Чистка

— Я пойду? — Сави встала, собираясь уйти.

— Что ты делала?

— Не поняла?

— У тебя были длинные выходные. Чем ты занималась?

— Ну, — рассмеялась Сави, — я была на Карибах. С подругой. Она думает, что я работаю консультантом по экономике компании. Мы нежились в спа-салоне. Позволили себе множество процедур. А по вечерам пили коктейли в баре на пляже. Это было расслабляюще. Как раз то, что доктор прописал.

— Ну ну... — Юрий повернулся обратно к мониторам, — не забудь убедиться, что от процедур не осталось следа на твоей коже. Протестующие студенты-бедняки не устраивают себе курортные каникулы в спа-салонах. Не забывай, что сорвать операцию может любая мелочь.

— Да сэр. Спасибо, — Сави произнесла это без малейшего сарказма. Юрий был абсолютно прав.

Спустившись в раздевалку подготовительного центра, она деактивировала Нельсона, положив свой умный золотой браслет (подарок от отца, когда она получила работу в Сопряжении) на верхнюю полку своего шкафчика, вместе с очками дополненной реальности. Бедняжка Каллум с ума сойдет от одиночества, но что делать?

Затем она скинула джинсы и свитер, повесив одежду в шкафчик. Закрыла дверь, запечатав её отпечатком пальца, сдав Сави Чаудхри на хранение в том же шкафу, что и одежду.

Пришло время Оше Кулкарни, недовольной студентке-политологу вернуться к борьбе с капиталистическим империализмом с помощью единственного инструмента, к которому корпоративные жирные коты когда-либо относились серьезно.

Одежда Оши находилась в следующем шкафчике. Там где она её и оставила. И в том же пропыленном и изношенном состоянии. Потертые оливково-зеленые джинсы, коричневая футбола без рукавов. Кроссовки со стоптанной подошвой. Шляпа из кожи кенгуру, хорошо, что хоть без зубов крокодила на тулье. Недорогие солнцезащитные очки с модулем дополненной реальности. Часы десятилетней давности, на которые была установлена программа-секретарь трехлетней давности, по имени Мисра, еле ворочающаяся на трехлетнем процессоре. Завершал образ поношенный рюкзак, выгоревший до белизны за время путешествий по трем континентам.

Иногда Сави волновалась, что Оша слишком точно подходит под описание радикально настроенной молодой дуры.

После раздевалки её путь лежал в техподдержка, где её уже ждал позёвывающий Тарли.

— Вот твоя взрывчатка, милочка. Поаккуратней с ней, — сказал он, передавая пару плотно закрытых пластиковых контейнеров.

Улыбаясь, Сави взяла у него коробки и начала складывать их в рюкзак, пряча под запасную одежду.

— Я думала TNT взрывается только от сильного удара.

— Уверен, что дела обстоят так, как ты говоришь. Но ты просто не делай резких движений, пока ты рядом со мной, ладно?

— Ты такой заботливый, Тарли.

— Да, я такой, — усмехнулся он в ответ, — а теперь перейдем к твоему супер-шпионскому набору.

Сави протянула руку. Тарли провел над ней сканером, после чего уставившись в пустоту, наблюдая за потоками видимых только ему данных.

— Отлично. Работает как часы. Если нам понадобится, мы можем связаться с тобой в любой момент. Мы всегда знаем, где ты находишься. Ты в безопасности.

— Хорошо. Аесли они проверят меня на сканере?

— То это будет старый, тупой и медленный сканер, Сави. К другому они доступа не получат. И с его помощью они что-то раскопают только если их специалист точно будет знать что ищет. Вероятность этого мала. Но в целом, ваши антикварные часы, сами по себе — это уже зацепка. Как не крути, это электронное устройство. Если они действительно параноики, то они просто не разрешат их использовать во время миссии. И все встроенные в них высокотехнологичные устройства окажутся бесполезными. В этом случае просто дай знать об этом своему куратору. Он решит, можно ли продолжать миссию.

Следующим был портал, выходящий в тесную туалетную кабинку. Сави открыла дверь, осторожно оглядевшись. Она находилась внутри металлического грузового контейнера, в котором находилось еще шесть подобных кабин. Выйдя из двери, она закрыла дверь обратно на засов, поправив табличку «Туалет не работает».

Она вышла на улицу, в потоки жаркого, пыльного воздуха. Смонтированный в контейнере блок уличных туалетов располагался рядом с высоким, опутанным колючей проволокой забором, окружавшим участок без малого в восемь километров в поперечнике — транспортный узел коммерческих и государственных служб в Северном Брисбене (C & GST).

Усмехнувшись, Сави оглядела расстилающуюся перед ней пыльную пустошь. Примерно так и должен выглядеть заповедник, созданный для сохранения вымирающих в наши дни автомобилей.

Ровная, лишенная даже следов растительности ржаво-красная земля была укатана шинами до консистенции бетона. Это площадка служила временной стоянкой и складом для множества строительных компаний, которые держали здесь свои огромные землеройные машины и прочую строительную технику. Многоэтажные штабеля контейнеров располагались вдоль импровизированных дорог, словно маленькие средневековые замки, с управляемыми ИИ четвертого поколения портальными платформами, принимающими и отправляющими технику и запасы.

Прямо в центре транспортного узла располагалось широкое асфальтовое кольцо, словно служба по озеленению нечаянно пропустила кусок старого шоссе. Наружная часть кольца переходила в множество бетонных отростков-дорожек, ведущих между скоплениями контейнеров, которые постепенно утончались, сменяясь утоптанной землей. В отличии от наружного, ровный внутренний край кольца переходил в площадь, на которой располагались несколько десятков шестиметровых порталов, выглядевших как современная версия неолитических стоящих камней

Даже в это раннее время вдоль кольца грохотали стада грузовиков, их мощные электродвигатели громко скулили в неподвижном рассветном воздухе, когда они въезжали и выезжали из порталов.Лишь немногие имели водителей-людей в своих кабинах — основная масса транспорта была беспилотной.

Сави оставила туалетную кабинкудалеко позади, и сейчас шла по твердой, колеистой земле до ближайшей контейнерной зоны. За всё время пути она встретила всего пару других пешеходов. Оба встречных были высокого роста, в строительных спецовках, покрытых румяной пылью. Если они и заметили девушку, то не обращали на неё никакого внимания.

Мисра вывела карту на экран солнцезащитных очков, и Сави, пользуясь подсказками, вскоре нашла нужный ей грузовик, припаркованный на погрузочной площадке в конце ряда контейнеров. На его кабине был написан огромный номер «851». Кто-то (предположительно Пит) сидел внутри, не обращая на неё никакого внимания.

Сави стояла в тени контейнеров, ожидая, когда двигающийся вдоль ряда грузовиков портал плавно опустит огромный синий контейнер на грузовик. Когда портал отъехал, Сави взобралась на раму грузовика, спрятавшись в широкой щели между кабиной и прицепом. Она уперлась ногами в ребра жесткости, прочно зафиксировав своё тело, стараясь не запаниковать, когда двигатели колес ожили, загудели, заставив тяжело груженный «851» сдвинутся с места.

Они проехали по одной из бетонных дорожек, направляясь к большой асфальтовой петле. Сави вдохнула пыльный воздух, наслаждаясь ролью, которую играла.

«Ах, если бы Каллум мог видеть меня сейчас!» — думала Сави. Можно только гадать, насколько у него от удивления упадет нижняя челюсть! Может быть, однажды она даже расскажет ему. Когда они будут лежать в уютной постельке в их домике. Через двадцать лет. После того, как выпьют много пива.

Сави принялась строить планы своей дальнейшей жизни. Она ни в коем случае не собиралась покидать сказочный Рим. И уж конечно, не для того, чтоб сменить на холодныйЭдинбург. Столица Шотландии, конечно, была довольно миленькой, но даже летом там можно было отморозить задницу.