Девочка сталкера. Часть 2

Врываюсь в помещение, лечу вперед и вдруг натыкаюсь на лежащую без сознания девушку. Вот черт!

Не понимаю, жива ли она. Следов крови нет. Возможно, она задохнулась дымом. Просто чудо, что огонь еще до нее не добрался.

Недолго думая, я хватаю ее за плечи и начинаю тащить за собой, пыхтя от натуги.

Очень вовремя, потому что едва мы пересекаем помещение, как сверху на то место, где только что лежала она, обрушивается горящая балка. После такого, если бы она упала на нее, я не уверена, что мои способности смогли бы помочь.

Впереди я различаю что-то наподобие чулана, еще не объятого огнем, и затаскиваю девушку туда.

Прикладываю руки к ее голове.

Девушка на секунду приходит в себя.

— Подпол, — шепчет она еле слышно и снова отключается.

Но я понимаю ее.

Я начинаю шарить по полу, пока не нащупываю большое металлическое кольцо. Хватаюсь за него двумя руками и с усилием тяну на себя. Понимаю, что все делаю правильно. Открываю крышку, а потом подтаскиваю к нему бесчувственное тело. Кое-как, обхватив девушку, тащу вниз.

Захлопываю за нами люк, и мы полностью отгораживаемся от огня.

Здесь прохладно.

Я укладываю девушку на устланный слоем сена пол и в бессилии валюсь рядом. Лежу так несколько секунд. После непривычной тяжести мои руки подрагивают. Я еле нахожу в себе силы, чтобы подняться и на коленях подползти к девушке.

Кладу ладони на ее грудь, жду.

Несколько секунд ничего не происходит, потом девушка приходит в себя. Откашливается. Голос ее дрожит, когда она, сфокусировавшись на мне, начинает быстро-быстро говорить.

— Прости, прости…

— Помолчи, — прошу я.

Но она не слушает.

— Они… они… шепчет она, — убили отца, когда он хотел им помешать… Я не думала, что так получится. Я… видела, как он смотрит на тебя, на меня он никогда так не смотрел и…

Она снова закашливается, но тут же продолжает.

— Захотела твоей смерти. Когда ты не умерла в лесу, я пригласила их… шепнула, кому надо, что у нас остановилась ведьма… иначе бы они не пришли, прости… я не думала, что так получится, что… они сделают это все… не думала… я раскаиваюсь… но поздно… они найдут нас… мы умрем… как мой бедный папа… Наша кухарка, а брат? Он работал на конюшне. Что стало с ними? Боже мой, Джек совсем еще ребенок, ему всего одиннадцать…

Девушка заходится в рыданиях, а я поднимаюсь с пола и лезу наверх.

— Оставайся здесь, — говорю я, — никуда не выходи, пока здесь все не закончится.

— Боже, неужели ты и правда… девушка осекается.

Но я оставляю ее невысказанный вопрос без ответа.

А дальше…

Я плохо понимаю, что делаю, отмечаю на автомате. Спрашиваю, могу ли через дом пробраться к конюшне. Когда получаю утвердительный ответ, быстро выбираюсь из погреба, кидаюсь в дым и несусь в нужную сторону. Мне кажется, подвеска придает мне сил или скорости. Или и то, и другое…

Захожусь в беззвучном крике, когда наталкиваюсь на трупы обгоревших лошадей, а среди них еще один, в таком состоянии, что я уже не смогу помочь, от женщины мало что осталось. Боже мой. Эти изверги, что подожгли дом, не пожалели даже пожилую женщину и животных. Мне очень жаль, но вынуждена идти вперед, я ищу мальчика.

И нахожу.

Подхватываю на руки съежившуюся в углу обгоревшую фигурку и тащу обратно в подпол.

Девушка охает, когда рядом с ней на сено ложится ее брат.

Он в очень плохом состоянии, и я сразу же начинаю излечение. Добиваюсь того, что он начинает дышать.

— Боже, боже, боже, что я наделала, — только и твердит девушка.

— Он выживет, — говорю я, закончив работу, и снова поднимаюсь на ноги, — оставайтесь здесь.

Новый подъем по лестнице дается мне сложнее предыдущего, потому что я чувствую значительный упадок сил. Но я не могу оставаться в замкнутом пространстве погреба, с ней, просто не могу. Рассчитываю, что может, мне удастся как-то выбраться, может смогу в этой суматохе…

— Вот она, держи, держи…

Я слышу крики со всех сторон и понимаю, что сглупила, люди с факелами окружают меня. Еще секунда и в мою сторону летят стрелы мечей, острие которых направлено прямо на меня.

Я готова распроститься с жизнью, но в этот момент происходит нечто немыслимое.

Знакомый ужасающий рык, воздух рядом со мной рассекается, и зверь приземляется на мощные лапы точно между мной и людьми и принимает удары мечей на себя. Они вонзаются в него со всех сторон, и зверь снова рычит, уже от боли, но не отступает.

Продолжает меня прикрывать, оттесняя к горящей постройке, которая, благодаря подвеске не приносит мне вреда. Но не ему.

А на него между тем, обрушивается новый град ударов.

Он скалит пасть, рычит снова и звуки вокруг на момент замирают. Потом поворачивает голову и смотрит на меня. Припадает к земле. Кажется, я понимаю его без слов.

Не медля ни секунды, я вскакиваю ему на спину, хватаюсь за мощную шею, утыкаясь носом в жесткую, пахнущую свежей кровью шерсть, и зажмуриваюсь, когда мы в один прыжок пересекаем постоялый двор и всех этих ненормальных.

А потом… у меня в ушах свистит только ветер.

Я снова зажмуриваюсь и посильнее вцепляюсь в зверя, молясь про себя о том, чтобы он выжил. Чтобы мы оказались как можно дальше от этого места, этого мира. От всего того кошмара, который только что перенесли…

Еще прыжок и мы разбиваем воздух, словно зеркало, удар… я лечу… не могу больше удержаться на нем… и…

***

Вскакиваю, словно просыпаясь ото сна, и в оцепенении пялюсь на израненного до полусмерти Демида, лежащего передо мной в разодранной одежде.

Сзади раздаются шаги, а меня окутывает лютый страх.

Дежавю.

Чертово дежавю, потому что я попала ровно туда, куда закинул меня медальон Мадлены.

Только теперь я знаю, откуда на Демиде все эти раны.

И я боюсь, что, если я снова начну просить его перенести нас, все повторится по кругу. Я не готова снова пройти через это все.

Я вскакиваю на ноги и разворачиваюсь к двери.

Решаю, что на этот раз встречу опасность лицом к лицу.

Дверь распахивается и на пороге появляется… моя мама. Боже, мама, точно такая, какой я всегда представляю ее в своем воображении. Моя мама.

— Мама, — выдыхаю я, и уже готова рассмеяться от облегчения, как вдруг она поднимает руку, в которой зажат остро отточенный меч.