Бог есть
Шрифт:
«Всеобщий разврат вместе с породившим его обильнейшим вещественным развитием будут знамением кончины века» (Игнатий Брянчанинов, т.4).
Пока я вижу, как у нашего народа уже четверть века подряд изымают материальные «излишки», что нисколько не мешает так же усердно развращать его.
К слову, на Поместном Соборе 1503 года нестяжатели остались в меньшенстве и проиграли раз и навсегда. После чего никто уже не мерял, где кончается вотчинное хозяйство по необходимости и где начинается откровенная эксплуатация монастырских крестьян, ничем не уступающая помещичьей, и накопление богатств: «Надо предоставить это Богу». Лишь в северных монастырях предпочитали обходиться своим трудом и даже помогали местным крестьянам в неурожайные годы — раздавали милостыни. «Монастырское предание сохранило память
Так что не надо забывать, что дореволюционные церковные иерархи — это часто те же помещики. И не надо думать, что сегодняшние иерархи — из другого теста. Богатый приход и прихожанам в радость, а уж священникам и подавно. Еще Гоголь, кажется, писал о крайне бедных сельских приходах в поголовно верующей России, распределиться в которые для священников считалось чуть ли не наказанием.
Кстати, партийные взносы, сравнимые с церковным налогом в некоторых странах, платили члены КПСС, но едва ли не большинство из них рассчитывали на дивиденды еще в этой жизни: преимущества в продвижении по службе, получении званий и т.д. Именно поэтому в «рабоче-крестьянской» партии всегда остро стоял вопрос членства: в карьеристах недостатка не было, а рабочие и крестьяне, которым расти особо некуда, не горели желанием тратить личное время на партийные собрания и отдавать до трех процентов кровно заработанных родной партии, в которой они, по-сути, ничего не решали. В этом смысле КПСС так же отличалась от РСДРП(б), как современные церкви отличаются от раннехристианских общин.
«Не стремитесь жить в идеальном государстве — чем вы будете там заниматься?» (Сент-Экзюпери).
«Все хорошо, и никакой надежды на лучшее» (Вольтер).
«У них не человечество, развившись историческим, живым путем до конца, само собой обратится, наконец, в нормальное общество, а, напротив, социальная система, выйдя из какой-нибудь математической головы, тот час же и устроит все человечество и в один миг сделает его праведным и безгрешным, раньше всякого живого процесса, без всякого исторического и живого пути!» (Достоевский «Преступление и наказание»).
Последняя цитата — о социалистах и социалистической революции. Только почему это революция — не исторический и не живой путь? «Чапаев» тоже хорошая книга: «Волков никогда и ничем не прикормить, а нас прикармливать не требуется,— нас и голодных не угнать от борьбы».
Демагогией хорошо заниматься в сытости и благополучии. А когда в доме пожар… Я когда на лошадь сел верхом — мне и то было неловко перед лошадью. Все демагоги сидят у народа на шее, свесив ножки. Но им этого мало. Им неприменно надо хлестать его плеткой по морде и приговаривать, какая он сволочь. (Может, так они хлещут по морде свою совесть?) Пришелец прораб дядя Вова лучше сказал: «Может, мы их спросим, пусть сами скажут, что для них благо, а что нет». Или уж скажите честно, что народ для вас — стадо баранов. А то вас так и критикуют: мол, себя вы называете пастырями (пастухами), а народ — паствой. Господь наш Иисус Христос говорил о себе так для сравнения. У вас же словно имя собственное. Господь сравнивал себя с добрым пастырем. А где была ваша доброта, когда все созданные народом средства производства, все нажитые общим трудом богатства великой страны, ее природные богатства отдали на разграбление кучке эксплуататоров, по большей части иноверцев и инородцев, цель которых — обирать презираемый и ненавидимый ими народ, вывозить награбленное «за бугор», а в «этой» стране плодить нищету и убожество и кое-где порой творить милостыню? А именно к этому сводится роль нашего президента во время так называемого общения с народом по прямой линии, к этому сводится роль государства с его жалкими «социальными пособиями», которые надо выпрашивать как милостыню, и далеко не каждый это делает, кто имеет на это право, поэтому у нас самая низкая официальная безработица, чем так гордится власть. (Теперь вот озаботилась «Законом о тунеядцах». То есть безработных у нас нет — у нас тунеядцев полстраны (треть страны, четверть — точную цифру скрывают)).
«Пастырей ваших умоляю я, сопастырь и свидетель страданий Христовых и соучастник в славе, которая должна открыться: пасите Божие стадо, какое у вас, надзирая за ним не принужденно, но охотно и богоугодно, не для гнусной корысти, но из усердия, и не господствуя над наследием Божиим, но подавая пример стаду; и когда явится Пастыреначальник, вы получите неувядающий венец славы. Также и младшие, повинуйтесь пастырям; все же, подчиняясь друг другу, облекитесь смиренномудрием, потому что Бог гордым противится, а смиренным дает благодать» (1Пет.5:1–5).
Ладно, вы пастыри, а я упрямый баран, возомнивший себя свободным гражданином демократической страны и смеющий оценивать ваши слова и поступки. И я скажу, что думаю: пасёте, господствуя над наследием Божиим, а стадо ваше покорное тихо вымирает, и того и гляди оставшихся пустят под нож (планы такие давно озвучены). Кого пасти будете? «Я есмь пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец. А наемник, не пастырь, которому овцы не свои, видит приходящего волка, и оставляет овец» (Ин.10:11,12). Или наемники вы, а не пастыри? Или волки. Лицемерие «пастырей» лучше всего чувствует сам народ, мудрость и ответная «любовь» которого выразилась в метких пословицах.
Сволочная пародия на наших стариков в любимом сериале: «Всю страну разворовали, Сталина на вас нет». Странам-завоевательницам Америки до того понравилось кораблями и целыми караванами судов вывозить награбленное золото и серебро, что в произведениях их «всемирно известных» писателей (не индейского происхождения) до сих пор ощущается скрытая ностальгия по эпохе конкистадоров. Вот я и подумал еще на рубеже девяностых-двухтысячных: когда вывозить станет нечего, не исключено, что нас захотят вернуть назад в СССР (РСФСР). Рискованно, конечно: второй такой порыв энтузиазма и работу «за идею» искусственно организовать вряд ли удастся; да и вожделенная приватизация вновь созданных богатств может сорваться — Федот уже не тот. Хотя плевать им на Федота… Индейцев перестали грабить лишь тогда, когда грабить стало нечего или некого.
«ИСТИНА ИЗ УСТ АРХИЕРЕЯ:
НАСТУПИЛА ПРЕДАНТИХРИСТОВА ЭПОХА»
Владыка Серафим в беседе с русским православным писателем В. П. Филимоновым: «Более всего глобализации должны бояться руководители различных органов власти, предприниматели, бизнесмены. Им в первую очередь следует бояться и защищать себя. Удивительно, как они не видят, что от них отнимается власть, у них отбираются деньги — самое дорогое для них, а они этого не понимают, да еще и поддерживают. В первую очередь им надо бороться и защищать себя. Не православным христианам — Христос защитит Церковь, и нам бояться нечего,— а вот им надо бояться и защищать себя».
Писатель: «Сейчас планируется в каждом государстве создать электронное правительство. Тогда не будет нужна в России — Гос. Дума, на Украине — Верховная Рада, правительство сократится до минимума, потому что там нужны только люди, которые будут управляться с электронной системой, и мы это видим по решению встречи глав государств “Большой восьмерки” в г. Эвиане, где совершенно четко говорится, что будут упраздняться такие понятия как “национальное государство” и, соответственно, те люди, которые сегодня заведуют национальными отраслями, теми или иными,— они будут просто не нужны в этом новом информационном обществе».
Владыка: «Безусловно. Как они не понимают одной элементарной вещи, что мы защищаем не себя, а в первую очередь истину Христову и поддерживаем ее, чтобы не была поругана. А в государстве, любом государстве… мы защищаем власть имущих: имущих деньги, авторитет, влияние, дачи и прочее их земное богатство. Ведь у них отнимают все это богатство, самое дорогое, на что они уповают. Они же потом, если отнимется это богатство, пойдут на самоубийство, потому что бог у них — это богатство, поклонение — это богатство, о Боге истинном они не знают, христианской жизни не ведут, поэтому для них потеря будет страшным ударом. В первую очередь они должны защищаться и понять, что Церковь в общество вносит только добрую, благодатную струю для оздоровления этого общества…»
«Мы защищаем власть имущих: имущих деньги, авторитет, влияние, дачи и прочее их земное богатство». Вырванная из контекста, фраза выглядит саморазоблачительной, даже самообличительной. Но в контексте — это слабость, компромиссность человека, облаченного в высокий духовный сан (или принципиальная позиция клира?), в противостоянии с антихристом в лице мировых глобалистов взывающего о помощи, о союзе к отечественным безбожным «руководителям различных органов власти, предпринимателям, бизнесменам» (предприниматель и бизнесмен — это одно и то же), у которых «бог — это богатство, поклонение — это богатство, о Боге истинном они не знают, христианской жизни не ведут».