Дамиан

Вскочив на ноги, я пытаюсь собрать остатки мужества и попытаться образумить его.

— У меня действительно есть близнец, и я встретила тебя случайно, Дамиан, почему ты мне не веришь? Я не имею ничего общего с моим отцом, и не видела его уже много лет!

Он ничего не говорит, но даже не прикасаясь, умудряется сломить меня своим тяжёлым взглядом.

Дамиан придвигается ближе, наклоняет голову, а его рука ложится на мою щеку.

— Ты убедительная лгунья, — признаёт он, прежде чем влепить мне такую пощёчину, что я теряю равновесие.

Я инстинктивно поднимаю руки перед лицом, чтобы защититься от новой атаки, но он целится в другое. Хватая за волосы, Дамиан поднимает меня и прижимает к стене, располагая своё лицо на расстоянии вдоха от моего.

— Предать моё доверие — значит добиваться смертного приговора. Бланка, я не прекрасный принц, я король и палач, — зло бормочет он, впиваясь пальцами в мои плечи.

Хочу умолять его остановиться, но меня сотрясают рыдания и ослепляют слёзы, те самые слёзы, которые он не раз провоцировал, но всегда заботился высушить. Только сейчас нет утешительной ласки, лишь холод его гнева.

Кто-то врывается в комнату.

— Какого хрена ты делаешь?! — кричит Карлос, оттаскивая от меня Дамиана, но он вырывается и снова приближается ко мне с угрозой.

— Она дочь Цезаря! — кричит он, указывая на меня, а Карлос снова хватает его, пытаясь обездвижить.

— Я знаю, но она не имеет ничего общего со своим отцом.

— Ты знал?! — ошеломлённый Дамиан поворачивается к Карлосу. Мужчина смотрит на меня с тревогой, пытаясь вывести Дамиана из комнаты, но попытка проваливается, когда тот сердито отталкивает его.

— Габриэль — её дядя, и хочу тебе напомнить, что он помог убрать с нашей дороги Цезаря. Подумай, это не то, чем кажется, — пытается объяснить Карлос.

Я пытаюсь найти выход и сбежать, но Дамиан удивляет, впиваясь ногтями в мои запястья. От боли я сгибаюсь пополам.

— Она лгала мне, — возражает он, прижимая меня к двери.

Со стоном ударяюсь спиной о дерево, и мне на помощь приходит Дженнифер, но Дамиан грубо угрожает ей:

— Близко не подходи, иначе рискуешь пораниться. Никто не должен вставать между мной и Бланкой.

— Не делай этого, Дамиан, ты всё испортишь. А когда поймёшь, что совершил ошибку, не сможешь вернуться назад, — снова пытается вразумить его Карлос.

Двое смотрят друг на друга, напряжение нарастает.

— Все на выход! — кричит Дамиан, указывая на дверь.

Дженнифер отступает, но Карлос не двигается.

— Ты должен успокоиться, ты плохо соображаешь, — уговаривает он, осторожно приближаясь к нему. — Давай, пойдём выпьем, — продолжает, похлопывая его по спине.

Дамиан бросает на меня пристальный взгляд, затем пожимает плечами, бормоча нечленораздельные слова.

— Она отсюда не сдвинется, — заявляет он присутствующим, после чего следует за Карлосом и запирает меня внутри.

Я сползаю по двери на пол, подтягиваю ноги к груди и снова начинаю плакать.

«Он даже не послушал человека, которого считает братом. Дамиан не видит реальности, он видит во мне только очередного врага, которого нужно уничтожить».

Глава 21

Дамиан

— Выпей, поможет снять напряжение, — подбадривает Карлос, предлагая мне стакан бурбона.

Я не смотрю на него. Сижу, сжав ладонями голову и опираясь локтями на стойку бара.

— Ты не можешь винить эту девушку только за то, что она родилась не в той семье, — продолжает он, ставя передо мной стакан с янтарной жидкостью.

— Ты уверен? Я так не думаю, это лишь твои предположения, — отвечаю резко.

Беру стакан и проглатываю всё содержимое.

Алкоголь проникает в горло, как бомба, обжигая желудок.

— Я такой мудак, — с горечью признаю я, беря бутылку, чтобы снова наполнить стакан, — я старался её защитить, но опасности не было, и она это знала.

Карлос раскуривает сигару, и запах разносится по воздуху.

— Я продолжаю расследование, но всё указывает на её непричастность, — спокойно объясняет он.

Я поворачиваюсь на стуле и смотрю на него, пытаясь понять, не шутит ли он.

— Цезарь Кортес послал своих людей в мой спортзал, в мой дом Карлос! Но что ты можешь знать? — распаляясь, подначиваю я и делаю ещё один глоток. — Ты преспокойно сидишь в своей крепости, и никто не осмеливается прийти и дое**ться до тебя, но когда дерьмо случается с Крисом или со мной… Ну кого это волнует, верно? — добавляю я, прежде чем вновь осушить стакан.

— Никто вас не отсылал. Вы сами выбрали жизнь вдали отсюда. Мы говорили об этом ещё тогда, и я отчётливо помню, как предупреждал о возможных «трудностях». Мы не обычные люди, Дамиан. У нас есть власть, и это часто привлекает внимание, особенно со стороны тех, кто хочет её отнять.

Я встаю и беру бутылку.

— Ты прав. Вот почему я собираюсь решить эту проблему самостоятельно. А ты… ты не будешь вмешиваться.

Карлос сжимает челюсти и хлопает рукой по барной стойке.

— С кем думаешь, ты разговариваешь? Пока не доказано обратное, история затрагивает всех, и я не позволю тебе облажаться только потому, что ты злишься на весь мир.

Я отхожу и, стоя к нему спиной, предупреждаю:

— Попробуй встать на пути, и ты увидишь, как я зол.

Бланка

Звук ключа в замке грубо возвращает меня к реальности. Смотрю, как открывается дверь, как входит Дамиан, а затем с грохотом её закрывает.

В руке у него бутылка, он ставит её на пол и размеренным толчком придвигает комод к двери, запирая нас.

Моё сердце колотится в груди, а разум кричит, что нужно бежать, но я не могу пошевелиться.

— Бланка, ты рассказала о себе хотя бы немного правды? — холодно спрашивает он.

Его глаза излучают обиду, которая уничтожает меня.

— Единственная ошибка, которую я совершила, это скрыла от тебя, кто мой отец. Я пыталась сказать тебе… — я замолкаю, когда Дамиан ударяет кулаком в стену, прямо рядом с моей головой.

— Ты предала моё доверие, — рычит мне в лицо.

— Посмотри на меня, Дамиан. Посмотри на меня. Ты единственный человек, которому я когда-либо говорила о себе правду.