Черные тропы
Шрифт:
— Да вы проходите, товарищи! — главарь развел руки в стороны. — Вам ещё ехать далеко, а мы-то дома!
— Спасибо… товарищ, — кивнул в ответ капитан. — Это да… ехать нам прилично… Машенька, а ты сбегай-ка за майором. Александр Иванович тоже что-то спросить хотел… лично для себя!
«Так, — быстро прикидывал главный бандит, — девки без оружия, видать, связистки какие-то… или санитарки, им шпалеры не положены. У капитана в кобуре „ТТ“, но его Митяй пасет, не достанет вояка свой пистоль. Майор… он, наверное, в кабине сидел — и у него, точняк, ствол есть. Водила… у того винтарь, штука
Уловив взгляд подручного, главарь повел головой в сторону машины, а руками сделал жест обозначающий поворот баранки. Кивнув, подручный направился к двери, на ходу доставая из кармана пачку папирос, уже позаимствованную им ранее из магазинных запасов.
— Товарищ! — внезапно окликнул его капитан, — У вас, случаем, папироски не будет? Водителю нашему, я-то, к сожалению, некурящий… А пачку целую покупать, оно, вроде бы и ни к чему.
— Завсегда пожалста, дорогой товарищ! Для родной армии — не жалко! — протянул папиросы бандит.
— Спасибо! — капитан осторожно вытащил одну и аккуратно заложил её за ухо.
Стукнула дверь, Маша выскочила на улицу. Следом за нею туда же выскользнул и бандит, направлявшийся к машине.
— Олег Фомич, — проводив взглядом ушедших, снова повернулся к заведующему капитан. — Так чем нас порадуете?
— Конфеты у нас есть… вкусные! Даже и вино… настоящее грузинское! Только вот не знаю, по вкусу ли оно вам будет?
— Отчего так? Если оно настоящее-то?
— Да… — директор лихорадочно соображал, прикидывая разные варианты развития событий. — Горчит оно иногда…уж и не знаю — отчего?
— Горчит? — удивлённо приподнял бровь капитан. — Настоящее? Грузинское? Да, ладно… быть того не может! Покажите!
— Сей момент! — заведующий обогнул молчавшего продавца и подошел к полкам. — Где ж оно… А! Вот, полюбуйтесь!
И взяв бутылку за горлышко, он протянул её капитану. В какой-то момент, его рука дрогнула и донышко бутылки указало на стоявшего у прилавка бандита — у того под пиджаком блеснул металл…
Непонятно, заметил это капитан или нет, но бутылку в руки взял осторожно, словно она была сделана из хрусталя.
— «Киндзмараули»? И оно — горчит? — рассмотрев этикетку, удивился военный. — Мариночка, ты у нас вроде бы разбираешься… посмотри…
Невысокая девушка молча взяла в руки бутылку, шагнула чуть в сторону — поближе к лампочке, подняла, разглядывая на просвет.
«Валить их пора! Всех — и торгашей тоже! — мелькнула в голове главаря мысль. — Сейчас, пока все на бутылку смотрят! А майора, как войдет — в ножи примем! Со стволами, выпивкой и жратвой — эх и погуляем!»
А капитан, ничуть не подозревая о грозящей всем участи, вытащил из-за уха папиросу и повертел её в руках. Поднес зачем-то к лицу, принюхался… помял пальцами…
— Штырь! Давай!
— Мяу… — спокойно произнес капитан. Поднес к губам папиросу — и внезапно дунул прямо в неё!
Вылетевший табак моментально забил глаза и нос стоявшего напротив бандита. А мгновение спустя, туда же прилетел и кулак капитана.
Бутылка в руках Марины дрогнула — и, описав в воздухе
полудугу, долбанула донышком точно в лоб ещё одного налетчика.Вторая девушка внезапно присела — изящная ножка в небольшом сапоге… ощутимо въехала прямо по голени стоявшему рядом с ней Штырю. Что-то явственно хрустнуло. И бандит с воем рухнул на землю, зажимая руками сломанную ногу. Об пол брякнулся наган.
Внезапно оказавшийся в меньшинстве главарь, судорожно ухватился за пистолет.
Стукнула дверь — на пороге появился майор.
— Стоять!
— Держи карман шире! — браунинг главаря уже приподнялся и ловил стволом цель.
Ках!
Майор стрелял, не поднимая своего оружия.
На груди бандита появилось темное пятно. Он согнулся, что-то прошипел…
Ках!
Дрогнули доски пола.
— Там, на улице, Маша ещё одного сторожит — помогите ей…
— Франт! Сука… продался ментам, гад! — скорчившийся на полу Штырь, приподнял голову. — Ни хрена… Недолго ты ноне побанкуешь — найдут тебя…
Ках!
— Остальные? — поинтересовался тот, кого назвали этой кличкой.
— В отключке — лыка не вяжут! — отозвался капитан, присевший на корточки рядом с лежащими бандюками. — Мой удар — вы знаете. А Мариночка своего бутылкой столь немилосердно приложила… что и не знаю, есть теперь в этой бедной голове хоть что-нибудь?
— Вызывайте милицию…
Девушки, услышав слова капитана, прыснули.
— Я вот сейчас кое-кого… за толстый и пушистый хвост! Чтобы не забывался! Тебя, Котена, касается! Отставить хаханьки! — погрозил пальцем майор, убирая пистолет в карман.
Враз ослабевший заведующий, опустился прямо на пол — ноги не держали совершенно.
— Как вы, Олег Фомич? — присел рядом капитан.
— Страшно… вот именно сейчас — и страшно!
— Понимаю, — кивнул собеседник. — Водки хотите?
— Хочу!
Капитан, не оборачиваясь, протянул назад руку — в ней тотчас же оказалась пузатая фляжка.
— Стакан найдете?
— Так давайте…
Добрых триста грамм, провалившиеся в желудок, вернули директору относительную твердость духа.
— Фух!
Собеседник протянул ему сухарь.
— Сойдёт?
— А то ж! Не русский я, что ли?
— И то правда!
— Но как вы их?! Как догадались-то?
— Он сказал — вам далеко ехать. Откуда это мог знать посторонний?
— Это я виноват… проболтался…
— Я так и подумал. Небось, зарезать грозились? У вас рубашка на животе распорота.
— Да… Как вы думаете, сделали бы они это?
— Наверняка. Эти те ещё урки — все с оружием, небось, есть уже на них чужая кровь!
— Однако…
— Да и на наган у бандита за поясом вы ловко указали, то-то я смотрю, он все боком ко мне поворачивался! А про зеркало напротив себя — забыл! Так в нём — всё видно!
За прилавком матово поблескивало большое зеркало, отражая переполненный людьми зал. Обычно в нем отражалась и спина продавца — но, сейчас он, привалившись к стене, медленно сползал на пол. Две девушки, мешая друг другу, бросились к нему на помощь.
— Ну, ваш майор и стреляет… прямо снайпер!
— Это он может, — кивнул капитан, завинчивая колпачок фляги. — Ещё налить?