Дар

– Да, шифу Жанна.

Вейки трясло от одного вида трупа. Белесая, отслаивающаяся кожа, изломанные конечности. Этот мертвец мог бы заставить поморщиться даже студента-медика.

Она испортила несколько и без того малочисленных карточек для начертания, прежде чем ей удалось написать необходимое сочетание рун. Над размозженной грудной клеткой заплясал миниатюрный вихрь. Вихрь дрогнул, потемнел и на его месте появился черная призрачная сфера.

– Простите, Жанна, я сейчас перепишу, - шифу покраснела от стыда. Еще бы. Запороть такое простейшее начертание.

– Не надо, ты не ошиблась - Радужная прищурилась.
– Все ясно.

– Мне, к примеру, ничего не ясно, - подошедший Трикс начал отряхивать пыль с одежды.

– Тайскринна убили тьмой - сказала Жанна. Вейки в ужасе зажмурила глаза.

– И чё? Вы еще колдовать будете или я могу закапывать?

– Можешь. И то, Трикс, что силу тьмы и света могут даровать только боги.

– Вот оно что...
– Трикс на секунду замер в раздумьях. Потом он перекинул тело через край могилы и начал закидывать его землей и песком.
– Знаете, дамы, я поступлю не по-джентельменски, как говорят в Вестфолле. Я вот прям сейчас беру свою долю еды, всю воду, вы себе все равно наколдуете, пару коней и еду от сюда.
– Треллони разравнял получившийся холмик и выпрямился.
– Маги одним залпом уничтожающие батальоны, огонь, осколки гранита, летающие над головой... Теперь еще боги и жрецы. Надоело! Я хочу спокойно пить вино на террасе своего дома где-нибудь в Кантонах, а не подыхать вот так в жопе мира.
– он кивнул на могилу.

– Мы должны спасти Мир от тирании!
– Вейки смотрела на него горящими глазами.

– Мир, милая, стоял до богов. Cтоял, когда они пришли, даже спокойней было, без мировых войн вон как-то обходились. Не исчез и после их смерти. Что-то мне подсказывает, что и возвращение меня лично не затронет.
– Трикс сплюнул на землю и пошел собирать вещи. Вечно у баб в голове тараканы...

– Но...
– начала шифу, однако Жанна прервала ее:

– Пусть идет. Это его право.

Они молча смотрели на его сборы.

– Прощай Трикс Треллони.

– Бывай, Радуга.

Он запрыгнул в седло и двинулся в направлении Макондо, чтобы наполнить бурдюки перед утомительным путем на север. До Клиппертона дорога была гораздо короче, чем до Майотты. Там он сможет неплохо устроиться для начала. Несколько синтетических рубинов с нитки бус лежали в его кошеле. Вполне хватит на безбедную старость.

Жанна и Вейки смотрели Триксу в спину, пока он не скрылся за очередным барханом.

– Он прав, Вейки. Началась игра совсем не его уровня. И даже не моего. Мне надо срочно возвращаться в столицу. Нам надо,- поправилась она и обняла шифу.
– Не бойся, я не оставлю тебя одну.

– Я знаю, Жанна. Мы теперь одно целое.

Жанна поперхнулась, но потом подумала, что, наверное, на гному так повлиял стресс. Они сели на лошадей и направились на юг, чтобы выйти на старый тракт до Майотты.

Через пять дней небо закрыли тучи и впервые за последние шесть веков над сердцем Аэрина пошел дождь.

***

Аркадио был близок к бешенству. Сколько еще эти пришельцы будут ходить через его город? Арбалет ему пришлось пристроить на подоконник. Трясущиеся старческие руки не давали, как следует прицелиться в фигуру в драном плаще.

Щелкнула тетива. Болт впился в спину Трикса. Тот охнул, выхватил лук и всадил стрелу в силуэт видневшийся в одном их окон. Граненый наконечник пробил горло Аркадио.

Трикс чувствовал слабость, видимо болт вызвал кровотечение. Он забрался в седло. Надо было срочно вернуться к Жанне и Вейки. Но Треллони свалится не успев доехать даже до границы поселка. Подняться он уже не смог. Было холодно и хотелось пить. Медленно подступала смерть.

***

Манфред фон Рихтгофен (образец 433, питомник Гилтониэль), первый великий князь магов воздуха, величайший люфтфервальтенд всех времен, очень долго и придирчиво выбирал место для будущей столицы. Война между нелюдями, бушевавшая почти десятилетие, закончилась взаимным истреблением и последующим Исходом. Одним из решающих факторов в том, что гномы называли 'победой' было восстание магов против своих длинноухих хозяев.

Сейчас, люди, наверное, впервые в истории, стали свободными. И первое, с чего они начали, было угадайте что? Думаете восстановление отравленной радиацией и биотоксинами планеты? Конечно же, нет. Все началось с передела власти. И новых войн. По этой причине безопасность ставки для Манфреда была очень важна.

Место, которое он выбрал, было практически идеально. Равнина в сердце Аэрина была местом встречи всех четырех ветров, естественным центром силы для магов люфтваффе. Море было далеко, и даже ближайший водоем, озеро Макондо, располагалось на расстоянии почти двадцать километров. Бесноватые гидроманты при всем желании не смогли бы дотянуть цунами до строящегося сейчас дворца.

Защититься от огня было сложнее. Он всегда был рядом. В сердцах и душе людей. Но сейчас в его походном шатре мирно посапывала после бурной ночи сеньора делла фьямма Мария Сфорца, дочь великого хозяина пламени Алессандро. Так что проблема с огнем могла подождать.

Гораздо важнее было то, что на этом месте когда-то стояло главное святилище бога земли Геба. До сих пор властители тверди были почти бессильны здесь. Защита от магов земли была основной причиной строительства именно в этом месте. Мерзкие черви уже успели начать свару с представителям всех остальных четырех стихий. Огнем, Водой, Воздухом. Даже миролюбивые друиды, адепты Дерева старались свести свое общение с магами земли до минимума.

Но именно в бессилии земляных таился подвох. Во-первых, катастрофическое удлинение сроков. Строить приходилось по старинке с помощью рабов из обычных людей. А во-вторых, никто не смог почувствовать, что на глубине полутора километров под городом, на берегу подземного озера стоит алтарь.

В битве на поле Меггидо, у самых врат небесных чертогов, Геб пал от рунной пули. И тогда его жрец, один из последних на планете, в тайном святилище принес себя в жертву. Войдя в транс, каменным ножом он вскрыл себе грудную клетку и положил сердце на алтарь. Поступок скорее проститутки, чем священника. В нем не было в этот момент искренней веры, все что он хотел - это гарантированного вечного блаженства в райских кущах в обмен на кусок поперечнополосатой мускулатуры. Ни грамма истинного служения.

Жрец хотел вытащить раненого бога из боя, призвав его к себе. Но он опоздал. Геб был уже мертв, и пришла только его тень. Акер. Проводник мертвых.

Призрак, походя, упокоил душу жреца, поместил свое нематериальное седалище на алтарь и стал ждать освобождения. В пещере была абсолютная тишина и тьма. Только раз в век на гладь подземного озера с потолка падала капля воды.

За неполные четыре тысячи лет ожидания характер Акера, и до того мрачный, лучше не стал. Ох, как он сейчас хотел высказать все Бастет. Умершие братья забыли его, когда ушли в новый мир. На Землю. Пару раз, во время битв, проходивших над ним на поверхности, он был близок к освобождению. Но именно смерть Тайскринна оказалась решающей. Его искренняя готовность отдать все для достижения цели, причем не ради награды. Магия земли из которой на половину состояло тело геоманта. И след божественной длани, прервавшей его жизнь ... То, что нужно. Остатков силы Акера хватило, чтобы задержать душу волшебника на пороге смерти.