Чёрные зеркала

Он должен быть здесь. Рядом со мной. Живой и невредимый.

— Куда собралась, Вейн? — окрикнули сзади. — Жить с темными больше не желаешь?

Я не сразу поняла, что имеет в виду конопатый парень, что на уроках вечно отвечает невпопад. Лишь потом сообразила, что свернула на развилке не туда. Направилась не к сектору темных, а к сектору отверженных — к старому дому.

Тьфу! Это ж надо было так опростоволоситься! Мало мне проблем. Теперь еще добавится сплетня, что ворочу нос от полноценных магов.

Пришлось сделать вид, что ищу что-то в сумочке, висящей на плече, пока сокурсники не пройдут мимо. Едва они скрылись из виду, я вздохнула с облегчением и… снова напряглась. Не из-за магов. Из-за Гвендарлин. Я не заметила этого сразу поглощенная грустными мыслями, но теперь ощутила явственно. С замком было что-то не так. Изменилась энергетика. Впрочем, нет, не правильно. Она не изменилась, а ослабла, словно стены древнего колледжа утратили часть магии. Безумие? Но я это чувствовала. Будто встретила заболевшего друга.

Надо поговорить со средним герцогом. И поскорее.

…Оказавшись в спальне, я прильнула к окну. Здравствуй, море! Величественный зверь, всегда разный и непредсказуемый. Как же я соскучилась! Сегодня он «печалился» под затянутым тучами небом. Но меня это ни капли не огорчало. Скоро всё изменится. Послезавтра мы снимем магическое покрывало с замка и впустим солнце. Хоть древний обряд и назывался первым рассветом года, на деле он проводился на второе утро. Считалось, что после перехода через портал большого количества магов замок становится уязвим, потому защитное покрывало держали еще более суток.

— Тук-тук… — произнес гнусавый голос.

От неожиданности я приложилась лбом о стекло. Обернулась и закатила глаза.

В дверях стоял упырь. Один. Но самый крупный. Тот, что вечно командовал остальными.

— Хозяйка навестить велела, — объявил он, глядя себе под ноги.

И куда подевалась былая спесь? Леди Барбара велела вести себя прилично? Иль без нее «питомцы» не такие уж и вояки?

— Что передала леди Глайд? — спросила я без предисловий.

Упырь кашлянул и выдал:

— Ты должна отыскать книгу надежды. Она это… того… мифическая. Вроде как и не существует вовсе. Но враки это. Еще как существует. Просто припрятана хорошо. Чтоб никто любопытные носы не совал. Ей можно задать любой вопрос. Она ответит. Вот!

Ого! Я не устояла на ногах и плюхнулась на кровать.

Книжечка, которая дает ответ сразу и по делу? Я б заимела такую. Без сомнений. Она куда полезнее «Непопулярных легенд», которые тянут время и помогают по настроению.

— Ну, я пошел, — прогнусавил упырь, считая поручение выполненным.

— Стой! — я потерла лоб. — Как тут прошли каникулы? Ничего подозрительного не происходило? Загадочного?

Упырь неопределенно передернул плечами. И вновь огорошил:

— Кто-то умер.

Хорошо, что я сидела.

— В к-к-каком смысле?

— Кто-то умер, — повторил питомец леди Барбары. — Но никто не заметил. Мы почувствовали. Мы всегда это чувствуем. Вот только… — он забавно почесал за ухом. — Только все на месте. Но кто-то точно умер.

— Ступай, — разрешила я, сделав вывод, что расспрашивать бесполезно. — Если заметите что-то необычное…

— Сообщим, — перебил упырь и торопливо скрылся за дверью.

После столь странного разговора я напрочь позабывала о том, что следует разобрать вещи или хотя бы переодеться в синюю форму. Лежала на кровати, смотрела в потолок и гадала, где искать упомянутую книгу надежды. Может, она всё-таки в библиотеке? Скрывается под скромной и никому неинтересной обложкой? Я бы не удивилась. Но не перебирать же все тома подряд. Там их тысячи. Надо Юмми поспрашивать. Она из нас самая умная и начитанная. Может, слышала об этой «разговорчивой» книге.

Смерть «кого-то» беспокоила в меньшей степени. Упыри могли и ошибаться, раз «все на месте». Посторонним сюда не пробраться, а мэтр Эмилио с незабвенной Летисией Дитрих все каникулы были начеку. Если только… только дело не в самом колледже. Вот, демоны! Я же ощутила изменения. Вдруг погибла часть «души» Гвендарлин? Стараниями Гвенды и Дарлина? Или же сам истинный дух? Тогда дела, правда, плохи.

Нет. Я упрямо покачала головой. Последнего точно не случилось. Черно-белый защитник Гвендарлин сильнее и умнее основателей. Он противостоял этой парочке веками. Значит, и сейчас цел и невредим. Скоро мы в этом сами убедимся. В обрядную неделю.

…К появлению Рашель от тяжких дум разболелась голова. Но стоило взглянуть на соседку, как я ощутила прилив сил. Она порхала по спальне, будто беззаботная бабочка в летнее утро. И не скажешь, что мы все ходим в подозреваемых в убийстве сына главы совета Многоцветья. Не осталось и намека на хмурую девушку, ехавшую рядом весь день.

— Что за тайное объявление? — спросила я, заинтересовавшись поведением соседки.

Рашель смутилась.

— Прости. Не могу сказать. Нам запретили.

— С какого перепуга?

Но она приложила палец к губам. Мол, не задавай больше вопросов.

Находись мы в секторе полуцветов, и будь на месте Рашель Агния, я бы не отстала. По крайней мере, без боя. Но у нас иные отношения. К тому же, подруге «дядюшки» Элиаса в последнее время и так досталось. Пусть наслаждается неожиданной тайной.

— Ты Ульриха у портала не видела? — спросила я, в надежде, что Рашель окажется зорче меня. — Мне не удалось разглядеть его среди пятикурсников.

Рашель закатила глаза.

— Только Ульриха?

— Э-э-э… да.

— Между прочим, Юмми там тоже не было, — поведала Рашель и тяжко вздохнула. — Я встретила леди Клементину. Она жаловалась — всем, кто попадется по дороге — что в темный сектор мало того, что не нашли вторую воспитательницу, так теперь еще и одного старосты не хватает. А она, бедняжка, и так разрывается. На мое счастье, мимо шел мэтр Шаадэй, который «завладел» вниманием леди Клементины. Он сказал, что пятому курсу вообще не повезло. Остались без обоих старост.