Черные тропы

— Только то, герр профессор, что вам и вашим людям никто и никоим образом не должен мешать! Все службы объекта должны функционировать в установленном порядке — согласно графику! А всякие неожиданности, и несчастные случаи, которые происходят вокруг — они ломают заведенный порядок! И нарушают нормальное функционирование работы наших служб! Мне пришлось отвлечь часть людей от работы, бросить их на внеплановую прочесывание леса и…

— Оставьте! Такие мелочи меня не интересуют! — отмахнулся высокий гость. — Докладывайте по существу!

— Слушаюсь! Согласно заключению врачей, лейтенант Бауринг скончался от сердечного спазма. Он, по-видимому, накануне вечером немного выпил, а тут — эта авария! Перенапряжение, как говорят врачи. Все вместе и привело к такому печальному исходу… Одно наложилось на другое… вот — сердце и не выдержало.

— Это официальное заключение?

— Так точно, герр профессор!

— Так-так… А авария?

— Я лично осматривал машину! (И напрасно — механик сделал бы это лучше и профессиональнее. Прим. авт.) Это действительно случайность — крепкий сучок пробил боковину шины. Дыра оказалась слишком большой, обломок от сучка в ней застрял, вот колесо и спустило так быстро. А дорога в том месте идет по насыпи, довольно, кстати, высокой — поэтому машина свалилась вниз. И тут — дерево! Водитель не удержался — да и я сам на его месте не смог бы! Бедняга вылетел из кабины и ударился головою об камень.

— Собаки?

— При аварии открылась запасная канистра с бензином — там все им провоняло… Но, должен сказать, герр профессор, что тело лейтенанта нашли именно они!

— Значит, если я вас правильно понял, никаких признаков присутствия агентуры противника в нашем районе…

— Не наблюдается, герр профессор!

— Вы совершенно в этом уверены, гауптман?

— Абсолютно, герр профессор!

— Ну, что ж… В конечном итоге, я не сыщик… и не обязан вникать во все эти тонкости и полицейские штучки. Можете быть свободны, Иоганн! И постарайтесь впредь оградить меня от подобных случайностей!

«По имени назвал! Фух… пронесло…»

Выдержка из рапорта.

…Таким образом, в результате проведенной операции, нами была установлена очередность поездок в город офицеров, осуществляющих руководство объектом. Исходя из полученных указаний, нами был подготовлен захват офицера, который отвечал за снабжение его продовольствием. Операция проведена в соответствии с разработанным планом, без применения огнестрельного оружия. Водитель машины был убит, а нами организована имитация аварии. Захваченный офицер — Карл Вильгельм Бауринг, имел при себе портфель с документами. Документы нами перефотографированы и уложены назад в портфель (в том же порядке, как и ранее). Экстренно допрошенный немец дал ценные показания, пояснив многие вещи, ранее нам неизвестные. Запись показаний лейтенанта Бауринга прилагается.

По окончанию допроса, офицер был отведен на два километра в сторону от места аварии, где сержант Микульченко нанес ему удар в грудь, в результате которого у немца произошла остановка сердца.

На месте аварии и около тела лейтенанта нами были проведены маскировочные мероприятия для ликвидации следов членов оперативной группы. С этой целью, ещё перед началом операции, обувь бойцов была обвязана травяными жгутами, для искажения оставляемых ею на земле следов. Предварительно, сама обувь была пропитана хвойным настоем, а дорожка отхода присыпана специальной смесью № 4, полученной перед вылетом группы. Обнаружив в автомашине канистру с бензином, ефрейтор Лигачев организовал имитацию его разлития в результате аварии, чем существенно затруднил возможное использование противником собак. Таким образом, следы нашего пребывания на месте аварии были практически полностью уничтожены, а применение немцами служебно-розыскных собак оказалось неэффективным.

Выполняя приказание, группа экстренно отошла в район квадрата 23–12, где и передала полученные сведения связному…

Командир спецгруппы «Олень»

Старший лейтенант

Лисицын О.П.

Удалено по требованию издательства

Вспоминая сейчас этот разговор, Лахузен неторопливо шел по коридору, следуя за провожатым. Он не был тут не так уж и много времени, но профессор со своей командой, надо полагать, время даром не теряли. Некоторые двери были заменены на более основательные, многие окна занавешены плотными тяжелыми шторами. На полу появились ковровые дорожки, скрадывавшие звук шагов. Идешь по такому коридору и совершенно непонятно, что это? Больница или какое-то иное учреждение? Нет, всё-таки, больница! Неуловимый запах лекарств еле ощутимо повис в воздухе, пробиваясь через все прочие запахи. Странно, зачем это нужно профессору?

Ещё поворот, ещё один пост — здоровенный «санитар» в белом халате, сидящий около столика с телефонным аппаратом. При виде посетителей, он встает и требовательно смотрит на сопровождающего.

— К герру профессору.

Всё ясно — и «санитар» делает шаг в сторону, проход свободен. А под халатом-то у него оружие — наметанный глаз Лахузена выхватывает еле заметные характерные очертания на левом боку. Страхуется фон Хойдлер… или это у СД такая мания — во всех видеть возможных врагов?

Но все заканчивается, закончился и этот путь — перед полковником бесшумно распахнулась тяжелая дверь, пропуская его в святая святых. В кабинет главного человека всего этого здания…

— Прошу вас, друг мой, присаживайтесь вот сюда — к столику! — профессор был сама любезность и прямо-таки лучился добродушием. — Я приказал приготовить вам кофе и ваш любимый коньяк!

Ну что ж… и на том спасибо. Вошедший грузно опустился в мягкое кресло.

— Увы, обстоятельства сложились так, что мы некоторое время не виделись… — сокрушенно покачал головою хозяин кабинета. — Дела… к сожалению, я далеко не всесилен…

Ну-ну! Рассказывай мне сказки…

А кофе хорош! Да и коньяк, надо отдать должное профессору, тоже весьма неплох.

— Но вы молчите? Я совсем заболтал вас, мой друг? Простите старика…

Угу, ты ещё всех нас переживешь… Но, надо, наконец, что-то ответить, это уже начинает выглядеть некрасиво.

— Что вы, Иоахим?! Я просто немного устал с дороги…

— И тут я на вас насел со своими вопросами… Простите, Эрвин, но… возможно, вам следует отдохнуть? До вечера…

— Благодарю вас, но, если позволите, то попозже.

Да, старый хитрован, никто не собирается давать тебе время на то, чтобы ты дополнительно приготовился.

Ноль-ноль.

— Я вас внимательно слушаю, мой друг!

Ага! Так я и разогнался — вопросы задавать. Нет уж, послушаю-ка лучше твои ответы.

— Да, собственно говоря, Иоахим, у меня к вам только одно дело — что нам предстоит в дальнейшем?

Вот так! А теперь, дружище, думай! Что я хотел спросить на самом деле?

Профессор, в некотором замешательстве, погладил чисто выбритый подбородок.

— Хм… но, как я полагал, гауптман своевременно вас обо всём информирует?

— О чём? Сейчас он ищет у Советов какую-то девицу… Простите, профессор, но группа Норберта — не мои личные вассалы! Он на службе, на него и его людей тоже имеются кое-какие планы уже не у меня — там! — палец Лахузена указал на потолок. — Я даже не могу ничего сказать по этому поводу! Когда освободится группа? А неизвестно… даже связь с ними — и та идет не через наш радиоузел!

— Вот как? — удивленно приподнял бровь фон Хойдлер. — Но ведь я не специалист в таких тонкостях… связь организована Штангером…

— Простите, профессор, но я не знаю кто это.

Ага! Рольф Штангер — оберштурмбаннфюрер СС, офицер для особых поручений самого рейхсфюрера СС. Стало быть, и господин Гиммлер тут незримо присутствует… интересно!

Один-ноль!

— Ну… его ко мне прислали, специально для организации таких вот вопросов… — хозяин кабинета развёл руками. — Я ведь не профессионал в этих делах…

«Ну-ну! — развеселился про себя Лахузен. — То, что ты мастер по задуриванию мозгов собеседникам — этого, конечно, никто не отнимет! Но! Для успешной и плодотворной работы этого недостаточно! А эти бравые парни Генриха — не слишком уж опытные специалисты, это вам не коммунистов на допросе мордовать — тут голова нужна! То-то вы так вцепились в гауптмана…»