День и ночь
Шрифт:
Телефон опять зазвонил.
— Ириш, ты мне нужна.
— Это не взаимно, — огрызнулась Ирина в трубку. — Ты в курсе, что ездовых ведьм не существует? Только ездовые собаки?
— В нашей стране даже ездовые академики попадаются, — фразой из мультика огрызнулся оборотень. — тут на кладбище… сможешь взглянуть одним глазком?
— Не знаю. Мне сейчас в одно место надо, а уж потом…
— Давай я тебя подвезу? Или помощь нужна?
Ирина размышляла недолго.
— Приезжай к общаге.
В
Мало — вора поймать и посадить. У него ж еще и знакомые есть, друзья, родные, а у этого, конкретного — любимая девушка Милочка и ее замечательная мамочка — Надежда Гавриловна.
Сказать, что Милочка разозлилась на "подставу"? Это еще слишком мягко сказать.
Нет, это еще представить себе надо!
Впервые появился мужчина, который проявляет к девушке интерес, которого не отпугнула ни Надежда Гавриловна в качестве тещи, ни коммуналка в качестве жилья. И тут…
И тут — его сажают!
Полицейский беспредел!
Произвол!!!
Правозащитников на вас нет, мусора позорные!!!
Но до полиции ты еще доберись. Да и подозревала Милочка, что ее желание покачать права кончится в "обезьяннике", где она будет смотреться очень органично и просидит по максимуму. На полицию наезжать с ее шестка дело дохлое. А вот на соседку…
А кто еще может быть во всем виноват?
Понятное дело, она, стерва старая! Сдохла б еще лет двадцать назад, ни у кого и проблем бы не было! А она — поди ж ты! — живет и жизнь людям портит!
Да за такое убивать мало!
Убить Милочка не решилась, но попортить жизнь?
Запросто.
Кто не жил в коммуналке, тому не понять, как могут попортить жизнь мелкие и крупные коммунальные пакости.
Последней каплей оказалась дохлая крыса, которую Милочка засунула в холодильник соседки. Крыс Светлана Сигизмундовна боялась до истерики, вот и решилась позвонить.
Кирилл, которому все это было изложено, нахмурился.
— Ириш, а что ты будешь делать?
— Проведу профилактическую работу, — огрызнулась Ирина. А что тут сделаешь?
Как это ни грустно звучит, при советской власти у нее хоть какие-то рычаги воздействия были бы. А сейчас…
Увы.
— А давай я ее проведу? — предложил Кирилл.
— Это как? — насторожилась Ирина.
Потом выслушала предложение, и кивнула.
Да, это ничуть не хуже всего остального. Не совсем законно, но…
Но будет очень действенно и конкретно.
Светлана Сигизмундовна визиту обрадовалась. Пригласила Ирину к себе, и девушка выставила на стол коробку с тортиком. Надо же подсластить человеку жизнь?
Надо!
А Кирилл, выждав в машине минут двадцать, поднялся на площадку, и от души грохнул кулаком в дверь соседей.
Ирина отлично знала, что именно там происходит. Кирилл вежливо и мило улыбаясь, постукивая для наглядности кулаком по дверному косяку, доносил до дам простую
истину.Если вы…
Если ты, личность нехорошая…
Если моя тетка еще хоть раз, хоть на что-то пожалуется…
Я тебе ноги выдерну, а швабру засуну. На ней и прыгать будешь. Намек понятен?
Непонятен?
Сейчас покажу, как это в жизни будет…
Выглядел он в роли бандита так убедительно, что Надежда Гавриловна в панике застучала в стену к соседям. Она же знала, что Ирина пришла.
Девушка себя ждать не заставила.
— Добрый вечер. Что случилось?
Кирилл талантливо изобразил смущение. А потом перешел в наступление, мол, его тетку тут изводят, а он молчать будет?
Двадцати минут за чаем с тортиком Ирине как раз хватило, чтобы посвятить Светлану Сигизмундовну в суть плана. И та развела руками.
— Да, племянник. Я ж одинокая, помру, кому комнатку-то оставить?
Кирилл ухмылялся.
Высокие договаривающиеся стороны поскрипели зубами, а потом пришли к консенсусу.
Милочка урезает осетра до селедки и перестает пакостить соседке. И остается цела. А гарантия — присутствие участкового.
А не надо пакостить тем, кто тебе ответить не может. Подло это и гадко.
Спустя полчаса Ирина удобно устроилась на переднем сиденье "Хонды".
— Спасибо, Кирилл.
— Пожалуйста. Съездишь со мной на кладбище?/
— Девушек на свидание обычно в ресторан приглашают.
— А ведьм?
— На Лысую Гору.
— Далековато ехать будет. Давай пока по-простому, нашим, российским кладбищем перебьемся?
Ирина вздохнула.
— И веночком в качестве цветочков?
— Я тебе самый симпатичный подберу. Тебе какие нравятся?
— Сон-трава. И тюльпаны.
— Учту.
Ирина кивнула и перешла на деловой тон.
— Съезжу. А что там не так?
— Собаки пропадают.
— Хм?
— Ириш, а ты думаешь, не бывает такого?
— Бывает. Если бомжи есть, к примеру.
— Ага, или собака Баскервилей.
Ирина фыркнула.
— А если серьезно?
— А что — несерьезного? Люди стали жаловаться…
Ирина внимательно слушала.
Кладбище.
Выгодное место для церкви. Тут и отпеть, и помянуть, и свечку поставить…
Церковь — поставили, попа посадили. Но кроме всего прочего…
Рядом с кладбищем есть пустырь. И это любимое место выгула собак.
Собачников тоже можно понять, где-то им питомцев прогуливать надо. А тут просторно, удобно, никаких мамочек с детками или бабушек с претензиями. Кладбище рядом, но даже если собака туда и забежит… ну и что? Там клиенты спокойные, они не пожалуются.
Бродячие собаки?
Бывает. Но не часто, и собачники их не слишком опасаются. Обитатели кладбища (и сторожа, и бомжи), о таких вещах предупреждают. Своеобразный симбиоз.
А иногда и помогают поймать собачку, убежавшую на могилы. Всякое бывает…