Дети бездны

— В любом случае, жизнь продолжается. Вы двигайте к жрице, а я, пожалуй, загляну в Кенжан, — встал Дениз.

— Это дело Дэйна. Он будет очень зол, узнав, что ты без его ведома нанес визит Летти.

— Но кто-то должен это сделать? Пока Дэйн остынет, Диану стрелки эльфийки раз десять снять могут. А нам ее защищать придется, их рвать. Скандал будет.

— Как бы не хуже.

— Вот именно, — похлопал его по плечу и пошел в конюшню. — Да, пошли-ка ты Вотана и пару ребят за Дэйном. Пусть присмотрят на всякий случай.

— Сделаю, — заверил Шантал и пошел в другую сторону.

Глава 14

Диана облачком парил над постелью, уйдя в тень. Там было тихо и спокойно — ни забот, ни печалей, ни тоски, ни горестей.

Сантьяго стоял под ней и думал, как достать облако, вернуть сестру в нормальное состояние.

— Где миледи? — спросил его подошедший Шантал. Мужчин молча указал подбородком.

Шантал увидел, все понял и заскучал еще больше:

— Так и будем стоять?

— Есть предложения?

— Плащ, простыня.

— Пытался — ускользает.

— Давно ушла?

— А я знаю? Минут десять как сюда заглянул, не почувствовав признаков жизни.

Скверно, — помрачнел мужчина.

— Часто у нее такое? Как долго?

— Я знаю?! — возмутился Сантьяго, развернулся к товарищу.

— Ну, ты же брат.

— Примерно, как ты! Она грили, я оборотень — брат!

— У вас одна кровь по отцу.

Одна. Только не чуял он родную кровь, хоть тресни, а вот кровь "сестры", оборотня — чувствовал и понять не мог, откуда ей взяться, если Диана точно грили. Причем очень сильная грили, каких он раз, два по жизни встречал, не больше.

Сантьяго вздохнул, не спуская взгляда с парящего под потолком облачка:

— Видел я его, знаешь где?

— Угу, за границей Кимера, — уставился на облако и Шантал, прикидывая как лучше достать девушку. И вдруг улыбнулся. — А ведь это хорошо.

— Что именно? — издевается? — прищурил на него недобро глаз Ферна.

— Она расстроилась. Сильно. Значит, Дэйн ей не безразличен.

— А она ему? — упер руки в бока граф, нависнув над более хрупким и щуплым мужчиной.

— Да не дави ты массой — головой думай, — отпихнул его Шантал.

— Я и думаю. И мысли, признаться, паршивые. Не было забот — теперь полон рот. Кинуть бы все как Дэйн и гори, полыхай! — и губы поджал, склоняя голову. — Не могу. Женщина все — таки, сестренка.

— К тому же, грили, — поддакнул друг.

— Именно. Нет, кто бы сказал мне, что когда-нибудь я буду стоять и караулить облако! В зубы дал бы! Только вернется, — кулаки сжал, потряс ими, а слов выражающих кару не нашел.

— Ничего не сделаешь. С ней сейчас нужно очень ласково обходиться, если потерять не хочешь.

— Знаю, — буркнул. — Дэйн, между прочим, тоже знает!

— Не злись — делу это не поможет, — посоветовал и усмехнулся. — Кажется, я придумал.

— Ну?

— Вода нужна, прямо на облако.

Сантьяго примерился, прищурился и кивнул: а что? Может сработать.

Хлынувший на Диану дождь вытащил ее из тени, как пескаря из воды. Она шлепнулась на постель и уставилась во все глаза на Сантьяго:

— Ты?!… - выказала мокрый насквозь рукав сорочки. Села и начала выживать его, подол, клацая зубами от холода.

— Не-на-ви-жу!

— Слышал, — заверил. Вытащил из сундука первую попавшуюся одежду и сунул в руки девушки. — Не мучайся — переоденься.

— Выйдите!

— Шантал, выйди, — мужчина безропотно выполнил просьбу.

— Оба!

— Нет уж, я останусь, — заявил тоном не терпящем возражения. Еще не хватало, чтобы он вышел, а она опять ушла.

— Тогда отвернись.

— А то я тебя не видел! Я для тебя бесполый, понятно?!

Диана скрючилась, уткнулась лицом в чистую сухую сорочку:

— Господи, как же я устала от твоей грубости!

— Ты не от нее устала, — тихо заметил Сантьяго. Сел рядом. — Надо ехать Диана.

— Куда?

— К Зеленой жрице.

— Зачем?

— Приедем, узнаем.

— Почему я должна ехать к какой-то жрице, что мне с ней делать, кто она такая?

— Обыкновенная кикимора, — пожал плечами мужчина. Диана округлила глаза, в миг, забыв о печалях и обидах:

— Господи Иисусе! Здесь еще и кикиморы водятся?

— Угу.

— Лешие?

— Угу. Каждой твари по паре. Одевайся и молись, чтобы они все вместе аудиенцию тебе не назначили.

— Зачем?! — стойко не понимала Диана. — Что за вздор?!

— Нормальное женское любопытство. Тебе знакомо.

— Я что, шут на ярмарке?!

— Нет, ты жена Дэйна, а это почище любой ярмарки и всех шутов вместе. Почти диво дивное, между прочим.

— Я ему не жена, он сам сказал, — опять сникла девушка. — Он вообще не хотел на мне жениться.

Как же это больно!

И как стыдно, что это задело ее больше и сильнее, чем то, что он убил ее мать, чем его позорное желание шантажировать ею Ноэ.

— Черт бы его побрал, — скрипнул зубами Сантьяго, теперь ясно представляя, в чем дело. Мысль что Дэйн решил использовать его сестру и позабавиться с ней, как человек с любой девушкой, привела его в ярость.

Он бы и хотел не верить сказанному, но хорошо помнил, как Монтрей тянул с его отъездом, колебался. И сейчас — Диана уже шестой день в его владениях, в его замке, но в постель он ее взял, а бреактид — знак власти — не отдал, по традиции оборотней брак не подтвердил. Значит, не признал женой, не признал равной и тем лишил ее прав госпожи, владений вмести с ним. И тем оскорбил и ее и Сантьяго. Свою жену и своего верного друга!

Выходит Дэйн его просто использовал, как использовал Диану.

Неужели она была права, подозревая Монтрей в низости с самого начала?

Ферна потер лицо, ужасаясь произошедшему: Великий Хозяин Вселенной! Я же ему так верил!

— Мы уедем, — прохрипел. Он виноват в горе сестры, в ее позоре, он и ответит.

Диана посмотрела на него пустыми, больными глазами:

— Не могу, — прошептала и начала таять на глазах, превращаясь в дымку. — Я люблю его.

Сантьяго успел схватить ее и хорошенько встряхнуть, возвращая в прежний вид. Переодел, как ребенка и заставил встать: