Дар халифу

— Он будет тут со дня на день, - сказал ей брат, сожалея, что лишает ее надежды.

— Ты уверен, что он станет тебя слушать?
– спросила она, больше волнуясь за брата.
– Он, конечно, клятвенно обещал, что не тронет тебя, но я не стала бы доверять ему.

— У меня нет выбора, - Виктор взял ее руки в свои.
– Я не хочу воевать с Холоу. Ведь ты тут. Как я поведу солдат на город, зная это?

— Ты не станешь рисковать всем ради меня одной, - девушка почувствовала, как слезы опять подступают.
– Вандершир важнее.

— Я попробую, - брат вытер ее слезы, улыбаясь.
– Эрик еще человек пока, у меня есть надежда, что он им и останется. Что бы ни пообещал ему Лоакинор, он не сдержит слова.

Вошел Тибальд бледный и встревоженный.

— Простите, что мешаю, - сказал он.
– Прибыл нарочный. Король пересек границу, завтра он будет тут.

Виктория ахнула. Брат обнял ее, привлекая к себе.

— Тебе нужно увезти сестру отсюда, - сказал он Тибальду.
– Она должна быть с магом, а Эрик не потерпит его во дворце. Особенно теперь.

— Я не могу уехать, я под конвоем короля, - принц опустился на кушетку около камина.

— Почему?
– спросила Виктория, позабыв о себе.
– Как это, под конвоем?

— Я обвинен в дезертирстве и предательстве, - ответил Тибальд, глядя на Виктора.
– Я тут под арестом до разбирательства.

— Единый Бог, - девушка, казалось, вот-вот лишится чувств.

— Ничего с твоим мужем не будет, - успокоил ее брат.
– Эрик не полный идиот, чтобы причинить вред родному сыну.

— Да, любовь моя, Виктор прав, - поспешил успокоить ее муж.
– Это всего лишь наказание. Я просто под домашним арестом.

— Тогда отправь ее с кем-то, кому доверяешь, - предложил Виктор, больше тревожась о сестре, хотя понимал, что Тибальд намеренно преуменьшает свои неприятности, чтобы не волновать ее.

— Есть же у вас замок на севере, - продолжал он.

— Да, но солдат у меня нет в подчинении, - Тибальд был в отчаянии.

— Так, - Виктор поднялся, передав девушку в руки ее мужа.
– Я дам вам троих своих офицеров, они стоят десяти твоих солдат. Доверенные слуги у вас тоже есть, насколько я понял.

— Да, - кивнула Виктория, узнав своего брата, всегда знавшего, что делать в любой ситуации.

— Ты сегодня же отправишь Викторию в тот замок. Прауды поедут с ней, княгиня как ее компаньонка. Это вряд ли вызовет претензии, - продолжал молодой человек, глядя на принца.

— Наряди моих ребят в простых лакеев, чтоб не вызывали подозрение своей формой, - говорил Виктор.
– Пока Эрик будет занят мной, он и не вспомнит о Виктории и вандерширцах. Потом что-нибудь придумаешь, только не позволяй ему разлучить ее с Бенедиктом.

— Я все понял, - Тибальд поднялся и подошел к нему.
– Спасибо тебе.

— Я тоже должен поблагодарить тебя за то, что не напал тогда на нас, - ответил Виктор.
– Это был очень смелый поступок.

— Я не смог бы потом смотреть в глаза Виктории, - произнес принц.

— Я не забуду этого, - Виктор протянул руку.
– Я поддержу тебя, что бы ни было дальше между вами с Эриком.

Тибальд пожал его руку, надеясь, что воевать им все же не придется. Мужчины обнялись, и Тибальд вышел. Принцу нужно было подготовить все к отъезду жены.

— Кто бы мог подумать, что нужна будет война, чтобы ты, наконец, увидел в Тибальде мужчину, - сказала печально Виктория, тоже поднявшись.

— В нем не больше мужского, чем в Лингимире, - возразил брат.
– Дали же мне боги союзников.

— Нет, ты не изменился, - девушка улыбнулась, позволив ему проводить ее в комнату.

Вечером она покинула дворец в сопровождении своих вандерширских друзей. Барон Рочестер с супругой тоже изъявили желание отправиться за город. Стоунхолд мог навеять тоску на кого угодно своим мрачным видом и гнетущей атмосферой. Офицеры Виктора сопровождали принцессу, переодевшись лакеями княгини. Лорд де Ланье со своей семьей остался. Ему становилось все хуже. Внезапная болезнь отнимала его жизненные силы, и он все реже поднимался с постели. Бенедикт с тяжелым сердцем оставлял Веронику одну во враждебном дворце, рядом с умирающим опекуном. Он все же попытался помочь лорду, пока тот спал, но понял, что время больного на исходе. Он умирал, потому что пришел его час, и никакая магия не могла изменить судьбу.

Глава двадцать третья

Стоунхолд.

20е. Четвертый весенний месяц.

На рассвете в столицу прибыл король Холоу, Эрик. Он уже знал, что во дворце его ждет гость. Но король заставил его еще подождать, пока сам он отдохнет после дороги и соберется с мыслями. Виктора удостоили аудиенции, когда солнце уже скрылось за горизонтом.

Тронный зал теперь был заполнен офицерами короля и его военными советниками. Тибальд тоже был тут, стоя возле отцовского трона. Король Эрик в золотой короне и темно-синей мантии поверх военной формы, восседал на своем троне. Черные волосы обрамляли его красивое мужественное лицо. Карие глаза сурово взирали на подданных. Он слегка кивнул на поклон гостя.

— Очень храбро с твоей стороны приехать сюда одному, - произнес король и его низкий голос эхом отозвался в огромном зале. Все молчали, зная, что этот разговор определит последующие планы Холоу.

— Я догадываюсь, что подвигло тебя на такой шаг, - продолжал Эрик, бросив взгляд на сына.
– Но ты превратно истолковал поступок Тибальда, приняв малодушие за союзничество.

— Я приехал сюда один, потому что знал, что ты человек чести и ценишь кровное родство больше всего другого, - отвечал Виктор.
– Мое желание избежать войны с братом продиктовано не домыслами и надеждами. Я помню, что наши предки заключили мир, длящийся уже сто лет. Кто мы, чтобы нарушать его?

— Я воевал не с тобой, брат, - возразил Эрик, прекрасно зная, что в искусстве дипломатии они с Виктором равны.
– Холоу воевал с Эвервудом на стороне Вандершира, извечного нашего союзника.

— Если ты поддерживаешь новый Вандершир, то поддерживаешь его нового короля, узурпатора Лоакинора, темного мага. Ты знал, кто твой союзник, когда отправил солдат помогать ему?
– спросил Виктор, держась свободно в окружении вражеских солдат.

— Я знаю, что во главе Вандершира стоит герцог Майкл Макмилон, потомок Родерика Третьего. Он предоставил бумаги, подтверждающие его родословную. Теперь твое слово против его. Он, кстати, тоже сообщил мне о тебе одну вещь, заставившую меня усомниться в твоем желании следовать традициям наших предков, - хитро прищурившись, добавил Эрик. Советники согласно закивали, уже зная, о чем речь. Тибальд взглянул на отца.

— Я слушаю, - ответил Виктор.
– Чтобы очистить свое имя, я должен услышать обвинение.

— Ты знаешь, что мы воюем с эльфами, - начал король Эрик.
– Они враги Холоу уже долгое время. Если магам разрешено бывать тут, то эльфам тут не место. Мы выступили против Эвервуда единственно потому, что его поддержали западные эльфы.

— Если вы вменяете мне в вину союз с Эвервудом, я отвечу, что вынужден был сделать это, когда увидел, что брат в союзе с узурпатором темным, - возразил Виктор.