Дальнобойщик

Едва лишь трап коснулся покрытия взлётно-посадочного поля, как откуда-то со стороны ремонтных ангаров на ВПП возник приземистый броневик «Ford Tiger M7» с эмблемой УНБ, передняя и задняя части которого были увенчаны боевыми модулями «Browning XT-16». По пологой дуге объехав несколько коптеров, броневик устремился точно в направлении приземлившегося воздушного судна.

В правом борту «форда» открылась дверца, выпуская на дасфальт среднего роста мужчину лет примерно сорока пяти, лысоголового, на суровом лице которого отчётливо выделялся шрам, тянущийся от подбородка до левого виска. Когда-то во время операции против наркоторговцев Касанаре, при высадке десанта «тактиков» УНБ возле городка Ато-Коросаль, где располагалась главная база синдиката «Caras Verdes», он был ранен взрывом кассетной гранаты, следствием чего и являлся шрам. Убрать его было вполне реально, но лысоголовый делать этого не стал, явно следуя старинной поговорке, гласящей, что «шрамы украшают мужчину».

– Агент Леннокс – рад видеть вас в добром здравии, – офицер УНБ вежливо кивнул пассажирке «Филина», протягивая руку к сумке. – Вы позволите?

– Шеф Невилл, – специальный исполнительный агент Кристина Леннокс слегка склонила голову к правому плечу, приветствуя таким образом руководителя сектора тактических операций Управления Сэма Невилла, к которому формально были причислены все «CEA»; фактически же, они подчинялись только претору УНБ Дэвиду Йоргенссену и президенту КША, коим в данный момент являлся Уолтер Мерсер. – Не сочтите за труд.

Кристина протянула руку с дорожной сумкой в направлении Невилла; тот аккуратно взял её за крепкие ручки из синтекожи, стараясь лишний раз не трясти её. Никто не мог знать, какие «прибабахи» могут скрываться в поклаже спецагента, поэтому лучше было не совершать с ней никаких резких движений.

– Как долетели? Как дела в Нью-Йорке?

Невилл вежливо пропустил Кристину вперёд себя; Леннокс, пригнув голову, чтобы не удариться о металлический косяк входа, втиснулась в небольшой пассажирский отсек броневика, рассчитанный на шестерых бойцов в полной боевой экипировке. Невилл влез в машину вслед за ней, попутно нажав на клавишу запирания входного люка. Мощные гидравлические рычаги быстро втянули полуметровой толщины стальную пластину на место, наглухо запечатывая вход. Где-то в задней части «форда» глухо заурчал кондиционер, нагнетая в пассажирский отсек прохладный воздух, что показалось Кристине весьма правильным решением. Для данного времени года погода в Далласе стояла довольно жаркая, по сравнению с Нью-Йорком, откуда только что прилетела спецагент УНБ, поэтому поток освежающего насыщенного ионами кислорода воздуха Леннокс восприняла с большим удовольствием.

– Долетела неплохо, спасибо, сэр, – ответила Кристина, усаживаясь на короткую пластолитовую скамью. – Только над Миссисипи пошатало немного, турбулентность, знаете ли…

– Турбулентность? – Невилл слегка прищурил глаза.

– Да, сэр. Всего лишь турбулентность. В Атланте всё-таки не идиоты сидят и они прекрасно понимают, чем для Чёрных Штатов может обернуться подобная эскапада. Их провокация при Прейривилле двадцать лет назад привела к потере ими Луизианы и половины Арканзаса. Навряд ли они решаться на новую авантюру. Президент Донахью не настолько чокнутый, чтобы начинать войну против КША, сэр. К тому же у Чёрных Штатов сейчас серьёзные проблемы как внутри, в виде сепаратистов из Южной Флориды, «Movimiento de Batalla Bolivariano» имею в виду, так и на северных границах, где в последнее время активизировались байкерские банды «Ангелов Ада». Кстати, нью-йоркцы не так давно неплохо причесали «ангелов» под Флемингтоном, и теперь байкеры крайне осторожно ведут себя по отношению к Свободному Городу. А что касается конкретно Нью-Йорка…

Кристина умолкла на несколько секунд, собираясь с мыслями. Сэм Невилл терпеливо ждал, что же скажет специальный исполнительный агент Леннокс по поводу проведённых ею переговоров с мэром Свободного Города Стюартом Гордоном.

– Мэр Гордон очень проницательный человек, сэр, – снова заговорила Леннокс, – и, как говорят в Директории, его на мякине не проведёшь. Он прекрасно понял, о чём именно идёт речь, и недвусмысленно дал мне понять, что Нью-Йорк не станет ни проводником чьей-либо политики, ни форпостом для усиления чьего бы то ни было влияния. Так что придётся нам довольствоваться тем, что мы имеем, сэр. В конце концов, хьюстонский порт после его модернизации в сорок седьмом году вполне ничего так, да и Корпус-Кристи с Порт-Артуром тоже справляются. А через полгода ожидается пуск последней очереди порта Нового Орлеана, так что, быть может, Нью-Йорк не столь уж и важен для нас. Конечно, наличие собственного анклава на Атлантическом побережье было бы весьма выгодно для Конфедерации, но не посылать же в Нью-Йорк морскую пехоту, сэр!

– Может, это и было бы наилучшим решением, – задумчиво произнёс Невилл, – однако военные действия в отношении Свободного Города действительно не стоят на повестке дня. Хотя получить анклав на Востоке очень и очень заманчиво, с этим трудно поспорить.

– У нас есть анклав Сан-Франциско, сэр.

– Есть. Но это на Тихоокеанском побережье. А оттуда до портов Директории очень и очень далеко. Северный Морской Путь далёк от идеального состояния, к тому же в позапрошлом году Директория потеряла один из пяти своих суперледоколов, «Вениамин Шанцев», который затонул около Таймыра во время сильного шторма. А путь вокруг Африки – это всё равно, что лететь на Марс. Плюс исходящая от мадагаскарских, ангольских и нигерийских пиратов опасность.

– Директория предпринимала попытки реанимировать Суэцкий канал, но для того, чтобы осуществить это, русским нужно постоянно держать там крупный воинский контингент, чтобы обезопасить канал от банд технокочевников. А из-за продолжающихся набегов западных варваров и нестабильности на южных границах Смоленск на такой шаг не пойдёт. Ресурсы русских тоже не безграничны, хотя в ряде отраслей они далеко нас опередили.

– Да, их сторожевые спутники третьего поколения явились для нас большим сюрпризом, – признал Невилл. – Однако Директория использует их исключительно для защиты своей территории и своих граждан, поэтому спутники эти интересны нам только с точки зрения высоких технологий. Но речь сейчас не о русских, агент Леннокс.

– А о ком или о чём тогда, сэр?

– Вам всё объяснит претор Йоргенссен, Кристина. После того, как он ознакомится с результатами ваших переговоров в Нью-Йорке.

– Ему не придётся долго просматривать файлы, сэр.

– Именно это и печально. Но ничего не поделаешь…

«Форд», миновав довольно оживлённый перекрёсток, свернул налево и нырнул в туннель, ведущий на подземные уровни штаб-квартиры УНБ, где размещались, в том числе, и подземные стоянки для автотранспорта. На пятом подземном уровне водитель броневика нашёл свободное парковочное место и лихо втиснул туда бронемашину, припарковав её между двумя чёрными бронированными седанами «Бронко». Тихо проурчали турбины, броневик качнулся на гидравлических амортизаторах и замер в неподвижности.

– Претор Йоргенссен ждёт вас в своём рабочем кабинете, агент Леннокс, – произнёс Невилл, поднимаясь на ноги. – Прошу вас.

Кристина в ответ издала какой-то непонятный звук, но более никак не отреагировала на слова Сэма Невилла. По опыту своей работы Леннокс прекрасно знала, чем может закончиться подобная аудиенция. К примеру, агента Уилкокса после такой «аудиенции» спецназ морской пехоты вытаскивал из джунглей на юге Венесуэлы из-под огня боевиков «Сooperativa Agricola». Понять наркодельцов можно было – по наводке Уилкокса ракетный фрегат «Бенджамин Нортон», находившийся у южного побережья Гаити, превратил их завод по производству «райских семечек» в обугленный кратер, а агент Фитцпатрик потерял левую ногу до колена во время операции против тринидадских работорговцев. Но таковы уж были издержки работы специальных исполнительных агентов УНБ, и Кристина это знала очень хорошо.

Шеф тактического сектора Управления кивком головы указал Леннокс на её сумку, как бы говоря, что теперь её черёд её нести. Кристина, пожав плечами, подняла сумку с металлического пола и вслед за Невиллом поднялась со скамьи.

Претор Управления Национальной Безопасности Конфедеративных Штатов Америки Дэвид Йоргенссен поднял голову от монитора персонального компьютера и внимательно взглянул на вошедших в его кабинет. Несколько секунд претор молча рассматривал Невилла и Леннокс, потом так же молча кивком головы указал на стоящие с противоположного края большого квадратного стола из литого пластика кожаные кресла тёмно-коричневого цвета.

– Добрый день, агент Леннокс, шеф Невилл, – произнёс Йоргенссен, переводя компьютер в дежурный режим. – Прошу вас, присаживайтесь. Кофе, чай, что-нибудь покрепче?

– Спасибо, сэр, но кофе я обпилась на борту конвертоплана по пути из Нью-Йорка, – отозвалась Кристина, усаживаясь в кресло. – А для крепкого сейчас не самое лучшее время.

– Возможно, вы и правы. – Претор УНБ пожевал губами. – Долетели нормально?

– Да, вполне.

Кристина вытащила из сумки футляр с кристаллодиском и, оттолкнув его от себя, пустила по поверхности стола по направлению к претору. Йоргенссен поймал футляр, взял его в руки, открыл его крышку и, вынув диск, вставил его в щель ридера. Перевёл компьютер в активный режим и принялся читать набранный на ноутбуке Леннокс текст отчёта о её поездке в Свободный Город Нью-Йорк.