Человек
Шрифт:
Никакими способами не отыскать мыслителей прошлого. Горсть их праха давно уже смешалась с землей или развеяна ветром. Но их слова, идеи и учения продолжают жить и действовать «по роду своему»: воспитывают или развращают, подымают над пошлостью или повергают в нее, просветляют дух человека или погружают во мрак. Что за способность жить века и тысячелетия после автора!
Христос говорит, что слова, произнесенные человеком, не исчезнут до самого судного дня. Человек еще встретится с ними и они будут его судьями или оправдателями. Общеизвестной является и сила, скрытая в слове. Оно настраивает, расстраивает, врачует, бьет и даже губит.
Причина живучести слова кроется в его структуре. Слово -
Писание говорит:
«Видимое временно, а невидимое вечно» (2Кор. 4,18).
Мысль невидима, она вечна, потому и переживает своего автора. А чтобы лучше разглядеть, как действует слово, проследим его путь к человеку и... дальше.
До вас донеслись слова о какой-то ошибке или слабости знакомого человека, к которому вы не очень расположены. Это слово достигло вас. Сбросив верхнюю одежду звука, оно налегке, уже как мысль, проникло в ваше сознание. Побродив некоторое время в нем, может быть, взбудоражив ваши мысли, оно притихло где-то в глубинах памяти до времени. И однажды это время настает: вы оказываетесь в кругу людей, как раз обсуждающих этого человека или укоряющих его. И вы чувствуете желание поделиться тем, что вы слышали о нем. И это желание часто переходит в такой натиск изнутри, которому трудно противиться.
ВАМ ХОЧЕТСЯ СКАЗАТЬ.
А знаете ли вы, что кроется в простом желании СКАЗАТЬ?
Бывшее слово, лишившись звука, стало просто мыслью, бессильной пленницей вашей души. Вы чувствуете, как оно бьется в вас, почти реально слышите ее просьбу: «выпусти, облеки меня в звук, позволь мне снова стать словом, сейчас мое время действовать». Но вы рассуждаете: если сказать, может быть нехорошо, лучше промолчу. Но слишком силен натиск изнутри, и вы колеблетесь. Поистине
«человеку лучше держать на языке раскаленный уголь, чем тайну». (Сократ)
Торг продолжается, и вы... уступили. В одно мгновенье, обретя звук, мысль стала словом. Это уже не бессильная пленница, это уже «самсон», у которого отросли волосы. И мы видим, как оно вырвавшись из нас, набросилось па обвиняемого, ударило его, потупило его взгляд, наполнило глаза слезами, сгорбило его этой словесной пощечиной. Мы спохватываемся: зачем же я сказал? Но уже поздно! Его теперь не вернешь. Мы больше не нужны ему. Оно перебьется теперь и без нас. Оно переждало какое-то время в нашей квартире и отправилось дальше, на новую. Также побудет там некоторое время, как мысль, и, облекшись в одежду нового звука у очередного хозяина, отправится дальше. Так и будет бродить это слово, делая дело «по роду своему» до самой вечности.
Поневоле задумаешься: что же такое мысль? Поведение и действия как у разумного существа - действует избирательно, хитрит, торгуется. А вот удивительные слова:
«Я полон речами, и дух во мне теснит меня» (Иов. 32,18).
Узнаете натиск изнутри? Иов не говорит «мой дух», а «дух во мне». Создается впечатление, что мысль - это разновидность духов.
Серьезный христианин превращает свою душу в пожизненную тюрьму для недобрых слов. Он связывает этих блуждающих духов, не позволяя им никогда больше становиться словами. Невозможность проявить себя в звуке и действии - тяжелейшая пытка для любой личности. Вероятно, это же чувство наполняло легион духов, просивших у Христа позволения войти хотя бы в животных, чтобы иметь хоть какую опору в материальном мире (Мар. 8,31).
Помнится: посмотрел я на одного калеку, известного в нашей местности, и возникло в уме такое удачное «в своем роде» сравнение. Стоило эту мысль озвучить при людях - и кличка пожизненно пристала бы к нему. Уже девять лет сидит в моей памяти связанный душок и все реже просится стать словом, видимо,
смиряется с мыслью, что до самого судного дня не выберется оттуда. Дал бы Бог силы никогда не выпустить его. В наше безбожное время люди лишены знаний в этой области, и тем самым созданы идеальные условия для действий этих духов. Праздные, пустые и нечистые мысли, клевета, кривотолки и сплетни так свободно распространяются в обществе. А анекдоты и сальные истории так быстро расходятся по всей стране. Вульгаризмы, бытующие па Сахалине, также распространены и на крайнем западе нашей страны. И нет им преград.Но вот нас посещает хорошее слово, пришедшее к нам от разумного человека или из прекрасного учения Христа. Что происходит с ним? Принцип остается тот же: так же оно превращается в мысль и ждет своего времени действовать.
«Слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь,» - говорил Христос (Иоан. 6,63).
Тоже дух, только уже Божий. И опять знакомый натиск изнутри: «дух во мне теснит меня». Только теперь не нужно превращать душу в тюрьму для этого слова. «Духа не угашайте».
Господь желает употребить человека для того, чтобы донести Свое вечное Слово до чьей-то души. Оно не бьет, не губит, но врачует. Его слова «суть дух и жизнь».
«Размышления мои побуждают меня отвечать, и я поспешаю выразить их» (Иов. 20,2).
Выразить - это значит озвучить. Свои мысли превратить в слова.
«Не торопись языком твоим». «Удерживай язык свой от зла» (Пс. 33,14).
Иногда это бывает трудной задачей. Время от времени некоторые христиане испытывают своеобразное искушение, когда в их ум, несмотря на отчаянное сопротивление, рвутся полчища нечистых мыслей и каждая норовит стать словом. Тут же, христиане, «бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение», потому что согрешение словом может по тяжести превзойти все другие грехи.
Отречение, хула на Духа Святого и им подобные - это грехи словом.
«Кто не согрешает в слове, тот человек совершенный, могущий обуздать и все тело» (Иак. 3,2).
«Язык - огонь, прикраса неправды. Язык в таком положении находится между членами нашими, что оскверняет все тело и воспаляет круг жизни, будучи сам воспаляем от геенны» (Иак. 3,6).
Язык озвучивает мысли и превращает их в слова. Здесь нужен самый серьезный контроль.
Творчество (людей)
Немногие люди за пределами серьезного христианства утруждают себя скрупулезной проверкой мыслей перед их озвучиванием. Все это без особого контроля ложится на бумагу, лишь бы соответствовало условиям цензуры и пользовалось спросом. Вулканы творческого энтузиазма в постоянном действии, наращивая новые конуса на горы написанных книг.
И чего только нет в литературном мире! Сколько книг, сколько имен, сколько ответственности придется нести человечеству за творения своих любимцев - художников слова! Сколько сочинений разъедают с таким трудом дающуюся нравственность!
Видимо, баснописец Крылов умел крепко задумываться об этом. В его замечательной басне «Сочинитель и разбойник» он преподал ценный урок любителям упоительно сочинять.
Аллегория басни, конечно, не соответствует библейской картине Вечного суда, но дает довольно ясное представление о мере вины «за всякое праздное слово».
В связи с тем, что не у многих читателей окажется под рукой эта басня, мы приведем ее полностью.
В жилище мрачное теней
На суд предстали пред судьей
В один и тот же час: грабитель
(Он по большим дорогам разбивал
И в петлю, наконец, попал),
Другой был славою покрытый
Сочинитель.
Он тонкий разливал в своих твореньях яд.
Вселял безверие, укоренял разврат,
Был, как Сирена, сладкогласен
И, как Сирена, был опасен.