День победы

– Значит, вы успели как раз вовремя. И нужно сделать все, чтоб жертвы оказались не напрасны!

Бражников забрался в салон "Фольксвагена", и Слюсаренко прыгнул за руль, запустив мотор и встраивая микроавтобус в мчавшийся мимо вокзала поток машин. Генерал не был единственным пассажиром - в машине его поджидали еще двое. Максим Громов не мог пропустить появление курьера с важной информацией, несмотря на то, что его имя значилось в первых строках списка разыскиваемых преступников. Его спутник, напротив, пока ухитрялся не попасть в поле зрения спецслужб, потому, наверное, что сам имел к ним непосредственное отношение. Бывший начальник Главного разведывательного управления Генерального штаба генерал-майор Сергей Аляев стал бы желанной добычей для врага, но он сумел остаться призраком, из тени руководящим действиями партизан не только здесь, в столице, но и на большей части территории России.

– Итак, вы доставили нам записи?
– Аляев вопросительно взглянул на Бражникова.

– Да. Вот они.
– Генерал протянул разведчику диск.
– Теперь они ваши. За этот кусок пластмассы отдали жизни многие отличные ребята, и многие продолжают умирать сейчас. Не хочу, чтобы их гибель оказалась напрасной.

– Не окажется. Они погибли не зря, и вы сами вскоре в этом убедитесь!

– Но зачем вам было рисковать?
– удивился Громов.
– Не проще сбросить записи по e-mail?

– Вы недооцениваете АНБ, - усмехнулся Аляев.
– Сеть они наверняка контролируют, и если даже не сумеют предотвратить передачу информации, смогут отследить получателя и отправителя, физически найдут их. Проект "Юнайтед Петролеум" сулит колоссальные прибыли, вы сами это должны понимать лучше меня, и ради этого американцы будут делать все, что их затея не оказалась сорвана. И армия, и все их разведки сейчас заняты лишь одним делом - защитой интересов корпорации.

– Верно, - кивнул Громов.
– И у них это пока получается весьма неплохо!

"Фольксваген" соблюдая ограничение скорости, двигался в общем потоке, и его пассажиры, разговаривая, смотрели по сторонам. Внешне ничто не напоминало о недавней войне, не было заметно никаких признаков врага, ничего, что говорило бы об оккупации. На улицах полно людей, дороги забиты транспортом, и личными авто, и маршрутками, рестораны, кафе и магазины открыты и даже в разгар рабочего дня явно не страдают от отсутствия клиентов. Пожалуй, только полицейские патрули, слишком часто мелькавшие повсюду, могли быть признаком того, что в городе неспокойно.

– Что вы сделаете с записями?
– поинтересовался Бражников у Аляева, обращаясь к старшему по званию, и не то чтобы игнорируя Громова, но все же всем своим видом давая понять, что тот был и остается гражданским лицом.

– Думаю, мы передадим их иностранным журналистам, представителям крупнейших информационных агентств, аккредитованным здесь, в столице, в том числе при штабе американской группировки. Разошлем сразу побольше копий. Если эти записи пустят в эфир, это будет сильнейший удар по "Юнайтед Петролеум". А раз Вашингтон поддерживает корпорацию, послав сюда войска для ее безопасности, это будет удар и по американской администрации.

– Я не верю, что записи будут обнародованы. Американцы ценят свободу слова до определенного момента.

– В этой ситуации каждый преследует свои интересы, - ответил вместо бывшего начальника ГРУ Максим Громов.
– "Юнайтед Петролеум" стремится к прибылям от нашей нефти, американское правительство, прибрав к рукам русские нефтяные месторождения, стремится к энергетической независимости, прежде всего, от хитрых и вероломных арабских шейхов. Пожалуй, выгода Капитолия все же больше, чем корпорации, ведь заодно можно ухватить за горло еще и европейцев. Нам в свое время сами американцы не позволили заниматься шантажом, по-быстрому организовав переворот и оправданное им вторжение, но, как кажется, лишь для того, чтобы сделать все самим. Ну а масс-медиа, им же нужны рейтинги, и потому хоть кто-то да рискнет сорвать куш, ведь всерьез привлекать публику к экранам им пока нечем.

– А как же вторжение японцев на Сахалин?

– Уже не интересно, - усмехнулся Громов.
– Который день крутят одно и то же. Стороны стягивают войска, копят силы, но ничего не происходит пока, и аудитории становится скучно. А вы привезли как раз то, что надо, генерал! Конечно, янки попытаются прикрыть лавочку, но всех сразу не заткнуть даже им. К тому же мы одновременно запустим ролики в Интернет, так что увидеть их сможет половина населения планеты. Правда, с экрана телевизора это кажется более солидным, вызывающим большее доверие.

– И все же мне кажется, игра не стоит свеч, - вздохнул Бражников.
– Что значит авторитет и репутация, когда на кону - свободный доступ к колоссальным запасам ресурсов? Да, неприятно, но неужели вы верите, что "Юнайтед Петролеум" свернет свою деятельность? В лучшем случае, распустят чеченцев, но ведь нефтепровод охраняет американская армия, а ее нам не победить. В лучшем случае все предыдущие схватки удавалось сводить к ничьей, ущерб, который мы нанесли американцам, ничтожен, а наши потери ужасны.

– Верно, - неожиданно произнес Аляев.
– Мы проанализировали результаты последних операций партизан на севере, и пришли к тому же выводу. Потери сторон в боевых столкновениях равны, но американцы имеют возможность перебрасывать резервы из других регионов, для нас же каждый боец на счету, и восполнять урон нечем. Ставка на подрыв боевого духа противника тоже не оправдалась - американское командование замалчивает потери, так что даже в соседних подразделениях иногда не знают точного числа своих убитых и раненых товарищей. К тому же наших сил недостаточно для прямого столкновения с армейскими подразделениями противника, атаки же на нефтепровод не дали серьезных результатов. Темп работ несколько снизился, но и только.

– У меня лично сложилось впечатление, что американцы не реагировали всерьез на наши вылазки, - заметил Бражников.
– Они до сих пор ограничивались лишь обороной.

– Это так. Они ждут зимы, когда нашим людям станет трудно скрываться в лесах. Боеспособность неизбежно снизится, к тому же противник реализует свое техническое превосходство. Сейчас за нас играет лес, густая растительность позволяет избежать обнаружения с воздуха. Это подтвердила последняя операция американцев, стоившая им немало крови только потому, что они не смогли с воздуха вскрыть наши позиции, а наземную разведку проводить побоялись. Зимой же отсутствие лиственного покрова и разница в температуре позволит американцам применять тепловизоры с большой эффективностью.

Бражников лишь согласно кивнул. Партизаны нарочно старались держаться подальше от населенных пунктов, не подставляя гражданских под удар. Но одно дело жить в лесу летом, и совсем другое - зимой, в тридцатиградусный мороз прятаться в землянках. Без постоянного отопления люди просто замерзнут, а малейшее тепло, от печки, например, можно будет обнаружить издалека, с той техникой, какой располагает враг, это совсем не сложно. Партизаны, укрывающиеся в своих лагерях, станут мишенями для американских ракет, и мало кто из них сможет протянуть до весны. Придется или постоянно кочевать, нигде не задерживаясь больше, чем на сутки, или, впившись намертво в мерзлую землю, отражать атаку за атакой американцев. Да и питания потребуется больше, чтоб поддерживать достаточно сил, а снабжение партизанских отрядов отнюдь не становилось лучше со временем.