Чистка

Перед её мысленным взором возникла лежащая на больничной койке Талиша. Обрубок её тела был опутан таким количеством трубок и машин для поддержки органов, вставленных прямо в плоть, что она казалась больше машиной, чем человеком.

Вскочив Сави бросилась бежать.

— Стой! — Заревел Ларик позади нее.

Мальчик почти достиг мяча, который остановился в паре метров от забора, неподалеку от лежащей в пыли сумки с ремнем. Он снова повернулся, выражение его лица неуверенным, когда он увидел бегущую к нему Сави.

— Уходи оттуда, — отчаянно кричала девушка.

Не зная что делать, мальчик сделал маленький шаг назад, подальше от сумасшедших глаз сумасшедшей тетки. Затем он до него дошло, что она не собирается останавливаться — что она собьёт его. Мальчик повернулся и побежал.

Женщина схватила его, поднимая, несмотря на его испуганный вопль и бьющие по воздуху конечности. Она продолжала бежать, отчаянно пытаясь увеличить расстояние между ней и сумкой.

В следующую секунду Сави увидела вспышку, за которой уже не было ничего...

* * *

Зал ожидания хирургического отделения больницы был нейтральным во всех отношениях. Бледно-серый ковер, белые стены, с окнами от пола до потолка с видом на ночной Брисбен. Два ряда кресел были выстроены спина к спине вдоль центра, их сиденья были сделаны мягкими и удобными, чтоб обеспокоенные родственники могли провести ночь свернувшись на них калачиком. Торговые автоматы с едой и напитками, а также большой настенный экран, демонстрирующий в бесшумном режиме новостные потоки дополняли образ.

Юрий Альстер торчал в этом зале уже больше часа, так ни разу и не присев. Помимо всего прочего, это означало, что его заместитель, Кохей Ямада, тоже не мог присесть, что выводило его из себя.

Они были единственными посетителями зала ожидания.

Наконец, сильно после полуночи семья Рирдонов наконец-то вышла из ведущих в процедурную дверей. Бен Рирдон был невысоким, тучным мужчиной лет сорока, с лысой головой, цветом и формой похожей на уродливую сливу. На лице Бена, казалось, застыла злоба и мрачное недовольство жизнью, что было, по мнению Юрия, его постоянным выражением.

Бен работал оператором копавших каналы Ледопада машин — грубая и тяжелая работа, отложившая отпечаток на его внешность и характер. Дани, его текущей девушке, едва исполнилось двадцать. Проведя взглядом по загорелым ножкам, короткой джинсовой юбке и дешевой зеленой спортивной рубашке с логотипом кафе «Все_по_двадцать» на впечатляющей груди, Юрий задумался, насколько эта парочка гармонично подходит друг к другу.

Они шли по коридору, сопровождая инвалидную коляску девятилетнего Тоби Рирдона, которую толкала больничная медсестра.

Бен нахмурился, заметив вставшего перед ним Юрия.

— Чего надо? — Спросил он. Волнение и усталость придали его голову хрипоты.

— Хочу задать парочку вопросов Тоби, — сказал Юрий насколько мягко, насколько мог.

Он подмигнул мальчику, чьи щеки и правая рука были покрыты пятнами йода. Имелся и гипс, сковывающий одну из ног мальчишки.

— Отвянь, — огрызнулся Бен, — Мы уже ответили на каждый вопрос дюжину раз.

— Я не полицейский, — сказал Юрий, — Я работаю на корпорацию Сопряжение.

— Дай пройти, приятель. Поговорим через неделю. Мой мальчик был взорван, понимаешь? Ему всего девять лет, аэти ублюдки его взорвали!

— Я знаю. Корпорация Сопряжение предоставила вам полное возмещение всех расходов на лечение именно по этой причине. Наша забота стоит минутки вашего времени?

— Это типа угроза? — Бен сделал шаг вперед сжав кулаки.

— Это напоминание о том, как важно поступать правильно.

— Папочка, ну дай я с ними поговорю, Папочка, — взмолился Тоби, — мне не трудно.

— Заткнись. Мы едем домой.

— Всего несколько вопросов и вы меня больше не увидите, хорошо? — Предложил Юрий, — Я могу организовать дополнительный оплачиваемый отпуск на неделю, который вы можете провести здесь, в городе или, возможно, на курорте Голд-Кост, в отеле рядом с морем. Как благодарность от жителей Кинтора. Вы сможете провести время вместе с Тоби, пока он восстанавливается. Ведь это именно то, чего мы все хотим, не так ли?

Бен заколебался, одновременножелая согласиться и осуждаясебя за колебания.

— Это было бы здорово, — осторожно сказала Дани, — мы провели бы время вместе.

Бен демонстративно проигнорировал ее. «Как насчет отпуска, большой парень? — обратился он к Тоби, — я соглашусь, только если ты этого хочешь, здоровяк».

— Я в игре, — кивнул мальчик.

— По рукам, — Бен повернулся к Юрию, — можете задавать вопросы.

— Я быстро, — Юрий опустился на колени, чтобы его лицо было на одном уровне с лицом Тоби, — Как настроение, здоровяк? Врачи хорошо тебя подлатали?

— А то, — Тоби веско кивнул.

— Вчера, перед взрывом ты играл в футбол, верно?

— Ага. Я играл приятелями моим мячом. Мне его подарил папа. Я не смог его забрать вчера, так что он, наверное, потерялся.

— Не парься, сына, я куплю тебе новый, — отозвался Бен.

— Вы играли мячом в конце Фонтанной улицы?

— Да, типа того.

— И что произошло?

— Джаз типа пнул мяч. Сильно пнул. Я побежал чтоб вернуть мой мячик.

— К электрической станции?

— Да, но я собирался лезть внутрь или играть там. Папа говорил мне, что там опасно.

— Твой папа совершенно прав. Так ты догнал мяч…

— Неа. Не успел. Эта тетеха как давай кричать что-то типа «Стой!», «Уходи!» и всё такое. А потом каааак бросится ко мне!

— Это она? — Юрий показал выведенную на экран коммуникатора фотографию Сави.

— Точняк, — Тоби торжественно кивнул, — она самая.

— Она побежала к тебе и что? Что она сделала?

— Она схватила меня. Она так-то очень сильная, мистер. Подняла меня и куда-то потащила.