я тебя хочу. Ты та, о ком я думаю каждую секунду с момента, когда я просыпаюсь, - крошечная улыбка скривила его губы.
– Ты даже вторгаешься в мои мечты.

Если это не было признание в любви, я не знала, что было. Я усмехнулась.

– Это не смешно, - сказал он, но углы его губ дрогнули.

– Так что это за услуга, которую ты должен другу?

Он улыбнулся и покачал головой.

– Извини, я не могу это обсуждать.

– Ты тоже раньше не рассказывал мне об этом, и смотрите, где это нас достало.

Он коснулся моего носа.

– Хорошая попытка. Ты не можешь обвинить меня, что я не сказал тебе то, что поклялся хранить в тайне.

Его взгляд переместился, и я проследила за его взглядом. У нас на кухне загорелся свет. Папа, должно быть, слышал джип Эрика.

– Я лучше пойду.

Руки Торина сжались вокруг меня, говоря, что он не хотел меня отпускать.

– Я возвращаюсь в кинотеатр, чтобы убедиться, что Эрик не наделает глупостей. Могу ли я прийти позже и держать тебя в объятьях, пока ты не заснешь?

Я усмехнулась, мне нравилась эта идея.

– Только если ты пообещаешь мне сказать, кому ты обязан.