Безжалостный

Устав от тишины собственных апартаментов, Марк и сам любил бывать в этом месте, наблюдая со стороны за простыми развлечениями простых людей. Так энтомолог с интересом изучает повадки насекомых, склонившись над муравейником.

— И какое же корыто ты мне дашь для этой миссии? — спросил Псих, небрежно перебирая пальцами искусственную шерсть нагло взгромоздившейся на диван Детки.

Идея отправиться на Тортугу не нашла в его душе особого отклика. Признаться, он всегда недолюбливал этот вертеп, именуемый станцией наемников, а по факту — пиратов.

Но противиться приказу Марка старый, прошедший один курс омоложения, о чем знали очень немногие, пират не собирался. Бывший высокопоставленный сотрудник Службы Безопасности одной уже давно почившей в бозе корпорации, растерзанной конкурентами во время очередного витка корпоративных войн, привык выполнять приказы. Просто ворчал, выплескивая охватившее его раздражение. Да посматривал пристальным взглядом на разыгрывающую саму невинность Джи, справедливо полагая, что именно дочь капитана Хейса подбила барона дома поручить эту ответственную миссию именно ему.

— Легкий крейсер «Велит», и это не старье, а один из лучших кораблей моего флота. — Тут Марк слегка лукавил. «Велит» следовало признать лучшим кораблем из тех худших, что не вошли в состав двух первых «кавалерийских» эскадр.

Брови Джи при этих его словах выразительно поднялись. Фанатик всего космического, она знала точные характеристики каждого боевого вымпела ВКС дома Фобос. Исключая разве что корабли снабжения — потому что на них слишком мало пушек.

Не подавая вида, Марк небрежно хлопнул ее под столом по бедру. Брови Джи опустились. Зато казалось бы дремавшая Детка подняла голову, заметив движение, и с интересом посмотрела под стол. А Марк точно знал, что камеры боевого кибера могут вести запись и передавать картинку хозяину.

— «Велит» так «Велит», — неожиданно покладисто согласился Псих, не обратив никакого внимания на попытку манипулирования. Пусть детишки резвятся. А относится по-другому, к Марку и Джи он просто не мог.

Да и вынужденное безделье в Гемине начинало его раздражать. Долгая болтанка по Нейтральным системам на борту «Волчицы» не принесла должной степени веселья. Один маленький абордаж не в счет. А ведь только психостимуляторы и лихие абордажи, когда он идет во главе атакующего клина помогают забыться, хоть и не помогают забыть.

Он вздохнул, вновь возвращается это проклятая хандра. Столько лет прошло, казалось бы что пора если не начать все сначала, то хотя бы забыть. А нет, прошлое все равно возвращается с воспоминаниями и приходится гнать его психостимуляторами или крепким алкоголем.

Самое поганое, что даже мстить ему уже давно некому. Одна корпорация агрессивно поглотила другую, устроив бойню среди высокопоставленных сотрудников и их семей, а через десять лет была сожрана третьей. И даже та третья, которой и мстить-то незачем, уже двадцать лет как не существует.

А он все еще жив. Наказан долгой жизнью и хорошей памятью, которую не удается убить даже боевыми стимуляторами.

— Два десятка опытных бойцов? — уточнил он, опрокинув в себя стопку бренди. — Я найду их тебе, если «Тортуга» все еще существует. Есть что-то еще? Не хочу мотаться туда-сюда каждый раз, когда тебе стукнет в голову новая идея. Вываливай все сразу, чтобы решить за один полет.

Марк пожал плечами.

— Внимательно смотри по сторонам и еще внимательней слушай. Я должен знать, чем живут Нейтральные системы. Ходят слухи, что наемники могут объединиться. Проверь, насколько они правдивы.

— Сделаю, — кивнул Псих. — Но… — он выразительно потер пальцы друг о друга.

— Финансами тебя обеспечат.

— Это другое дело. Вылетать, как я понимаю, нужно было еще вчера?

— Желательно, — сухо улыбнулся Марк, подавив паническую мысль, что Псих каким-то образом слушает его каюту. Иногда его паранойя превосходила саму себя, ища скрытые намеки там, где их нет.

Опустошив еще одну стопку, Ларсен прихватил с собой открытую бутылку (не пропадать же добру) и хлопнул пантеру по голове.

— Подъем, ленивая скотина. У нас появились дела.

В ответ Детка посмотрела на него в немом укоре, словно говоря, что вовсе она не ленивая, а энергосберегающая. Нехотя поднявшись на лапы, продавив своим весом мягкую обивку дивана до его твердого основания, кибер спрыгнул на пол.

— Бывайте, детки. Не скучайте тут без меня, — помахав рукой на прощание, Ларсен пошел к выходу из зоны отдыха, Детка беззвучно посеменила следом, а затем она активировала оптический камуфляж и просто исчезла. И только блеклое пятно неправильно отраженного света говорило о том, что боевой кибер где-то рядом со своим хозяином.

Глава 14 Семена сомнений

Из семян сомнений вырастают цветы предательства.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Велот

Орбитальная крепость дома Велот

99 день 566 года Потери Терры

— Сделаю все, что в моих силах, баронесса.

— Дожить бы до того момента, когда ты назовешь меня матерью, — вздохнула Оделия де Редор, небрежно поправив прическу. — Ты не будешь против, если я вызову сюда Лидию, и она останется в доме Велот? — добавила баронесса. — Понимаю, тебе сейчас не до нее. Но и ты меня пойми — я мать и хочу для своей дочери только лучшего! Любовь в подобных браках — сказка для романтических дурочек, — она позволила себе легкую, практически незаметную шпильку. Намек на реальное положение дел между сестрой Гнея и бароном дома Фобос. И с энтузиазмом продолжила: — Но я надеюсь, что вы сможете стать хотя бы добрыми друзьями. А для этого вам нужно лучше узнать друг друга.

— Не имею ничего против. — В данный момент Гней готов был согласиться на что угодно, лишь бы избавиться от будущей тещи, обществом которой в последнее время откровенно тяготился.

Когда баронесса ушла, он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Дела дома захватили его с головой, не давая времени на нормальный отдых, но несколько бессонных суток начинали сказываться. После такого длительного периода без отдыха организм начинал катастрофически накапливать усталость, и никакие стимуляторы уже не помогали восстановить силы.

Немного посидев с закрытыми глазами, Гней вновь открыл послание, полученное через два дня после похорон отца. Именно эта письмо, помноженное на излишнюю активность баронессы Оделии стало причиной плохого настроения Гнея Серта де Велот в последние дни.

Поначалу, прочитав первые строчки анонимного послания, Гней посчитал это чьей-то нелепой шуткой или интригой — попыткой сорвать намечающийся союз между домами Велот и Редор. Но затем, после активности Оделии, описанной в письме, пришли сомнения. Слишком гладкой была изложенная в письме версия. И эта подозрительная смерть совершившего предательство слуги…