Быть может...

– Значит, услышала из чьих-то разговоров. – В этот момент совсем рядом раздался удар грома, и на землю упали первые капли дождя. – Мы не можем обсуждать это здесь, иначе скоро вымокнем до нитки. Пошли в дом. Где ваш жакет?

– Оставила у Рейнера, – сердито ответила Тереза. – И я никуда не пойду с вами.

– Но здесь вы тоже не останетесь – подхватите еще воспаление легких.

Фонарь погас, и Уолтер в два шага оказался рядом с Терезой. Он молниеносно подхватил ее и перекинул через плечо. Все произошло так неожиданно, что Тереза не успела оказать никакого сопротивления, но как только опомнилась, стала молотить кулаками по широкой спине Уолтера, приговаривая:

– Опустите меня! Опустите сейчас же!

– С большим удовольствием – как только окажемся в доме. И перестаньте вырываться, черт вас возьми! – И он шлепнул ее по попке.

Тереза задохнулась от возмущения и не смогла произнести ни слова. Зато когда они оказались в доме Уолтера и Тереза почувствовала пол под ногами, она сразу обрела голос.

– Вы негодяй! – Ее трясло от ярости и еще от чего-то, над чем она предпочла не задумываться. – Вы знаете, сколько обвинений я могу выдвинуть против вас?!

Уолтер закрыл двустворчатые стеклянные двери и обернулся.

– В таком случае, семь бед – один ответ, – пробормотал он и, подойдя к Терезе, обнял ее.

Их поцелуй был скорее сердитым, чем нежным. Они жадно впились друг в друга губами, словно голодные звери, набросившиеся на еду. Тереза почувствовала, как горячий язык Уолтера сплелся с ее языком, и, вместо того чтобы оттолкнуть Уолтера, вцепилась пальцами в лацканы его пиджака и притянула к себе.

Когда они оторвались друг от друга, ощутив нехватку воздуха, их взгляды скрестились, как у двух противников, оценивающих друг друга.

Сверкнула молния, оглушительно ударил гром. Тереза подпрыгнула на месте и издала нервный смешок. Уолтер обнял ее за голые плечи и сказал:

– Ты замерзла. Пойдем со мной.

Тереза послушно поднялась с ним на второй этаж и вошла в большую квадратную комнату с такими же двустворчатыми стеклянными дверями, как и на первом этаже. Здесь, правда, был еще балкон. Стены и ковер в комнате были приятного песочного цвета. По обе сторона камина стояли два больших дивана с темно-зеленой обивкой, одну из стен полностью скрывали книжные полки.

Уолтер прошел в дверь, скрытую в задней стене, но вскоре вернулся с шелковым темносиним халатом, который Тереза видела на нем в день своего приезда в Нью-Йорк.

– Иди прими душ, а я пока приготовлю что-нибудь выпить, – отрывисто распорядился он. – Платье твое нуждается в сушке, так что оставь его в ванной.

– Одолжите мне зонтик, и я пойду домой.

Уолтер, уже собиравшийся выйти из комнаты, обернулся.

– О нет, Тереза… И мы оба хорошо это знаем.

Горячие струи приятно согревали кожу массируя и расслабляя напряженные мышцы Тереза сделала воду похолоднее и подставила под нее голову. У нее возникло ощущение, что она совершает некий очистительный ритуал, избавляясь от грязи и скверны, прилипшей к ней на вечеринке у Рейнера.

Вытеревшись насухо, Тереза расчесала влажные волосы и критически посмотрела на себя в зеркало. Лицо бледное, но губы красные и слегка припухшие – они еще хранили поцелуй Уолтера. Она дотронулась до них кончиком пальца.

Халат Уолтера оказался слишком велик для нее, поэтому Тереза чуть ли не дважды обмотала им свою тоненькую фигурку, а рукава пришлось подвернуть почти до локтей. Темно-синий шелк хранил запах Уолтера, и Тереза, закрыв глаза, склонила голову набок и щекой прижалась к ткани.

Когда она вернулась в гостиную, Уолтер сидел на диване перед столиком, на котором стоял поднос с кофе. Он наливал в бокалы бренди.

– Хочу обрадовать тебя – гроза прошла. – Он внимательно посмотрел на нее и, пряча улыбку, сказал:

– Мой халат тебе очень идет.

Тереза почувствовала одновременно смущение и радостное волнение.

– Не думаю. – Она подошла к другому дивану и положила руки на мягкую спинку. – Мне не следовало приходить сюда.

– Приведи хотя бы один довод против.

– Твоя кузина…

– Грейс уехала к своей школьной подруге – сегодня она нуждается в женском участии. Энн усадит ее рядом с собой, прижмет к своей груди и утешит.

Угостит джином и, когда Грейс успокоится, посадит ее на самолет до Бостона.

А теперь садись и выпей горячего кофе.

Тереза продолжала стоять.

– Рейнеру совсем наплевать на меня, да? – спросила она, желая избавиться от мучивших ее сомнений. – Вначале он вел себя иначе – наверное потому, что я не ложилась с ним в постель. Грейс сказала, что у него всегда были женщины.

– Да.

– В Бостоне ему удалось убедить меня в том, что я небезразлична ему, но здесь все изменилось. А я не желала признавать этого. – Тереза сделала паузу. – Он не смог быть со мной в мой день рождения, сославшись на то, что ему надо куда-то ехать по работе. Но я чувствовала, что он лжет.

Уолтер кивнул. Выражение его лица оставалось бесстрастным.

– Он провел тот уик-энд с Кристин. Он возил ее в один пансионат на озере Онтарио.

– С Кристин, – повторила Тереза. – Но она же твоя подружка.

– Нет! У нас была короткая связь, но очень давно. С тех пор она была помолвлена с моим приятелем Китом Уайтом. Но в том же пансионате отдыхали друзья Кита и видели Кристин с Рейнером, так что помолвка расстроилась.

– Но она была с тобой сегодня вечером! – слишком горячо воскликнула Тереза, выдав свои чувства.

– Нет, – с ударением сказал Уолтер. – Мы просто находились в одной комнате, и она какое-то время стояла рядом со мной, вот и все. Кристин актриса и очень хочет стать диктором на телевидении. Она всегда смотрела на меня как на трамплин для достижения своей цели. Я застал ее с Рейнером в своем доме, когда вернулся из Техаса; на пару дней раньше. В общем, я выгнал этого мерзавца. – Уолтер сделал резкий вдох. – Потом вдруг неожиданно приехала Грейс. Она, естественно, хотела видеть своего мужа. Мне ничего не оставалось делать, как рассказать кузине, где он и почему.

– Зачем ты это сделал?

Уолтер пожал плечами.

– Потому что она спросила меня о Рейнере. Я, как мог, оберегал ее от всех этих дрязг, но никогда не лгал ей. И потом, у Грейс была серьезная причина, чтобы встретиться с ним.

– Она ждет ребенка?

Уолтер кивнул, плотно сжав губы.

– Но теперь, когда Рейнер знает об этом, он наверняка образумится!

– Грейс не сказала ему о ребенке. Она приехала на вечеринку, увидела все собственными глазами и решила расстаться с мужем.