Чертов папочка

Эх… Не о том ты вспомнил, Волков.

Я покосился на сосредоточенного Льва. Как же бесило! Надев впервые погоны, я гордился, думал и надеялся на честное будущее. Но все меняется. Сначала несколько раз выручил Алмазного, получив белый конверт, из-за которого уже мог бы коротать вечера на зоне, а потом сдружился с придурком, чей послужной список преступлений помог бы мне не только получить чертово повышение, но и подняться на приличную высоту.

Усмехнулся.

— Ты чего? — мрачно поинтересовался Лев.

— Дак так… Обидно просто. В этой жизни ты на подсосе либо у госчиновников, либо у криминальных авторитетов.

— Давай без философии. Будь проще. Вот у меня, например, яйца чешутся.

— Мне отвернуться?

— Нет. Потерплю.

Я подавил смешок, а увидев знакомый Мерс, и вовсе подобрался.

— Крысеныш.

— Почему ты так уверен, что он приведет нас к логову Таната?

— Просто доверься.

Лев смолчал, вероятно, послав меня в мыслях куда подальше. И не удивительно. Доверять менту — дело последнее. Особенно такому, как Пелевин. Шкура продажная.

То, что мне добыл Костя, полностью оправдывало мою ненависть к этому мудаку. Позавчера он встретился с Ивашиным в одном из элитных клубов города, где по счастливой случайности и оказался Костян. Моей ярости не было предела, а составить цепочку Пелевин-Ивашин-Танат, мог бы даже рядовой желторотик. Чутье подсказывало, что и Румянцева найдется среди этой троицы. Иначе, с какого перепуга лейтенанту полиции приезжать на объект, по документам принадлежащего главному злодею все этой веселой истории?

— А вот и шакалы. — Лев указал, на подъезжающие внедорожники.

— Уверен, что они?

— Тачки Таната не спутаешь с другими. Даже в темноте.

— Интересно девки пляшут.

— И не говори. Я вот думаю, не потравят ли крысу этой ночью?

Его предположение было созвучно моим мыслям. У нас конечно был план понаблюдать и пока ни во что не вмешиваться, но как усидеть на месте, когда где-то там убивают служителя закона?

Зачем Танату понадобилось встречаться с Пелевиным лично? Передача ценных бумаг, слив информации или стрелка из-за какого-нибудь прокола Пелевина?

По-видимому оправдалась последняя мысль.

Спустя минут десять Танат вернулся обратно в машину с пустыми руками. Из склада до нас донесся сдавленный крик. Я уже хотел выйти и подойти поближе, в случае чего, выручить, но Лев вцепился в мою руку.

— Не надо.

— Мне бы не хотелось, чтобы его убили.

— Не убьют, — с большой верой в собственные слова сказал он. — К тому же, я не зря ходил туда перед их приездом. Как только отъедут, заберем.

Стиснув зубы, остался сидеть на месте. К сожалению, я не мог действовать сейчас согласно букве закона. Когда ты один, а их около два десятка, приходится идти на попятную. Надеяться на помощь Льва и его ребят тоже не имело смысла. Они здесь не ради моей задницы.

Вскоре крысы расселись по машинам и уехали. Мы подождали еще минут пять, в надежде на уход Пелевина, но тот так и не покинул складское помещение.

Выхода не осталось. Придется раскрыть себя.

— Мы сами.

Я посмотрел на своего сопровождающего, испытывая высшую степень недоумения.

— Не пались без надобности. Подумай о своей семье.

Лев вышел из машины и крадучись пошел на разведку. Вслед за ним отправились и трое ребят.

Ожидание угнетало. В такие моменты человек чувствует себя беспомощным и до смешного зависимым от обстоятельств. Я не был исключением, и вздохнул с облегчением, увидев Льва. Он набрал мне, стоя у входа на склад:

— Двигай сюда. Кажется, ему нужна скорая.

Мои опасения оправдались. Пелевин получил то, что заслужил, но цена оказалась непомерно высокой.

Он лежал в бессознательном состоянии, но был жив. Судя по всему его просто поколотили, наверняка, переломали ребра, а может, обошлось лишь ушибами. В любом случае, ему требовалась медицинская помощь, мне же быть предельно аккуратным в дальнейших показаниях.

Люди Льва забрали все подслушивающие устройства, и вместе с хозяином уехали, оставив мне одну из машин. Я набрал в службу скорой помощи и вызвал врачей.

Пелевин пришел в себя до их приезда, правда, что-либо говорить отказался. Да и не мог. Он с горем пополам сделал пару глотков воды из бутыля, который я нашел в его же автомобиле, а потом словно потерял связь с реальностью, стекляным взглядом блуждая по высокому темного потолку. Сдвигать его с места я не решился, чтобы не навредить.

Медбратья, появившиеся через минут десять после вызова, сразу констатировали наличие переломов ребер. Пока его забирали, сюда прибыл Хрустев, дежурный следователь. Он не скрыл своего удивления при виде меня, но и вопросов почти не задал. Странно.

Правда в Управление мы все же поехали. Для составления протокола.

Я долго думать, говорить правду или нет, и в итоге решил частично рассказать о своих подозрениях.

— То есть ты хочешь сказать, что Пелевин не ищет Румянцеву, потому что каким-то образом связан с похитителями? Волков ты в своем уме?

— Вполне, но доказательств нет, поэтому пока что это только слова, а ты и сам знаешь, какова цена слов в нашем деле.

— Твое нахождение на месте преступления вызывает подозрения. — Он поджал губы и протянул мне лист с показаниями. — Думаю, нам придется на некоторое время отстранить тебя от дел…

— Не загадывай наперед, Хрустев. — Я прошелся глазами по тексту и с размахом вывел свою подпись. — Приказы об отстранении раздаешь не ты.

— Но имею право об этом ходатайствовать.

Комментировать его слова я не стал. Попрощался и покинул кабинет. В коридоре к этому времени уже появились работники Управления.

Шел девятый час, а мне неимоверно хотелось спать. Еще раз глянув на часы и зевнув, я направился к себе. Надо бы выпить кофе, взбодриться. Вот только начальство не дало — Юрий Никифорович подловил в коридоре. Пришлось идти за ним и усиленно бороться с одолевающей зевотой.

— Я уже в курсе произошедшего этой ночью, но мне нужны детали.

— Так будет протокол же, — попытался я с улыбкой отнестись к ситуации, но тут же убрал ее. Не идиот же я, в конце концов, светить зубами перед старшим уполномоченным.

— Я не верю протоколам. Рассказывай.

На этот раз мне пришлось приложить больше усилий, чтобы скрыть детали и не проколоться на каком-нибудь безобидном моменте. Правда, в ходе беседы не смог не коснуться расследования о гибели Дюдюка.

— Я узнал, что в том деле мог быть замешан Ивашин. — Внезапный тяжелый взгляд майора и поджатые губы дали понять — я иду в верном направлении. Они связаны, и никак иначе. — Поэтому увидев Пелевина в компании бизнесмена, насторожился, проследил. И в первую же ночь нашел его в полуобморочном состоянии.