Цена Рая

Последнее существо скрылось из виду. Мать Джейлетта повела их к тем частям храмового комплекса, которые племя использовало как убежище.

— Вы не заметили в витику ничего странного? — спросила она у них, когда они осторожно шли через тёмный лес.

— Странного? — удивилась Роза. — Они — мохнатые монстры ростом по два метра, у них когти как шампуры, этого разве мало?

— Сколько витику напали на деревню? — спросила Джейлетта, не обращая внимания на сарказм.

Роза сомневалась, что может правильно ответить.

— Несколько… Трое или четверо, — прикинула она.

Рез смог ответить гораздо точнее.

— Их было трое. Двое напали на нас, и был ещё один.

Мать Джейлетта остановилась и посмотрела на них. На её лицо падал лунный свет, и Роза видела на нём следы пережитого.

— Вот именно, — сказала она усталым голосом.

Неожиданно Роза начала понимать, о чём речь.

— Но только что… мы видели, что не меньше десятка шли в направлении космического корабля.

Мать Джейлетта мрачно посмотрела на неё.

— Брат Хьюган был прав. Армия витику растёт. Ещё одна такая ночь, и их станет больше, чем нас.

Роза подумала, что знает, что делать.

— Если брат Хьюган так много знает об этом, может быть, он знает, как их остановить?

Джейлетта грустно покачала головой.

— Ты права, он знает о витику больше любого из нас, — ответила она, — но брат Хьюган — один их пропавших.

Стажёра Джона Хеспелла повеселило то, что Доктор убедил профессора Шулоу в том, что ей очень повезло, что они взяли его в плен. Починить управление климатических установок для незнакомца было парой пустяков, а когда он справился с этим, у него хватило глупости предложить свою помощь в решении остальных пустяков. Три часа спустя Хеспелл заподозрил, что Доктор начал жалеть об этом. На корабле, только что испытавшем крушение, «пустяков», требующих исправления, были десятки, и Хеспеллу поручили сопровождать их нового супер-механика от одной проблемы к другой.

— Вообще-то, — сказал Доктор, ползя за Хеспеллом по узким каналам инженерной палубы, — нужно искать не то, что сломалось, а определить, что осталось целым!

— Посадка была не настолько жёсткой, — проявил преданность экипажу Хеспелл.

— О, нет, конечно, раз уж вы все после неё ходить можете, — прокомментировал Доктор, подмигивая. — Так это ты, значит, за штурвалом был?

Хеспелл покраснел и покачал головой.

— Майор Кендл, — признался он.

— А! — воскликнул Доктор. — Синдром старого водителя. Понятно. Правда, если судить по возрасту, то мне можно доверять водить только инвалидную коляску с моторчиком, так что, пожалуй, не мне критиковать.

Хеспелл ничего не понял в том, что сказал Доктор. Он что, утверждал, что он старше Кендла? Он ещё раз посмотрел на Доктора, но следов косметологических операций не заметил. Он и в самом деле выглядел на тридцать с небольшим.

Тем временем, Доктор тоже посмотрел на своего сопровождающего и, к своей радости, увидел на его лице растерянность. Это хорошо. Растерянные люди чаще рассказывают то, что тебе от них нужно. По его опыту, а опыт у него был весьма немалый, выводить людей из равновесия — полезная тактика.

— А расскажи-ка мне об этом корабле. Он что, какой-то гибридный?

Снова сбитый с толку неожиданной сменой темы, Хеспелл не додумался уйти от вопроса. Как и рассчитывал Доктор.

— Пожалуй, да. Изначально он, наверное, был кораблём для развлечения. Но за много лет его несколько раз переделывали.

— И давно ты на этом корабле?

Хеспелл пожал плечами. Иногда на такой работе ощущение времени теряется полностью. «Года полтора, — ответил он, — примерно».

Доктор кивнул, словно это было самое интересное, что ему доводилось узнать.

— Финансируется частным лицом? Сейчас ведь это редкость?

— Поэтому я и согласился, — признался Хеспелл. — Кому нужна скука в одном из корпоративных флотов? Профессор Шулоу предлагала приключения.

— Получил?

Доктор осматривал основание двигателя. Откуда-то взялись старомодные очки в тёмной оправе, и он внимательно изучал мониторы.

— Что? — спросил Хеспелл, снова ничего не понимая.

— Обещанные ею приключения. Ты получил их?

Хеспелл секунду подумал и покачал головой:

— Не особо. Большую часть времени было очень, очень скучно. До сегодняшнего дня, разумеется, — Хеспелл засмеялся, немного смущаясь. — Теперь у меня приключений больше, чем я хотел!

Доктор паял оборванные соединения каким-то устройством. Устройство зажужжало, и загорелось странным, синим светом.

— Ну вот. Другое дело, — с гордостью заявил он. — Теперь должна начаться перезарядка. Дайте ему около суток, и можно будет снова думать о полётах.

Он с недоумением огляделся:

— Если трисиликатные двигатели отключены, то откуда у вас электричество?

— Запасной генератор, — сказал Хеспелл, как о чём-то само собой разумеющимся.

Глаза Доктора едва заметно прищурились.

— Покажи мне его.

Стажёр провёл незнакомца обратно между двигателями и вверх, на главную палубу корабля.

— Мы собрали его в трюме, — объяснил он, когда они подошли к двойной двери.

— Правда? — голос Доктора был подозрительный. — А почему?

Хеспелл открыл дверь, и ответ стал очевиден. В задней части комнаты стояла уродливая металлическая машина, от которой жутко воняло.

— Он немного… напрягает, — извинился Хеспелл.

— Напрягает? Это ещё слабо сказано!

Несмотря на гадкий запах, Доктор подошёл к машине, чтобы осмотреть её поближе.

— Это и вправду то, что я думаю?

— Микро-синтезный генератор, — признал Хеспелл.

Доктор был очень расстроен.

— Технология, которую запретили на большинстве цивилизованных планет. Какого чёрта эта гадость тут делает?

Хеспелл выглядел немного растерянным.

— Это был самый маленький, но самый эффективный запасной источник энергии. Как оказалось.

— Самый маленький и самый грязный, — ответил Доктор, глядя на генератор таким взглядом, от которого большинство людей захотели бы сжаться и умереть на месте. — Где фильтры хладагента?

— А их… нет у нас.

Хеспелл не решался посмотреть Доктору в глаза.

— И куда вы отводите… — Доктор замолчал, увидев ответ на свой вопрос.

Из-за машины два прозрачных шланга отводили жёлтую жидкость. Шланги уходили в люк в стене. Доктор бросился осматривать люк.

— Скажи, что они ведут в какую-то систему утилизации отходов, — жёстко сказал он, боясь худшего.