Чехова, 16

Сеня прикрыл глаза и мысленно потянулся к Виджею. Он отлично знал, что на таком расстоянии тот его не услышит и все же послал ему ментальный привет.

– Совсем скоро я освобожу тебя, дружище, – прошептал он. – Совсем скоро…

Коротко скрипнула входная дверь дома. Сеня повернулся на звук и увидел тонкую темную фигуру, скользнувшую по дорожке. Он ни секунды не сомневался в том, кто это такой.

Тень обошла грядки с цветами и бесшумно очутилась рядом.

– Не спится? – шепотом спросила Селия.

– Бывает иногда, – тем же шепотом ответил Сеня. Помолчал немного и добавил: – В приюте, где я вырос, мальчишки постарше любили приходить к малышам по ночам и пугать их до ужаса. С тех пор я очень чутко сплю.

Девушка молча посмотрела на него. К удивлению Сени, взгляд ее был мягким и женственным. В зрачках сверкали звезды, превратив ее карие глаза в бездонный звездный омут. Чуть поколебавшись, она взяла его за руку. Сеня сплел ее пальцы со своими, и сердце гулко забилось в груди.

– Идем, – Селия потянулась в сторону ворот. – Хочу показать кое-что.

Едва разглядывая тропу под ногами, Сеня последовал за девушкой. Впотьмах они выбежали за ворота, свернули налево и отправились по дорожке вдоль поля.

– Куда мы идем? – запыхавшись после десяти минут бега, спросил Сеня.

– Сейчас увидишь, – выдохнула Селия, сворачивая в заросли высокой травы.

Подозревая что-то нехорошее, Сеня продрался сквозь осоку и вышел на пустой двор, заметенный палой листвой. Впереди виднелась громоздкая фигура некогда богатого особняка с пристроем, арочными окнами и большим крыльцом с четырьмя мраморными колоннами. Только теперь этот дом напоминал идеальную площадку для съемок фильмов ужасов: стекла разбиты, фасад прилично пострадал от дождя и ветра, а правая часть здания покрылась крупными трещинами – и вот-вот должна была обвалиться.

– Какого черта мы здесь делаем? – поежился Сеня.

– Это дом моих соседей, – тихо ответила девушка. – Точнее, был им когда-то.

Селия нашла где-то масляный фонарь и подожгла фитиль. Вокруг ребят образовалось неровное пятно тусклого желтого света.

– Что здесь произошло? – серьезно спросил Сеня, оглядывая мрачные своды крыши и дыры в стенах. – Его как будто бомбили…

Селия внимательно всмотрелась в лицо Сени, держа фонарь навесу, а потом заговорила:

– Одиннадцать лет назад царевич Нагарджуна убил своего отца – царя Абхея, взорвав в его спальне финейскую бомбу. Затем, призвав страшных демонов-ракшассов из самых глубин ада, приказал им уничтожить всех приближенных правителя. Кто-то успел поднять тревогу и позвать на помощь. На зов откликнулся «золотой полк», лучшие царские воины, закаленные во множестве боев. Среди них был мой отец… – Голос девушки дрогнул, она с усилием продолжила: – Но даже мастера меча и топора оказались бессильны против темной магии ракшассов. Они погибли… Все до одного.

Сеня взял ее за руку и крепко сжал. Но Селия не собиралась останавливаться:

– «Черная дюжина» – так он их назвал. Первая линия личной охраны нового господина. До того, как Нагарджуна вытянул из народа все деньги, чтобы нанять наемную армию, именно демоны носились по окраинам и пожирали всех, кто оставался верен прежнему царю.

– Ты видела их? – забыв, как дышать, спросил Сеня.

Селия кивнула, попыталась проглотить застрявший в горле комок:

– Не могу даже представить ничего хуже. Как будто все кошмары мира слились в одном существе.

– Это они сделали, да? – Сеня посмотрел на особняк.

– Да, – Она опустила голову. – Первым делом Нагарджуна приказал истребить каждого мага в княжестве. Всех, кто обладал хотя бы зачатками волшебства. Он боялся, что кто-то сможет противостоять ему. И сейчас боится…

По щеке девушки пробежала слеза.

– Ее звали Навина, – сказала Селия, едва сдерживаясь. – Она была моей лучшей подругой. Демоны разнесли дом, разорвали всех на куски только за то, что ее отец оказался волшебником… Да таким слабым… Он не мог даже ветер наколдовать. Я слышала, как они кричали. Как кричала она…

– Хватит! – твердо произнес Сеня и обнял ее.

Девушка вжалась в Сенину грудь и беззвучно задрожала от рыданий. Сеня коснулся пальцами ее шелковистых волос, поцеловал в лоб и утешающе погладил по спине.

– Я знаю, зачем ты приходишь сюда… – прошептал Сеня ей на ухо. – Чтобы помнить тот страх и ту ненависть. Страх придает тебе сил делать то, что ты делаешь. Наверно, это правильно, вот только… Ты ведь боишься не за себя, правда? За маму, за Рэджина, но не за себя. Ради них ты готова столкнуться с этим кошмаром. Готова, потому что где-то в глубине души знаешь, что выстоишь. Это истинное бесстрашие, повергающее противников в ужас.

Селия подняла голову и заглянула ему в глаза. Сеня грустно усмехнулся, не отводя взгляда, и, сам того не осознавая, прошептал:

– Господи, какая же ты красивая…

Он провел ладонью по ее щекам, вытирая серебристые дорожки слез, тронул пальцами раскрытые губы и замер, будто сделал что-то не так.

Селия подалась вперед, слегка улыбнулась и прошептала беззвучно:

– Целуй уже, дурак…

Глава 41

Сеня проснулся от громкого лошадиного ржания.

Тряхнув головой, он огляделся и сообразил, что повозка уже стоит на улице. Снаружи слышались возгласы Рэджина и Селии. Тихо лязгали латы и звенели клинки.

Сеня похлопал себя по щекам, прогоняя остатки сна, наскоро оделся и вышел во двор.

Рэдж, облаченный в гвардейские доспехи, впрягал лошадей, пока те доедали зерно из корыта. Укутанная в длинный хитон Сэл, пыталась спрятать нож под подолом. А рядом с повозкой стоял широкоплечий мужчина в простой крестьянской рубахе.

У него было квадратное щекастое лицо с густыми седыми усами и мясистым носом. Массивные руки, толщиной с Сенину талию, оканчивались широкими ладонями, похожими на лопаты. Портило картину лишь здоровенное пузо, сильно выпирающее из-под одежды.

– А, вот и он! – сказал Рэджин. – Чуть не проспал отъезд.

Толстяк повернулся и только теперь Сеня заметил громадную секиру на поясе из иссиня-черного металла, украшенную серебряными вставками и иероглифами.

– Бирбал… – выдохнул изумленный Сеня.

В то же мгновение, мастер топора с немыслимой для своих габаритов скоростью подхватил оружие и в долю секунды оказался возле Сени. Еще миг и старый вояка нацепил его на секиру, как вареную сосиску, поднял на полметра над землей и пригвоздил к дощатой стене сарая.

Голова Сени попала точно в пространство между лезвиями, подбородок уткнулся в ледяной металл, а затылок уперся в доски. Так Сеня и повис в воздухе на одной шее, судорожно хватаясь руками за древко.

– Стой! – просипел он. – Я друг Виджея!

– Он умер много лет назад! – пробасил воин.

– Нет! Он жив! Он прислал меня сюда… Я могу его спасти.

– Где он сейчас?

– На берегу… Ямуны… – Сеня начал задыхаться. – Он… заколдован…

– Бирбал, хватит! – приказала Селия, впившись пальцами ему в плечо.