Дамнат

Эндр нахмурился, вспомнив Итуллу. Никак не ожидал, что мерзавец склонится перед ним. Надо было убить его. Он осмотрелся. Безлюдно. И удивительно тихо. Тишина остро чувствовалась, даже несмотря на доносящиеся отовсюду звуки хаоса, боли, ярости и страданий. Здесь — в этой части города, уже покинутого жителями, но не затронутого бойней, — Эндр находился как-будто в огороженном от всего плохого мирке.

Так часто бывает на войне. Тишина манит. Усыпляет.

Высокие каменные здания почти смыкались вверху, образуя щель, паутиной покрывающую город. Когда он впервые увидел Басилит — увидел с вершины горы, — то подумал, что это, наверное, какой-то сказочный великан ударил по монолитной плите, раскроив на множество мелких островков. Город-крепость, где каждый дом — это бастион, в котором можно держать осаду годами. И вот, он покорился за какие-то пару-тройку дней. Длань, Лакусса, Крокота держались и того дольше.

Плевать. Какое ему дело? Лишь бы Маришку убедить убраться отсюда.

«Клянусь! — думал он, глядя в темное небо. Снежинки капали на разгоряченное, несмотря на легкий морозец, лицо. — Клянусь, что останусь с тобой! Хотя, кого я обманываю…»

Где-то впереди нарастал шум. Эндр неумолимо двигался туда, прислушиваясь к треску лопающейся черепицы, угрожающему рокоту сгорающего дерева, до боли привычным крикам боли и рычанию озверевших от крови северян. Вдыхая такой привычный запах дыма, паленых волос, тлеющей плоти… Вот что действительно возбуждает. Вот что наполняет жизнью!

Эндр остановился и встряхнул головой. Шум нарастал. Улицы заполнялись завоевателями. Друнг подумал, что вот сейчас, здесь, находясь в квартале от бойни, он точно так же ожидает драки, как и в дни молодости. Это как окунуться в бушующее море.

— Эх, была не была! — крикнул он и побежал.

Спасительная тишина осталась позади.

— Итулла? — спросила Ниа. — Кто это?

— Какой-то знакомец нашего толстячка с Вергой, — ответил Мёд. — Прямиком с их далекой родины. А по-совместительству охотник из секты Рогволода. Другого убил Аркера и правильно сделал. Другой был редкостным мерзавцем. Но что-то мне подсказывает, что Итулла не лучше. У каждого из нас за плечами целый ворох тайн, дорогая моя принцесса.

— Нам не до этого, — отрезал Верга. — Сбежал, и хрен с ним.

— Так он ведь убьет Эндра? — спросил Дакси. — Насколько я понял…

— Не думаю.

Дакси пожал плечами.

— Дело прошлого? — тихо поинтересовался принц, глядя на непроницаемое лицо Верги. — Все интересней и интересней. В первый раз, когда я увидел Эндра, подумал: «Почему он еще жив?»

— Ха! — улыбнулся Мёд. — Многие так думают. Бьюсь об заклад, твоей второй мыслью было: «Почему эта шайка головорезов до сих пор не убила этого психованного карапуза?»

Дакси улыбнулся.

— Нет, но что-то похожее.

«Слишком уж умный королек наш, — подумал Каллад. — Еще одна заноза в заднице, мать его. Почему я не могу отделаться от мысли, что парень не так прост, как кажется?»

— Нам пора, — сказал Верга, — Как-нибудь потом я расскажу вам о нас. И об Итулле.

Он достал те самые ножички. Кинжалы Серого. Зачарованные «безмолвными братьями». Оба еле-еле светились. Тусклым голубовато-серым свечением.

— Я забыл, что это значит? — почесав затылок, поинтересовался Беддах.

— Мервы. Где-то неподалеку. Бежим!

Прямо перед Эндром возник верзила в шлеме, похожем на медный котелок. Верзила осклабился, обнажив беззубый рот.

— Шлем у Матвея на кухне спёр? — спросил Эндр, одним точным движением полоснув северянина по горлу.

Беззубый верзила рухнул у его ног. Шлем упал с головы и покатился прочь.

— Эй! — раздался голос, больше похожий на рычание. — Эй ты!

— Надо же, по-нашему говорят, — плюнув, пробормотал Эндр.

Из объятого дымом и огнем переулка вышло трое северян в меховых накидках поверх доспехов. Эндр отметил, что доспехи были мятые, с многочисленными царапинами, покрытые бурыми пятнами. Оружие — в основном секиры. У одного имелся обрубок двуручника. И круглые щиты из покоробленных досок, скованные листами железа.

Бородатые морды, все какие-то перекошенные. Будто создатель вырубил их из ледяного дерева тупым топором, а потом, устав, оставил как есть.

— Сюда иди!

— Пошел ты в бездну, ублюдок. Некогда мне с вами! — Эндр развернулся и бросился в другую сторону, но оттуда выскочило еще двое, один с копьем, другой с палицей. Эндр оглянулся. Трое сзади не спеша подходили.

— Хмурый мертв, — буднично сказал обладатель двуручника, пнув беззубого.

— Ты кто? — спросил самый здоровенный из них, с окровавленной повязкой, прикрывавшей один глаз. Видимо вожак.

— Хотел бы я сказать: «твоя смерть!», но не все так очевидно.

— А ты скажи: «моя смерть!». Так будет верней. Правильно я говорю, мужики?

«Мужики» закивали. Северянин с палицей, заревев, бросился на Эндра. Друнг принял боевую стойку, но в последний момент упал тому в ноги, дав бедолаге подсечку. Северянин явно не ожидал подобного и шлепнулся, выронив палицу и размозжив себе нос. Глухой стон и вытаращенные глаза товарищей были этому свидетельством.

«Один на время вышел из строя», — подумал Эндр. Он уже видел, как тощий парень с оспинами приготовился насадить его на пику так, словно хотел вилами подцепить стог сена. Эндр с прытью, завидной для его веса и возраста вскочил, отбил косарем пику, и всадил кинжал тощему в лицо.

— Кто же так копьем машет, родимый! — сказал Эндр, вытащив нож.

Истошный вопль перепугал бы даже мертвого.

Но не этих дикарей.

— Убейте его!!! — заревел гигант.

— Да пошли вы! — ответил Эндр, швырнув копье, выхваченное у тощего. Это произошло так быстро, что никто не успел загородится щитом. Копье прошило горло одному из обладателей секиры. Его отбросило назад, прямо на товарищей. Северянин с обрубком двуручника упал на спину. Воспользовавшись замешательством, Эндр побежал прочь.

Тупик, где находился лаз, о котором рассказывал Мёд, погрузился в непроглядную тьму. Здесь сильнее обычного пахло дымом. К этому примешивался еле заметный, но отчетливый приторный запах.

— Идем в темноте, — прошептал Верга, еще раз посмотрев на кинжал Серого. Он светился ровным и отчетливым сиянием. Серый цвет с красными переливами. — Ниа, Дакси — в центр. Аркера — лук! Любое шевеление — стреляй! Здесь только враги. Мечи наготове! Все начеку!

Каллад наткнулся на кого-то и тут же притронулся к Аркере.

— Здесь кто-то лежит, — тут же сказал лучник.

Внезапно зажегся шарик огня. Он парил над раскрытой ладонью Мёда. Маленький, трепещущий. И такой реальный. От него исходило ощущение уюта.

— Ты что делаешь? — шикнул на него Беддах. — Магия же! Да и заметят…

— Плевать, — с видом мудреца ответил Мёд, наклоняясь к телам. — Теперь уже нечего скрываться. Кто это такие, может кто-нибудь сказать?

— Это Хадина и его люди. — Верга усмехнулся, разглядывая разрубленные на куски тела. — Сдал город и бежал.