Браконьер

– Приветствую вас, батюшка. Я согрешил. Некоторое время назад некто пытался вынудить меня продать титул светлейшего князя за две тысячи рублей.

По ту сторону прозвучал фееричный, с трудом подавляемый хохот, который Агент-пять пытался замаскировать под кашель. Его попытка была настолько провальной, что меня одолел заражающий смех, но я все-таки смог его подавить и продолжить высокопарным тоном.

– Некто угрожал мне причинить много насилия и в страхе за свою жизнь, на словах, я согласился подписать все что угодно, только бы некто оставил меня в покое.

Агент-пять тоже взял себя в руки.

– Продолжай, Виктор.

– В день подписания, тридцать первого мая этого года, некто пришел в мою квартиру с договором купли-продажи титула и с конвертом с деньгами. Ровно двадцать купюр номиналом сто рублей.

Силуэт Агента-пять кивнул, и я продолжил рассказ.

– К тому дню мне стало известно, что продажа титула светлейшего князя каралась смертной казнью, и я сказал ему уходить. Некто был один и физически слабо сложен, поэтому я впустил его в квартиру для конфиденциального разговора.

Пока я ехал в автобусе в Красноярск, то про себя прорепетировал историю, которую собирался рассказать РИЦику, так что у меня все было складно.

– Некто разозлился и потребовал подписать договор купли-продажи, тыкая в меня обратной стороной перьевой ручки, которая принадлежала ему. В результате непродолжительной борьбы, перьевой наконечник пробил верхний покров его шеи, и за пару мгновений некто скончался.

Агент-пять снова кивнул, ведь история с трупом Шлятского в изломе, появившемся в моем доме, ему наверняка известна.

– Я испугался и бросил тело в открывшийся в тот день на первом этаже моего дома излом, предварительно замотав его шею пищевой пленкой, чтобы не оставить множества кровавых следов в моей квартире и в подъезде, пока тащил тело на этаж ниже.

– Значат ли твои слова, что договор купли-продажи и порченные деньги ты принес в храм божий?

– И договор, и конверт с деньгами сейчас при мне. Ручку я выбросил в мусорный контейнер рядом с филиалом министерства образования. Я по случайному стечению обстоятельств взял ее с собой, а как обнаружил ее в кармане, сразу выбросил.

Агент-пять наклонился и открыл маленькую дверцу десять на двадцать сантиметров у самого пола, и я быстро вытащил договор и конверт из рюкзака и передал ему. Агент-пять забрал вещи, закрыл дверцу и приступил к изучению вещественных улик, которые должны сделать меня невиновным перед законом.

От автора:Большая просьба поделиться впечатлением о прочитанных главах и поставить лайк. Обратная связь от читателей помогает продвигать книгу и радует автора)

Глава 6: Семейные узы

РИЦик долго вчитывался в весьма коротеньких текст договора купли-продажи титула, перечитывал снова и снова, видимо не веря собственным глазам вообще. Я бы тоже не поверил и воспринял как анекдот: барон попытался купить титул за жалкие копейки. Буквально каждый его шаг – государственная измена.

– Дальнейший разговор будет проходить в светском виде. Жду вас через два часа в административном секторе. Кабинет сто двенадцать.

Голос Агента-пять изменился. До него наконец дошло, что я не шутил, и ситуация на самом деле была препаршивая. При этом я еще пока оставил на десерт рассказ о покушении на убийство сегодня ночью. РИЦИки в два счета щелкают, как орешки, такие дела. Но заинтересовать их сложно.

Мне доводилось сталкиваться с этими ребятами в прошлом, и повторять мой опыт не хотелось. Но выбора не было. С Лебедевым Артемом я немножко облажался. Зато в его глазах мой авторитет не упадет. Неизвестно, как в будущем жизнь повернется, так что знакомство с ним и хорошее первое впечатление еще могло сыграть на руку.

Я вышел из пыльной шваберной и на зеленой присоборной территории обнаружил пустую беседку, построенную из дерева с привлечением мастера по деревообработке. Здесь, в тени, я мог комфортно подождать необходимое время и идти на встречу с Агентом-пять.

Мне не сложно представить, какой сейчас начался переполох. Агент-пять обязан был немедленно доложить в Москву о произошедшем. Об "утере" договора и денег я не беспокоился: РИЦики подчинялись напрямую императору, постоянно проверялись менталистами (менталисты тоже), а за раскрытые дела с грифом "государственная измена" получали очень вкусную премию.

Ради всех прелестей работы в РИЦе, пойдешь на что угодно. Даже на отказ от любого, совершенно любого взяточничества. О всех плюсах работы я не знал, но того что знал – хватало, чтобы облизнуться и закатать губу.

Агент-пять дал мне времени два часа, и все это время просиживать зад в соборной беседке я не хотел, но... Если мой враг уже узнал, что я снова выжил, то на меня опять могло быть совершено покушение. Вряд ли кто-то рискнет действовать на территории главного собора Красноярского края. Здесь вся территория утыкана маленькими камерами видеонаблюдения. Если бы не присматривался – не заметил бы.

По истечению часа прозвучал выстрел, и я взбледнул. Мое левое плечо прострелено, и кровь отпечаталась на рубашке.

Я поднял голову и посмотрел на нее – обычную, ничем не примечательную девушку со средненькой внешностью, в обычных джинсах и серой футболке и, конечно, с пистолетом в обеих руках. Его она могла спрятать в сумке через плечо.

Девушка ревела, и ее руки ходили ходуном. Вероятно из-за этого она "промахнулась". Мне хватило двух-трех секунд на реакцию, и следующая пуля застряла в деревянной перекладине, на которую я опирался несколько мгновений назад.

Крики прихожан разбавили тишину, а я перепрыгнул через ограждение и спрятался за беседкой. Место было небезопасным, но уже давало минимальный простор для маневров. Еще бы тело не болело, то прострелянная рука не стала бы такой проблемой.

Будь я в своем прежнем теле, такой ситуации бы вообще не возникло! Никто не хотел лишний раз связываться с Алексеем Земским, зная, что я был единственным собирателем экспертного ранга, ходящим в изломы с любой группой по разовому контракту. Остальные предпочитали постоянные и проверенные временем группы.

У Виктора Теневского репутации не было никакой. Кем он работал и как зарабатывал деньги на жизнь мне тоже пока неясно.

Прислушавшись к шагам стрелка, я на корточках обошел беседку и появился за ее спиной. Я толкнул ее здоровым плечом в спину и завалился сверху. Пистолет вылетел из ее дрожащих рук.