Девушка и дракон
Шрифт:
— Простите, ваша светлость, я такая неловкая…
Бледнее мела, Оверт подошел, взял кузину под руку и отвел к другим гостям, которых произошедший эпизод немало позабавил. Оставалось надеяться, что никто из них не заметил, как маленький кусочек яшмы перекочевал из одной руки в другую…
— Еще одна выходка, Сэни, и я…
Она скромно опустила глаза, как всегда это делала на протяжении нескольких лет знакомства с Овертом…
Официальная часть подошла к концу, гостей провели в большой зал с зеркалами и гобеленами, где уже ждали специально приглашенные актеры. Представление
— Вы знаете, яркие цвета теперь совсем не в моде. Я просто не знаю, что делать. С моей внешностью…
— Говорят, старейшины решили отказать гвардейцам в зимних квартирах под предлогом, что от них всегда больше проблем, чем пользы…
— А что говорят про Келилой? Вода еще не спала?
— Я слышал, в Верхних землях что-то затевается….
— Нет, вы путаете, это ялусы…
— Это вы путаете…
— С моим цветом кожи просто противопоказаны бледные краски…
— Ничего, может, после коронации все пойдет на лад. Сколько можно жить без твердой власти?
Люди начали расходиться по дворцу. Сэни видела, как Оверт в компании двух дам вышел на балкон. Ее внимание привлек полковник Гинрад, задумчиво разглядывающий гобелен, на котором изображена битва Ларда с драконом. Один из основателей королевской династии выглядел могучим воином в сияющих доспехах, дракон был черен и страшен, чего стоили одни только изодранные крылья.
Никого из тех, кто сидел на тронах, в зале не было.
Что же, она сделала все, что могла. Никто не смог бы большего. Правду говорят: все в мире соразмерно. И если тебе много лет не везло, то уж один-то раз удача улыбнется.
И будет она лишь твоим собственным сном.
Видимо, Яшма решил не брать в голову глупую выходку одной из приглашенных девиц. Вдруг он подумал, что она таким способом просто пыталась привлечь его, как женщина? Половина гостей именно это и подумала.
И пусть… кулон намекает лишь, что ей известно другое имя принца Горта. И если он не понял намека, то это и лучше. Может, и вправду ни к чему ворошить прошлое.
Сэни прогулялась вокруг зала. На нее косились, но не заговаривали. Вернулась на прежнее место. Почти сразу в поле ее зрения появился Оверт, который крутил головой, явно кого-то разыскивая. Сэни махнула ему, и он облегченно вздохнув, приблизился.
— Сэни… тебе, должно быть, скучно? Извини, я не могу уделить тебе много времени. Но и ты сегодня тоже вела себя не лучшим образом… Понимаешь, я бы хотел остаться во дворце подольше. А тебе следует сразу лечь в постель, мы отправимся домой, как только откроют ворота… ну как? хочешь поехать сейчас в гостиницу?
Что еще ей делать во дворце? Нечего. Значит, и обижаться на Оверта нет смысла. Ему-то здесь интересно, он-то здесь, как рыба в воде…
На душе было тоскливо, словно обманул кто-то близкий. В таком состоянии лучше побыть одной. В гостиницу так в гостиницу…
— Хочу. Но на чем?
— Я провожу тебя до кареты. Идем?
Сэни мысленно усмехнулась, — еще бы ты не проводил! Мать с тебя шкуру спустит, если ты завтра вернешься
домой один…На улице было свежо той особой летней свежестью, которая, бывает, накапливается ночью под тяжелыми облаками, не пролившимися дождем, но планирующими это сделать в ближайшее время. Любой звук разносился далеко по площади, гвардейцы у подножия лестницы казались изваяниями в свете нескольких тусклых фонарей.
— Каретный двор там, — сообщил Оверт, уверенно свернув направо.
Они обогнули дворец и вошли на мощеную площадку, на которой в строгом порядке стояло несколько десятков карет.
— Следуй за мной!
Заблудиться, в общем-то, было сложно: кареты стояли, образуя один-единственный широкий проход.
— Лэт! Ты где?
— Здесь я, хозяин.
— Все, Сэни, пришли. Давай, залезай в карету и будь хорошей девочкой, никуда не выходи по дороге. В гостинице назовешь свое имя слуге, он тебя проводит и даст ключ. Завтра утром я подниму тебя рано, так что сразу ложись спать. Сразу, Сэни…
С этими словами Оверт приоткрыл дверцу кареты и помог девушке забраться внутрь.
— Все Лэт, можно ехать! Адрес помнишь?
Адрес Лэт помнил. Стук копыт гулко раскатился по булыжнику, на выезде карету слегка тряхнуло.
— Сэника Диньяр из замка Семи Ручьев. Я не уверен, что мы с вами знакомы, однако вы дали понять, что знаете меня немного лучше, чем я вас…
Сэни чуть не проглотила язык от испуга и от неожиданности. Как это она сразу не заметила, что не одна в карете? И Оверт… хотя он-то внутрь и не заглядывал.
— Я… простите… — голос дрогнул, но она все же справилась с волнением и договорила — простите. Вы меня напугали…
— И все-таки. Кстати, держите ваш камушек, он мне не нужен.
Сэни бездумно взяла кулон в ладонь. Она все еще никак не могла собраться с мыслями. Что сказать? Как?
— Вы и не могли меня узнать, — наконец нашлась она. — Мы встречались с вами давно. Мне тогда было одиннадцать лет. Замок Семь Ручьев совсем рядом с Зеленым Камнем…
— Подождите, я начинаю понимать… вы, должно быть, и есть та маленькая девочка, которая дружила с… моим сыном.
— С Нэнги, да. Я немного изменилась…
Повисла недолгая пауза. Вот сейчас надо ему сказать про шкатулку. Сейчас, только сначала подберу слова.
— Яшма, мне надо отдать вам кое-что. Если бы я знала, что вы — это вы, я привезла бы ее с собой. Но ведь я не знала…
— Подождите, Сэника.
— Пожалуйста, называйте меня Сэни… я так привыкла.
— Хорошо, Сэни. У меня к вам есть одна просьба. Я, в общем, не делаю из своей жизни тайны, но и не очень хочу, чтобы все это стало предметом сплетен господ придворных.
— Хорошо, ваша светлость. Так лучше?
Принц не ответил. В карете было темно, только отсветы уличных огней изредка проникали внутрь.
Под копытами и колесами продолжала стучать мостовая. Изредка в окошко кареты заглядывал тусклый свет из окон. Глаза девушки немного привыкли к темноте, она уже могла разглядеть смутные очертания фигуры напротив, смазанное пятно лица.
— Нет.
Голос собеседника звучал подчеркнуто ровно.
Сэни растерялась.
— Как же вас называть?