Чистильщик
Шрифт:
Синий, явно заведующий оружейной комнатой, выдал нам необходимое. Впервые надел на себя лёгкие, но очень прочные композитные доспехи, выдерживающие пару ударов среднестатистической Твари. Потом отрегулировал приклад крупнокалиберного помпового ружья с патронами из специального сплава, пробивающего прочные туши некоторых жителей Кочующих Миров. На бок повесил свой собственный заклеймённый меч и выданный широкий нож, имеющий одно клеймо на клинке.
Тактический шлем со встроенной рацией и навигатором, на котором отражались маячки всей группы, непривычно закрывал обзор. Но без него в Дыру соваться смерти подобно —
Подошёл к зеркалу, покрасовался, принимая различные позы, и разочарованно сплюнул. Не боец, а ишак навьюченный. Раньше, в бытность Безумного Генерала, мне хватало лишь внутренней энергии и пары зачарованных мечей, чтобы смело выйти против Лорда. Как же не хватает той прежней силы! Понимаю, что это тело ещё не готово к ней, но всё равно обидно знать, какие возможности потерял. Надеюсь, временно.
Бельмондо, в отличие от меня, излучал ничем не прикрытое счастье, восторгаясь оружием и экипировкой.
— Да я с такой пушкой и броником любую Тварь на куски порву! — хвастливо заявил он. — Макс! Ты представляешь, сколько подобное стоит?! Видел бы меня сейчас отец — обзавидовался!
— Вообще-то, — пояснил Синий, наблюдавший за нашими приготовлениями с лёгкой добродушной улыбкой, — тут особо радоваться нечему. Комплекты стандартные, самого низшего уровня. Обычно после полугода службы от них ничего не остаётся: всё бойцы потихонечку модернизируют, отдавая приличные деньги на усиление своей безопасности.
— Так, может, и мы сразу подсуетимся? — предложил я. — Деньги водятся.
— Не всё так просто, Гольц, — обломал он меня. — Хорошие комплекты в большом дефиците, поэтому возможность получить их напрямую зависит от твоего боевого рейтинга. Он обновляется после каждого рейда в Дыру. Специально сделано так, чтобы зажравшиеся тыловики с большими кошельками не скупали и после не продавали по завышенным ценам. Хочешь быть в лучшем? Будь лучшим!
То, что Синий нисколько не соврал, убедился ровно в полдень, когда вся боевая группа Аксакала построилась на получение приказа. Рядом с каждым капралом стоят три рядовых, ответственных за его поддержку в бою. На всех доспехи и вооружение такого уровня, что мы с Жаном кажемся бедными родственниками.
Бельмондо, кстати, стоит за спиной Стеллы, а вот меня держат немного в стороне от основной группы. От этого немного неуютно себя чувствую: словно не со всеми, а приблудный какой-то.
Незнакомый полковник, как понимаю, командир базы Чистильщиков, встал перед строем, внимательно оглядел бойцов с ног до головы и хорошо поставленным голосом зачитал приказ. После окончания лейтенант Аксаков отдал ему честь и… на этом всё закончилось.
— Скидываем «сбрую» в тревожной комнате, — продолжил он, как только серьёзный полковник ушёл, — и собираемся в спортивном зале.
— Зачем, Аксакал? — спросил один из рядовых. — Новые вводные по дежурству?
— Официально знакомить с новичками буду. Ну и они полностью нашу банду увидят.
Тревожная комната, в которой мы переоделись из боевой в простую форму, сложно было назвать комнатой. Это приличного размера ангар со шкафчиками для каждого члена группы и душевыми.
Причём никакого разграничения по половому признаку. И мужчины, и женщины все вместе переодеваются, ничуть не смущаясь наготы. Неподалёку со мной стоит обнажённая Мышка. Я невольно залюбовался этой миниатюрной брюнеточкой. Какое поразительное натренированное тело! Каждая мышца словно выбита талантливым скульптором из гранита! Но при этом нет ощущения мужиковатости: грация и плавность движений заставляют щуриться от удовольствия.— Хочешь проблем — пялься дальше, — спокойно произнесла она, видя мою реакцию. — Запомни, курсант, что нет здесь баб. Они все за пределами базы остались. Тут же боевые товарищи, а товарищей трахать нельзя даже в мечтах.
— Извини. Просто восхищаюсь тем трудом, которым ты создала подобное совершенство.
— Восхищайся тогда Глыбой. Он из спортзала только поесть выходит. А на меня слюни пускать запрещаю до особого на то дозволения. Иначе, повторю, проблемы начнутся.
— Они у него с тобой и так будут, — весело ответил Аксакал, засовывая ногу в штанину. — С сегодняшнего дня ты являешься куратором курсанта Гольца.
— Чего это я сразу? Отдай лучше Синему на дрессировку: у него нервы покрепче моих.
— Нет, — возразил лейтенант. — Синий мужик хоть и опытнейший, только вы с Максом оба отличные рукопашники. Его по твоей специализации натаскивать надо.
— Поняла… Курсант! Ты попал!
— Странно. Ещё даже и не целился, а уже попал, — мигом огрызнулся я.
— Не забывай добавлять после каждого вяка, неуч, «капрал Мышка»! — попыталась девушка обозначить дистанцию между нами.
— Понял! Извините! Я попал в капрала Мышку! Жаль, что ничего не почувствовал… Наверное, не тем или не туда.
— Готовь себе гроб, парень, — под общий хохот шёпотом сказал незнакомый мне пока рядовой. — Если Мышка вот так щурится, то, значит, мысленно доламывает твою последнюю неповреждённую косточку.
В спортивном зале все расселись на мягкие маты. Остались стоять только мы с Жаном и лейтенант.
— Представляю новичков, — начал он неформальное собрание. — Курсанты Гольц и Бельмондо пока ещё никто, но, надеюсь, нашими с вами общими усилиями смогут закрепиться в группе.
— Этот щуплый, может, ещё и доживёт до конца практики, — со смешком выкрикнул один из рядовых, — а вот Гольцу впору похоронную музыку заказывать. Рано наглеть стал! Мышка его за длинный язык сожрёт и не подавится! Готов тысячу рублей на кон поставить, что сбежит из нашей дружной группы через неделю.
— Пять, — подал голос я.
— Чего пять? — не понял боец.
— Пять тысяч рублей. Ставлю прямо сейчас. Проигравший отдаёт деньги, кукарекая из-под стола. Рискнёшь?
— А давай! Люблю обламывать таких самоуверенных.
— Вот уже и первые деловые связи наметились, — с улыбкой прокомментировал Аксакал нашу перепалку. — Теперь обращаюсь к курсантам. С рядовыми потом перезнакомитесь, а командирский состав должны знать в лицо. Себя представлять не буду, поэтому начну с капрала Мышки.