Братство Конца

– Все равно, – заупрямилась тварюга. – Сказка есть сказка! Какие в сказке термины?

– Да сколько угодно, – продолжал я дразнить ее. – Вот хотя бы, к примеру, в моей любимой сказке один отпрыск благородной фамилии у раны эпидермис спалил…

– У кого кого спалил?! – опешила Ушастая. От произнесенных мной непонятных слов ее спаниельные ухи выскочили из воды и встали торчком рядом с овчаркиными. Действительно, откуда ей было знать, что рана – это обычная лягушка, ну а эпидермис – ее кожа.

– Вот видишь… – укоризненно проговорил я. – А ведь я даже еще не начинал рассказывать сказку.

Я посмотрел на ошарашенного монстра долгим жалеющим взглядом:

– С такой подготовкой тебе только «Курочку-рябу» слушать или «Колобка», да и то «Колобок», пожалуй, сложноват для тебя будет.

– Давай «Курочку-рябу», – немедленно согласилась противная тварь.

И тут в нашу милую беседу вмешался третий собеседник. Рядом со мной кто-то легко опустился на ствол и тонкий голосок непринужденно поинтересовался:

– Слушай, Гэндальф, ты эту кошмарную харю сам сочинил или она здесь всегда жила?

Я скосил глаза и увидел сидевшего рядом со мной и сладко зевавшего Фродо.

– Сообщи другу, чей спящий разум породил такое чудовище? – продолжал тот свои расспросы, совершенно игнорируя тот факт, что Ушастая Выпь все свои три глаза сосредоточила на нем. Я-то знал, что нашего хоббита холодным взглядом не пронять, он и не такие взгляды видел. А вот болотной хозяйке было пока невдомек, что Фродо надо сразу жевать, по-другому к нему под меховую шкуру не заберешься!

– Да вот, понимаешь, выползла подруга из болота, назвалась Ушастой Выпью и требует, чтобы я ей сказки рассказывал. В противном случае обещает всех нас сожрать! – коротенько ввел я Фродо в курс дела.

– Сожрать, говоришь? – задумчиво переспросил тот и осторожно поджал под себя свои мохнатые ножки.

– Ну да, всех, – подтвердил я.

Фродо наклонил голову набок и скептически осмотрел торчащую из болота башку.

– Нет, ничего у нее не выйдет, – вывел он через минуту заключение. – Она, конечно, здоровенная, но все равно в ней даже Душегуб не поместится.

– Так она же не глотает пищу, – быстренько объяснил я ему специфику пищеварения Выпи. – Она растворяет ее своим дыханием и потребляет уже в переваренном виде.

– Вот как?! – удивился Фродо и тут же полез в бутылку: – Ну меня-то она ни за что не переварит. Я же меховой! Я сам кого хочешь еще быстрей переварю.

– Эй, хвастун плюшевый, – раздался позади нас мелодичный голосок Эльнорды, – ты кого это переваривать собрался, вот эту жабу-переростка? Смотри, заворот кишок получишь, я тебе лекаря искать не буду!

– Не, Эльнорда, – не оборачиваясь, ответил Фродо, – это как раз вот эта тварюга собирается нас всех переварить при помощи своего дыхания, если мы ей сказку не расскажем. Твердит, что у нее по утрам жуткая бессонница.

А я рискнул обернуться и убедился, что эльфийка в отличие от нас с хоббитом держала в руках свой лук, из-за ее плеча высовывался полный колчан стрел, а на поясе болтались шпага и Рокамор.

– При помощи дыхания?! – в свою очередь удивилась эльфийка, но тут же, чисто по-женски, внесла деловое предложение: – Так я сейчас Душегуба позову, он ей пасть-то в узелок завяжет, чтобы не дышала, значит.

И она сделала вид, что собирается вернуться в лагерь, но в тот же момент прямо у нее за спиной раздался хрипловатый бас Душегуба:

– Кого в узелок надо завязать?

– Да вот, Душегубушка, – преувеличенно обрадовалась Эльнорда, – эта болотная гражданка утверждает, что может нас всех скушать при помощи собственного дыхания. Представляешь, ее дыхание, по ее утверждению, растворяет любое животное существо наподобие желудочного сока!

– Значит, она больше дышать не будет, – просто ответил грубый тролль и сделал пару быстрых шагов по направлению к болоту.

– Стой, где стоишь! – угрожающе прошипела Выпь, и я увидел, что она набирает в себя воздух. Видимо, для выдоха!

Но она опоздала!

Надо было нас сразу начинать переваривать, а не канючить какую-то там сказочку. Как ни быстр был ее выдох, мои пальцы оказались быстрее. Едва харя раздвинула свои изящные губки, чтобы испортить окружающую атмосферу, как прямо ей в пасть задул ураганный ветер. Причем он начинал бушевать прямо возле миленького ротика тварюги, а заканчивал свое буйство непосредственно в ее желудке, или что там у нее было внутри. Таким образом, мой ураган, не давая харе выдохнуть, нисколько не помешал Эльнорде в прицеливании. И уже через мгновение после того, как заревело мое заклинание, из среднего глаза Ушастой Выпи торчало элегантное серое оперение стрелы, а вторая стрела была наложена на тетиву и ожидала, видимо, когда успокоится мой микроураган, чтобы отправиться внутрь негостеприимной хозяйки болот. Надо еще добавить, что Душегуб и не подумал выполнять последний приказ Выпи. Он влез по колено в чужое болото и шарил своими огромными лапами в болотной жиже рядышком с вытаращившей оба оставшихся целыми глаза вражины. Даже Фродо не исчез, как обычно, неизвестно где, а отскочив метра на два от кромки темной болотной воды и оказавшись за моей спиной, приплясывал на месте, размахивая меховыми ручками, и воинственно орал своим фальцетом:

– Бей, громи, коли, души! Гэндальф, затолкай ей ее испарения до самой прямой кишки! Эльнорда, дай ей в оба глаза, чтобы лучше смотрела, у кого сказок просить! Душегуб, выдерни ей ноги, чтоб она по болоту больше ползать не могла. Серый, колдони ей по ушам, это у нее самое больное место!

В это мгновение необъятное личико Выпи вместе с украшающими его ушами нырнуло под воду, а тролль выпрямился, держа в своих огромных лапах судорожно дергающийся хвост, размером не меньше акульего. С недоумением разглядывая сей атрибут водной стихии, Душегуб перебил вопли хоббита задумчивым ворчанием:

– Да нет у нее никаких ног… Чего выдирать-то?!

– А выдирай все, что у нее есть! – заорал разбушевавшийся хоббит, но его вопль был перекрыт более чудовищным воплем, донесшимся из-под поверхности болота, взбаламученной дергавшейся Выпью и нырнувшим следом за ней ураганом:

– Отпусти хвост, зараза! Не буду я вас есть, только пусть этот верзила мой хвост отпустит!!!

Но наш тролль отнюдь не был доверчивым простачком. Вместо того чтобы немедленно выполнить требование ушастой твари, он задумчиво оглядел бившийся в его руках хвостище и проревел в ответ:

– А вдруг ты нас обманываешь? Я тебя отпущу, а ты снова свой желудочный сок выдыхать начнешь?! Может, мне лучше все-таки хвостик-то тебе оторвать?

Хвост в его лапах замер и внезапно поник. А из-под воды обреченно донеслось:

– Клянусь болотной водой, что я не причиню вам вреда…

– И покажешь дорогу через свое болото, – подсказал я ей продолжение клятвы.

– И покажу вам дорогу через свое болото, – согласилась Выпь.

Я кивнул Душегубу, удерживая на концах пальцев пару заклинаний на всякий случай. Эльнорда тоже не опустила своего лука. А вот Фродо, увидев мой кивок, мгновенно исчез. Я не стал его разыскивать, потому что как только тролль отпустил хвост, он исчез в болоте, а вместо него, правда, уже на достаточно большом расстоянии от берега, снова показалась знакомая ушастая харя.