Читер

Слава, как обычно, улыбнулся жене и затем переключил свое внимание на дорогу.

Вскоре его черный джип выехал на холм, с которого открывалась нависающая панорама мегаполиса Крайтан.

Городская трасса, как обычно для утреннего времени, была переполнена автомобилями. Их металлические каркасы, разукрашенные в разные цвета, которые блекли от тумана выхлопных газов, медленно продвигались вглубь города.

Переполнена была не только дорога, но и тротуары. На них множество пешеходов спешило на работу мимо бесконечного количества витрин магазинов, бутиков и торговых центров, оккупировавших центр города. Кое-где стояли палатки с предвыборной агитацией — в городе шла избирательная кампания мэра. Взмыв выше от дороги город блистал миллионами окон высоких домов. В центре города сконцентрировалась основная масса гордых небоскребов.

Один из таких стоял посреди большой площади. Его окружала кольцевая дорога с шестью улицами, входящими в нее с разных сторон. Еще ближе небоскреб замыкал небольшой парк с маленьким фонтаном. Сразу за фонтаном центральный вход — пару ступенек и большая стеклянная дверь, за которой роилась большая толпа занятых людей в деловых костюмах. Это было офисное здание большой нефтяной компании „Черное Золото“ — о чем свидетельствовала вывеска над входом. Чуть ниже большой белый плакат с синими буквами „Обвальный Валерий Петрович — наш единственный кандидат!“

Небоскреб был очень высоким и являл собой длинный четырехугольник с тонированными блестящими окнами, которые старательно мыли рабочие на подвесных люльках. Чем выше он уходил ввысь, тем сильнее его хлестал завывающий ветер. Самым интересным архитектурным творением в этом здании была его верхушка. Там где заканчивались тонированные окна, был пролет размером в один этаж, покрытый бетонными блоками. В них сверху упирались ребристые колонны, держащие еще один пролет, прикрытый бетонными плитами. А именно между этими двумя пролетами и находились колоны. За колонами были окна. Далее крыша под бескрайними небесными полями. Казалось, ее от неба отделял всего один прыжок.

Окна до самого пола, сделанные в старинном стиле, с множеством перегородок, удерживали в огромном помещении тепло. Помещение это обитатели небоскреба называли — пентхаус.

И так — колоны стояли и с внутренней стороны, дублируя те, что были за окнами. Возле каждой из них стоял огромный вазон с тропическим растением. Большинство из них походили на пальму и растопыривали в разные стороны свои ветки. Кое-где возле вазонов стояли пластиковые столики и пляжные раскладушки. Далее пару ступенек и бассейн. В нем тихонько подмигивала бликами отраженного света вода. Бассейн был в форме круга, разделенного на четыре сегмента маленькими мостиками со свисающими с них искусственными растениями. Мосты входили в круглую терассу с уже большим количеством раскладушек и столиков. В центре помещения находился большой цилиндр, подпирающий потолок. Цилиндр был обложен коричневым битым кирпичом, и словно башня старинного замка, украшен теми же искусственными растениями. Он вмещал в себе большую двухстворчатую дверь, ведущую к лестнице, уютный бар и полуоткрытую комнатку с мягким уголком. На стеклянном столике, возле черного кожаного дивана, лежала куча тарелок с объедками, пустых бутылок из под дорогого спиртного. Вдобавок все это было щедро посыпано окурками. Впрочем, под столом было точно также. Рядом была хаотично разбросана мужская одежда с компрометирующими частями женского нижнего белья. На диване спал рыжеволосый парень укрытый тонким блестящим одеялом. Это был Юра. За эти годы внешне он не сильно изменился: стал крупнее и добавил морщин на лице.

Внезапно зазвонил телефон. В ответ на звонок в форме „блатной“ мелодии Юра заворочался. Телефон настойчиво звонил дальше. Парень раздраженно зарычал и, перевернувшись на живот, накрыл голову подушкой. Но телефон продолжал звонить.

— Ой, да какого! — выругался он и нервно принялся искать телефон, откинув подушку.

Наконец найдя мобильный и, взглянув, кто звонит, Юра, опять ругаясь, нажал на кнопку ответа.

— Да, батя.

— Сынок, быстро поезжай в порт — проконтролируешь доставку в „центр“ груза, — послышался хрипловатый, спокойный голос из телефона.

— А Маша? Может она этим займется…

— Машенька сейчас нужна мне — она сопровождает меня на выступление перед „журналистами“. Так, что поезжай ты.

— Но, батя, — я сейчас не в лучшей форме. Может пусть кто-то другой?

На несколько секунд в разговоре повисла пауза, после чего все тот же хриплый голос, угрожающе сказал:

— Ты че, сынок, забыл, чей хлеб ешь?.. Или тебе напомнить в индивидуальном порядке?..

— Хорошо, — нехотя выдавил Юра.

Бесцеремонный голос продолжил далее:

— Валик тебя уже ждет в машине внизу. Я ему передал вторую половину сумы — ты отдашь ее этим „оленеводам“ лично. Прихвати с собой еще пару наших бойцов. Так — на всякий случай.

— Сделаю.

— Все — давай занимайся.

На этом моменте в трубке послышались мычащие гудки. Впрочем, гудки то были нормальными — просто голова парня их воспринимала каким-то подобным образом. Юра откинул телефон на стол и схватился руками за голову, матернувшись при этом. Затем наклонился к столу и принялся что-то нервно искать глазами. Наконец-то он нашел то, что искал — это был небольшой целлофановый пакет, на дне которого был белый порошок. Юра дрожащими руками высыпал содержимое пакета на свободный от мусора край стола, так, что получилась полоска.

„Последний“, — подумал он и, закрыв одну ноздрю пальцем, наклонился к заветному наркотику.

Красный легковой автомобиль Блэйдер X повернул на портовую набережную. За ним следовал новенький черный джип с четырьмя мужчинами в середине. За рулем легкового авто сидел Юра. Он воспаленным взглядом смотрел на залитую солнцем дорогу. Ему особенно ненавистен был этот квартал города. Здесь всегда было полно грязных рабочих, нищих, бомжей. Среди белого дня по дорогам спокойно могли бегать крысы. Переполненные мусорные баки, казалось, никогда не убирались. Сейчас их верхушки украшала скомканная предвыборная агитация.

Навстречу ему по обочине шел коротко постриженный парень в синем спортивном костюме с белыми полосками. Парень шел не спеша, оттопырив, как атлет руки, хотя атлетом он точно не был.

„Вот придурок!“ — подумал со злостью Юра.

Он ехал дальше.

Наконец-то парень увидел вывеску с облупленной краской „Док-17“. Он остановил машину, оказавшись между стеной склада и большим грузовым кораблем. Впереди на прицеп грузовика большим краном с корабля опускалась, закрепленная тросами цистерна. Она особо ярко сверкала в потоках утреннего солнца.

— Валет, сидите пока в машине. Я сам выйду на встречу, — сказал Юра в рацию.

— Понял, — последовал короткий ответ из прибора.

Парень надел затемненные очки и вышел. Его сразу же накрыла волна атмосферы порта. От воды тянуло сыростью. В воздухе чувствовались выхлопные газы от работающих машин. Ревели моторы и доносились удары молотков. Сквозь эти звуки продиралась ругань рабочих. Юра направился медленным шагом к большому тягачу, на который опускалась цистерна. Ему на встречу уже бежал светловолосый парень в военном костюме. Достигнув Юры, он протянул ему руку.

— Привет, вы должно быть Юра?

— Да, — нехотя буркнул тот в ответ.

— А меня зовут….

В этот момент на корабле громко загудела сирена. Так что Юра и не расслышал имени. В прочем, ему то и все равно было, как там зовут этого парня. Юру волновал сейчас только один вопрос — как поскорее убраться с порта? Он даже не протянул руки в ответ, а просто молча глядел на собеседника. Блондин убрал оставленную без пожатия руку и, не подавая вида обиды, сказал:

— Вот, как видите — уже отгружаем. Вам только остается показать пункт назначения.