Бессветные

Он уже тянулся к ручке, чтобы войти в очередную таинственную комнату, как дверь полетела навстречу, отворяясь. Подаваясь назад, Мэтис влетел в ширму, опрокидывая её вместе с собой. Следом раздался стекольный звон, и какая-то жестянка звонко покатилась по плиточному полу.

В дверном проёме возвышался над упавшим мальчишкой доктор-араб, только уже без халата и улыбки. Глаза его смотрели строго, хотя брови сохраняли спокойствие.

– Фор, почему ты не захлопнул дверь? – обратился он к ассистенту, что наверняка топтался у него за спиной.

– Я… Я не подумал…

Голос помощника звучал таким испуганным, словно бы это его застали с поличным в секретной лаборатории.

Мэтис собрался вскочить, чтобы убежать прочь, но голос мужчины его опередил.

– Встань. И стой, где стоишь. А ты, Фор, пойди и закрой эту чёртову дверь.

Мальчишка только было решился осуществить свой прежний план, но прямой путь к выходу был преграждён грудой стекла, под которой растекалась огромная лужа.

– Встань, – снова произнёс араб, но уже более мягким, не таким командным тоном. – Что ты здесь делаешь?

– Уборную ищу, – на автомате соврал подросток, изображая честное лицо под маской смущения.

Широкая бровь мужчины скептически изогнулась.

– Давай я сокращу варианты ответов, чтобы не слушать, что ты заблудился. Итак, ты подслушивал или воровал?

– Что?! – возмутился Мэтис. – Ничего подобного!

– Фор, принеси портативный индикатор психического сопротивления.

Подручный суетливо исчез за дверью, из которой мужчины вышли.

– Итак, ещё раз, что ты здесь ищешь?

– Собираю материал для блога, – признался мальчишка, потирая дважды ушибленный за сегодня локоть.

– И много насобирал?

– Нисколько. Это типичный диспансер – ничего необычного.

– Тогда почему из твоих уст это звучит неубедительно?

– Потому что вы заперли меня здесь! Что вам от меня нужно?

Как раз в этот момент вернулся Фор и протянул начальнику какой-то предмет. Мэтис готов был поклясться, что это настоящий пистолет.

– Не то чтобы я не верю, – спокойно произнёс араб, – Но ты меня вынуждаешь, – с этими словами он приставил плоское дуло ко лбу пойманного мальчишки.

Колени дрогнули, сердце подпрыгнуло. Ужас выступил холодным потом, а глаза округлились и чуть не вылезли из глазниц. Умирать вот так внезапно совершенно не хотелось.

Пистолет чирикнул. Мужчина в дорогом костюме развернул устройство боком и стал всматриваться в плоскую грань ствола.

– Семьдесят три с половиной, какая досада, – после этих слов он вернул прибор ассистенту.

– Отпустите меня домой, – жалобно попросил тинэйджер.

– Сначала выверни карманы и покажи, что в рюкзаке.

– Я не вор!

– Тогда тебе нечего скрывать.

Доктор Ллойд изучил содержимое сумки и вернул её задержанному.

– Я могу идти?

– Нет. Сначала вы оба наведёте здесь порядок, – голос мужчины звучал строго, но отнюдь не сердито.

Собирать осколки голыми руками не пришлось: в лаборатории нашлись веник, швабра и резиновые перчатки. Приходилось работать осторожно, чтобы не порезаться и не проткнуть тонкую резину подошвы. Мэтис чувствовал себя виноватым, поэтому даже не попытался уйти от наказания. Работать под надзором психиатра было неприятно, но мальчишка быстро убедился, что никто на него даже не смотрит. Араб изучал экран телефона, потеряв к задержанному интерес.

– Что это было в банках? – полюбопытствовал подросток.

Стекло было велено собрать в ведро, а содержимое посудин в широкую пластиковую тару. Прикасаться к этой мерзости было противно: склизкая, бесформенная, выскальзывала из рук.

– Домушники, – отозвался доктор. – Сейчас закончите, и тебя законсервируем.

На шутку никто не реагировал. Судя по всему, Мэтиса выставят за дверь и уверительно попросят больше не появляться. Он, конечно же, не послушает, будет приходить снова и снова, но дверь будет надёжно заперта. Нужно узнавать правду здесь и сейчас.

– А вы знаете, что здесь было раньше?

Доктор проигнорировал вопрос, а его ассистент заметно замедлил уборку.

– Здесь и правда проводились опыты над людьми?

– Это тебе твои призраки наговорили? – улыбнулся Ллойд.

– Я нормальный! – сразу заявил мальчишка. – Просто газеты умею читать и факты анализировать.

– Молодец какой.

В интонации чувствовалась издёвка.

– Я узнаю правду любой ценой!

Мужчина негромко рассмеялся.

– Предположим. А ты не думал, что эксперименты до сих пор проводятся?

– Здесь?

– Да, прямо в этой лаборатории. И сейчас ты как раз собираешь ценные образцы.

Мэт выронил одну из раздавленных каракатиц.

– Зачем тогда вы мне рассказали?

– Ну, ты же любую цену готов заплатить. Придётся теперь и тебе в наших опытах поучаствовать.

Лицо подростка побелело, а тело пронзил невероятный холод.

– Он шутит, – тихонько сказал молчащий прежде ассистент. Начальник его не расслышал, хотя тот не пытался перейти на шёпот.

– Не смешно, – надулся мальчишка, возвращаясь к работе. Молчать не было смысла, так как время кончалось. – А правда, что это за ерундовина?

– Ты не на экскурсии, – отрезал мужчина. – Пробрался, как енот, перевернул здесь всё, а теперь ещё и выспрашиваешь.

– Извините.

Может юному детективу и было стыдно, но он ни о чём не жалел.

Когда уборка была закончена, доктор с тоской заглянул в пластиковый контейнер.

– Это было чем-то нужным? – спросил учинивший погром.

– Ну как сказать. Будь это чем-то ценным, я бы выставил тебе счёт. Давно хотел избавиться от этой дряни.

От этих слов Мэтис почувствовал, что его наглым образом использовали. Показательно стянув перчатки и швырнув их на стол, мальчишка потянулся за рюкзаком. Рядом на столе лежал неизвестный прибор, напоминающий пистолет. Красть подросток не собирался, но вот разглядеть устройство получше непременно стоило. Пальцы коснулись прохладной рукояти. В то же мгновение свет погас, похитив из пространства людей, мебель, пистолетообразный прибор и даже пол под ногами.

Из-за повязки ничего не было видно. Слух затрудняла кровь, прилившая к голове. Ощущения позволяли безошибочно определить своё положение в пространстве – он висел вниз головой. Вытянутая рука коснулась пола фалангами пальцев. Панически изогнувшись, пленник привёл своё тело в движение. Дурнота усилилась, голова пошла кругом. Он извернулся снова и снова, надеясь обрушиться вниз, но только сильнее раскачал себя, напоминая большой маятник.

– …ли не можешь перцепции контролировать, в конце-то концов! – вместе со вспышкой света зазвучал голос. – Уверен, что это сенсорные проявления?