Чемпионат
Шрифт:
Однако, несмотря на вся свою сыгранность и сплочённость, кружева и техничную игру, в первой половине сезона «Московия» была частенько бита зубрами «вышки» - сказывалось отсутствие опыта, некоторая мягкость и неготовность к подковёрным играм. Тем не менее, с выбранного курса команда не сворачивала, и ведомая тренером Ларионовым и капитаном Бобровым, подбадриваемая и финансируемая Ахметдиновым, к зиме она закрепилась в первой пятёрке, отставая от лидера на семь очков.
Зима выходила хлипкой и то залепляла Москву серой слякотью, то поливала дождями, отворяя не по-зимнему зелёную траву на придорожных газонах. Новогодние настроения создавали мандаринам и свежими
Одну из ёлок затащили в дом – чтобы пахло. Другую нарядили на лужайке с беседкой. Телеящика не было, зато была музыка. Развлекали себя приготовлением многочисленных блюд. Женщины командовали и делали тонкую работу, мужчины готовили плов и помогали женщинам. От Ганжи, конечно, толку было немного – он попивал пивко и балагурил.
– Я вот думаю, может, мне тут бассейн соорудить? С Шапиро договорюсь и бетоноросом быстренько всё залью, будет купель, - Сергей довольно улыбался своей бредовой затее – на его участке крохотном мангал-то не всегда удавалась пристроить.
– Ага, и будем от ворот к крыльцу на лодке прибывать, - Бобров почесал нос – лук под ножом начал давить слезу.
– Завидуй, завидуй, звезда наша доморощенная. Кстати, какие твои успехи индивидуальные?
– «Успех не личный, но командный», - процитировал кого-то, улыбаясь сквозь луковый слёзы, Юра.
– Юрка – много, где в лидерах, - не отвлекаясь от кухонных хлопот, вступила в разговор Лиля, - по голам, по передачам, по всяким там оценкам. Да ко мне, когда за интервью обращаются четыре пятых к нему. – Она выполняла в клубе роль пресс-секретаря.
– Да, честно, даже меня утомили журналюги, - Лера колдовала над липким черносливом. – Юр, может, всё же согласимся на фотосессию?
– Лерусь, ну ты опять? – Юра от расстройства забылся и почесал грязными пальцами нос, от чего стал сразу чихать. Это была уже старая Лерина подколка – к красивой паре давно приставали с просьбами фотографировать. Предлагая различные вознаграждения. Бобров каждый раз брезгливо морщился, а иногда и откровенно хамил таким просителям.
– Ладно, ладно, ребятки. Конечно, работа у нас популярная, отказать всем не можем, ибо держимся на болельщиках. А им разносолы подавай. Но и меру тоже можно знать. Вон, если глянуть на Паршина – главного холостяка Восточной Европы. Вот тот вообще в средствах не разбирается. Голым сфотографироваться – пожалуйста, загул в клубе самому пропиарить – нате, скандальное что-нибудь брякнуть в прямом эфире – всё к нему. Дёшево и совсем даже не сердито.
Лера улыбалась. Она как раз была довольна, как её муж отторгает популярность и как неприязненно относится к отрыжками славы.
Куранты слушать не стали – бокалами звякали под кукушку на старинных часах с гирьками. Наслаждались разносолами, пазлами разложившиеся на небольшом столике. Ганжа цедил водочку, Тимур с Лилей и Лерой дегустировали какое-то сухое красное из Грузии, а Юра по привычке дул газировку.
– Вот ведь травишь себя! А так любишь про здоровье поговорить, - Тимур в очередной раз предложил Боброву вина.
– Газировку пью редко и не так уж она вредна. А вот у вас яд откровенный.
– Красное вино полезно! Это кто хочешь, подтвердит, - назревал очередной спор про алкоголь.
– Тимур, ну чего ты опять? Полезно и полезно, я вам свои воззрения на алкоголь
уже не раз выкладывал - что полезен сок виноградный, а не спирт. Он (спирт) может не вредить, если ферменты есть, расщепляющие его, а вот про полезность трудно найти доказательства. Вот если нравится вам – пожалуйста, пейте, только не агитируйте за полезность, а то нарвётесь на отпор, - Юра звонко стукнул своим бокалом о бокал Тимур и заглотил свои пузырьки.– Вот за упрямство я тебя и ценю, - Ахметдинов отпил своего напитка. – Но зануден ты бываешь просто невыносимо.
– Так это и есть главное моё достоинство.
– Юрка, ты у меня такой дурачок, - Лера глянула на него влюблёнными глазами.
– Друзья мои, хочу поднять бокал с этим… эмм… ядом, - Тимур зыркнул на Боброва, - за наш общий успех. За попадание на Чемпионат!
После включили проектор и смотрели видовое кино. Вдруг Юра, задумчиво смотревший на экран, спросил:
– Тимур, а я чего-то вдруг понял, что не знаю, какой там регламент и что будет происходит в сезоне 2021-2022? Те же самые отборы будут проходить?
– А в том-то и дело, что толком никто не знает, как и чего. Но наверняка чемпионатов внутренних никаких уже не будут. Будут бесконечные споры, кто достоин, а кто нет. Конфликты, проекты календарей, образование более низших лиг. Инспекции и тому подобное. Я думаю, что будут какие-то самопальные турниры хаотические, чтобы поддерживать тонус и форму. Пока мы с другими клубами на эту тему помалкиваем. Да и вообще, все друг на друга волками глядят – конкуренция же.
– Девоньки, не надоели вам эти футболисты? Пойдёмте, я вам фейерверки запущу, - Ганже требовалось веселье. Женщины на его предложение с радостью откликнулись и поспешили надевать дачные валенки и тулупчики.
Окно тёплой террасы выходило как раз на лужайку, где скоро должны были варить плов – все были давно сыты, но ритуал приготовления пищи должен был соблюдён до конца. От лужайки по отсутствующим сугробам Ганжа поплёлся к забору, чтобы «дымить» подальше от дома. Вскорости, он подпалил шнурок и быстрыми скачками ринулся назад.
Шоу огненное не то, чтобы не получилось, скорее, оно получилось дымное и шумное. Лужайку заволокло удушливым туманом, и зрители спешно ретировались обратно в дом. Из прихожей послышался задорный смех – девушки были совершенно довольны именно таким исходом. Ганжа же завалился в некоторой растерянности, потирая лысину.
Бобров поймал себя на мысли, что ему хорошо и спокойно. Близкие люди рядом, нет забот и проблем. «Какое мне дело сейчас до всей этой движухи, чемпионатов и футболов? Не это ли вот – настоящее рядом? Любимая, друзья, дом и покой?». Но он знал, что это пристанище лишь на короткий срок даёт отдых душе и телу. Что в безделии и праздном времяпровождении долго не протянешь и завоешь от тоски. Но так же он и знал, что из всякой кутерьмы, из дальних концов света, ему будет хотеться вернуться к своим: корням, людям, земле. И всегда важно знать, что всё это у него есть.
Он потеплел взором, и ему захотелось всех обнять. На его лобзания, Ганжа заржал:
– О! Юрец, да ты накидался газировкой-то! Нужно закусывать, паря!
– Я ценю твою толстокожесть и именно поэтому не буду тебе отвечать, - улыбался по прежнему млеющий Бобров. – Лерусь, иди ты ко мне, милая. Ты меня всегда же поддержишь?
– Конечно, котёнок, - Лера юркнула к нему на колени, прижав его голову к груди.
– Ммм… какая удобная лежанка, - спошлил Юра, почувствовав колючую шерсть свитера упругие округлости, и гладящая его рука ущипнула за ухо.