Дикие

Харитонов быстро переглянулся с Мишаней.

– Крест, говоришь? Это интересно.

– Так, может, он просто шизик?
– предположил Лосев.
– Этот ваш Атаман? Из каких-нибудь новоявленных сатанистов?

Гринев покачал головой.

– Про сатанистов не в курсе, но Горбунья говорила, что он опасен. Просила быть максимально осторожными. Дескать, на подступах к деревне послушники у них ямы роют, ловушки устраивают. Да мы и сами на них натыкались. Это я, значит, о ловушках. Стас самострел обезвредил, а я на растяжку дважды натыкался.

– А что вам еще старуха рассказывала?

– Да в общем-то ничего. Не получилось у нас с ней долгого разговора. Там же кругом орлы с пушками, так просто к яме не подойдешь. Это только она определенными свободами пользуется.
– Гринев вздохнул.
– Так что кроме старухи да девушек никого больше не видели. Народ там запуганный, - делают все, что пожелает левая нога Атамана. А вот здесь, - Гринев показал на один из своих рисунков, - у них что-то вроде полигона. Мы, когда к яме шли, хорошо его рассмотрели. Здоровенная такая площадка - и краской вся измазана. Совсем как у нас после пейнтбола.

– Выходит, что-то вроде учебного лагеря… - кивнул своим мыслям Харитонов.

– Ну, да! А в самом центре села у них вышка стоит.

– Какая еще вышка?
– Харитонов насторожился.
– Ты про вышку ничего не говорил.

– Значит, забыл… - Гринев виновато улыбнулся.
– Тем более, что хитрая у них вышка. Совсем не такая, как в зоне. Скорее - небольшая площадка. А установлена она между живых сосновых стволов. Высота - в аккурат на уровне крон, а потому и рассмотреть ее трудно. Наверху прожекторы и пулемет «Корд»…

– Погоди-ка!
– Маратик встрепенулся.
– Про «Корд» ты откуда знаешь?

– Так Стасик же сказал! Сам-то я в пулеметах не разбираюсь, а Стас сходу определил калибр и марку.

– И где у них расположена эта вышка?

– Хмм… Примерно здесь… - вновь взяв в руки фломастер, Василий подтянул к себе лист с прежними набросками, аккуратно дорисовал вышку. Чуть отстранился, оценивая общую картину.
– Вот теперь, кажется, все. Если что-нибудь еще вспомню, дорисую.

– Нет уж, Васек, ты сейчас постарайся все вспомнить. Потом поздно будет.

Гринев нахмурил лоб.

– Я постараюсь, только голова чугунная…

– А ты еще кофейку выпей. Да таблеточек янтарной кислоты пожуй. Ну? Чего ты там еще вспомнил?

– Да так, мелочь одну. Может, это и не так важно, но когда я возвращался, дважды в окопчики какие-то проваливался. Аккуратные такие окопчики! Теперь вот подумал: может, это схроны для наблюдателей?

– Возможно, - Дмитрий кивнул.
– Нарисуй-ка нам их тоже. А заодно и про собачек расскажи подробнее. Ты говорил, много их там?

– Ну, этого добра у них хватает! Десятка два как минимум. Мы, правда, видели только часть вольера, но лай доносился и с других концов деревни.

– А порода?

– Да все вперемешку. Но питбуля видел только одного. Это, значит, когда нас дымом выкуривали. Он меня, гад такой, и повалил на землю.

– И что?
– заинтересовался Шебукин. Этой части рассказа он не слышал.
– Врезал ему хоть раз?

– Кого там! Я даже за нож схватиться не успел. Хотя, может, и хорошо, что не успел. Там зверюга такая была, что никакой дубиной не отмахаешься.

– Ну, это смотря куда бить… - со знанием дела протянул Маркелов.
– Питбуль - он как акула. Самое уязвимое место - нос. Если хорошо ударить, можно и убить.

Вспомнив о грозном псе, Гринев поежился. Судорожно ухватив кружку с кофе, жадно отхлебнул.

– Ладно, с собаками выяснили. Что еще можешь добавить?
– Харитонов задумчиво разглядывал художества Гринева.

– Да практически ничего. Мы ведь все это время в яме скучали, небо наблюдали исключительно через решетку.

– А стены зиндана - земляные?

– В том-то и дело, что нет. Там кругом обмазка из бетона. Сделано довольно грубо, но крепко. А на полу - кипа заплесневевшего картона. И запах, как в хорошем бомжатнике. Это я к тому, что мы там не первыми были.

– Не первые, это точно… - Лосев крутанул в пальцах карандаш, задумчиво пристукнул по столу.
– Но если кто-то привозит туда послушников, значит должна быть и дорога, верно?

– По идее, так, - Василий кивнул.
– Но дороги мы не видели, - одну только узкоколейку, но она от лагеря расположена далеко.

– А на вашей карте узкоколейка имелась?

– Да нет, на нашей карте все по иному было. Ни деревень, ни дорог, ни колодцев. Мы даже предположили, что раньше там секретный объект располагался - потому и не изображено ничего толком.

– Может, и так, но сдается мне, что нужно среди старых карт пошерстить.
– Лосев переглянулся с Маркеловым.
– Слышь, Сергунь, ты ведь что-то переписывал у наших топографов?

– Было такое дело, - Маркелов деловито кивнул.
– Это вон Димыч просил освежить электронную карту, ну, а я слил заодно и все соседние файлы. Между прочим, получилось довольно емко - больше десятка сидюков!

– И что там на них?

– В основном, конечно, Екатеринбург в разные годы. Есть и двухсотлетней давности, есть и столетней.

– Ты что, клады собирался искать?

– Ну, мало ли…

– Погодите, не отвлекайтесь!
– Харитонов поморщился.
– Было там что-нибудь помимо Екатеринбурга?

– Само собой!
– Маркелов горделиво улыбнулся.
– Почти вся область. Правда, и ляпов хватало. Сами, небось, помните, как у нас все секретили в то время. То есть карты-то я переписал, но вранья на них - выше крыши.

– Все равно тащи! Авось разберемся… - Дмитрий сосредоточенно оглядел собравшихся.
– Времени у нас, ребятки, в обрез, так что нужно торопиться. Во-первых, постараемся разузнать все о возможных дорогах в этом районе, во-вторых, экстренно соберем информацию о населенных пунктах…

– Спутник!
– радостно выкрикнул Гринев.
– Я же могу фото со спутника заказать!

– Чего, чего?

– Ну да! Мы же все-таки МЧС, а, значит, космос на нас тоже немного работает. Вот и закажу нашим ребяткам серию снимков.