Дар
Шрифт:
Умирающие люди видят перед собой туннель и свет в конце. Во всяком случае так рассказывают те, кого удалось реанимировать.
Многие потом начинают верить в бога или богов. Смотря что в той местности модно. Вероятно, сказывается снижение критики к окружающей реальности в результате необратимого повреждения нейронов лобных долей головного мозга.
Мне удалось узнать, что видят умирающие боги. Черную бескрайнюю пустоту и мерцание курсора в ней.
Your life is over.
If you want to quit playing and die press (Q) or load saved World press (L)
/l
/L
/LLLLLLLLLL
/LLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLLL
Attention, you have only 1 continue left!
Loading saved game... done
Клакон придирчиво осматривал результаты ремонта на дальнем конце арены. Он почти по-человечески покачал головой проверив когтем прочность кладки.
– Якоб?!
– удивленно воскликнул я, присмотревшись внимательнее.
– Мой господин? Вы пришли даровать мне прощение?
– Кирби отложил молоток и посмотрел на меня.
– Нет вообще-то... А что ты здесь делаешь?
– Это мое посмертие. Вы не озаботились создать преисподнюю для грешников, а в чужие меня не пускают. Колесо перерождений мне тоже недоступно. Поэтому я застрял здесь.
– Якоб развел руками.
– Последняя Попытка!
– клакон мельтеша ногами спешил ко мне. Он остановился от меня на расстоянии метра в три и, наверное, принялся осматривать. Мне тяжело было понять что-то по его фасетчатым глазам.
– Достаточно разочаровывающе. Я бы не рекомендовал больше прибегать к темпоральным манипуляциям. У меня может не хватить энергии для твоего путешествия. Ты исчезнешь навсегда. Что тебе мешало воскреснуть в истинной форме? Твой вид нуждается в Матери улья. Иначе он уничтожит себя. Твои спутники совершили замечательное жертвоприношение. Особенно твоя женщина.
– Я не дам им умереть.
– отчеканил я
– Жаль. Ты не хочешь отдавать. Вселенная сама отберет все самое дорогое, что у тебя есть.
– Это не случится!
– Возможно. Бережешь членов своего роя. Хорошо для Матери улья. Бесполезно для личинки.
– Матери улья?
– Бога. Вы их называете так. Возвращайся. Созревай. Счастливого метаморфоза.
Мир перед глазами пошел рябью и исчез. Я снова стоял со своими друзьями перед фигурой, которая должна была открыть проход в буре.
Вопреки страшилкам Тайскринна, что ожидание может затянуться на месяцы, противник появился на третий день.
Высыпали первые звезды. Пять фигур в плащах стояли на фоне начерченной на песке магической фигуры у самой границы бури, окружавшей Люфтштадт. Трикс выбрал ту, что была ближе всего к нему. Он натянул лук, взял поправку на расстояние, но порыв ветра выбил лук из его ладоней, а рой огненных шаров заставил склон бархана
потечь стеклом. Лишь стена песка, поднятая Тайскринном, позволила им уцелеть.– Ингрид, воздух! Коги держи дистанцию!
– Донесся до него знакомый голос Кверти. Трикс кубарем перекатился через гребень на обратную сторону бархана. Похоже в этой битве от него уже ничего не зависело.
Вейки сразу попала в переплет. Двое магов воды взяли ее под перекрестный огонь и все, что она могла, так это отступать, прикрываясь зонтом. Запас заготовленных карточек с различными рунными комбинациями был бесполезен. Противники не применяли долгих заклятий, которые можно было прервать, они не спешили и подходить в рукопашную, где она могла бы применить руны 'молниеносного удара'. Волшебники медленно и упорно теснили шифу постепенно заходя с флангов.
Жанна взлетела на ледяных крыльях в небо. Она была готова к встрече с фервальтендом, но просчиталась. Сильнейший взрыв сжатого огненного шара чуть не бросил ее обратно на землю. Щит раскололся и Радужной пришлось срочно обновлять треснувшие доспехи. Изумленная Жанна смотрела на висящую в воздухе молоденькую пиромантку. Совсем не тот противник, на которого рассчитывала мадемуазель Арк-ан-Сьель. Худший вариант для меня прикинула она, с трудом увернувшись от еще одного странного файербола. 'Они используют резонанс чар', пришло к ней понимание. Дело принимало скверный оборот. Ставить защиту было нельзя. Тогда Жанну могло испепелить на месте. Оставалось надеяться на маневренность и опыт.
Тайскринн был в бешенстве. Он бы не оставил от Кверти и мокрого места, если бы не подмастерье земли. Тот не атаковал, не ставил защиты. Мальчишка видимо понимал, что сравниться силой с магистром он не может. Парень стоял вдалеке и, образно говоря, толкал под руку. В результате барьеры возникали с задержкой и разъярённый ветер сек лицо геоманта. Снаряды промахивались мимо врагов. Песок никак не хотел поглощать островитян. А люфтфервальтенд все приближался, танцуя в воздухе, укорачиваясь от камней и отклоняя шрапнель.
Пара ледяных дротиков успели поцарапать руку шифу, шальная огненная стрела обожгла лицо. Вейки была на грани паники. Это был всего второй раз, когда гнома оказалась в бою, и она просто не знала, что делать. Все ее заготовки были бесполезны, а написать что-то новое она просто не успевала. Страх заставил ее судорожно надавить на курок. Оставшиеся четыре пули она выпустила в слепую, зажмурив глаза и прикрывшись зонтом, в направлении Рене, а потом последовала примеру Трикса - добежала до края бархана и спряталась за гребнем, пытаясь отдышаться и привести мысли в порядок.
Коги хотел было бросится за ней, но замер, когда увидел, что случилось с Рене. Его напарник сидел на песке зажимая руками культю правой ноги. Разрывная пуля нашла свою цель. Горбовский для острастки постреливая по краю бросился на помощь. Надо было срочно остановить кровотечение. И постараться поддержать Кверти.
Тайскринн улучил момент и между делом зарядил небольшим комом песка в пролетевшую почти над ним Ингрид. Та, кувыркаясь, упала ему под ноги. Он выставил перед собой стену из песка и приготовился добить лежавшую перед ним волшебницу.